Андрей Климов: Плата за проход по Ормузскому проливу повлияет как минимум на треть стран мира
Новые ограничения судоходства могут серьезно сказаться на глобальной экономике
Введение Ираном платы за использование Ормузского пролива — одной из главных логистических артерий мира — может непосредственным образом повлиять как минимум на треть государств, а опосредованно затронуть практически каждую страну. Таким прогнозом с «Парламентской газетой» в понедельник, 30 марта, поделился член Совета по внешней и оборонной политике РФ доктор экономических наук Андрей Климов. Подробности — в нашем интервью.
Компенсация за вторжение
— Андрей Аркадьевич, чем обусловлено введение платы за использование Ормузского пролива? И как, на ваш взгляд, может работать этот механизм?
— Вы знаете, я, конечно, не изучал детально документы на этот счет и даже допускаю, что их вообще не существует в природе. Но, на мой взгляд, смысл введения платы в том, что агрессия со стороны Израиля и США нанесла Ирану существенный ущерб. И в то, что этот ущерб будет каким-либо образом компенсирован, в Тегеране, конечно, никто не верит. В свете этого один из вариантов обеспечить хоть какую-то компенсацию — введение платы за использование Ормузского пролива. Тем более что эта практика неновая, разные государства, например, уже давно используют аналогичные механизмы в своих территориальных водах. Скорее всего, тот кеш, который иранцы планируют за счет этого заработать, в сравнении с общими объемами и стоимостью грузоперевозок по проливу будет микроскопическим. Особенно если учитывать убытки, которые страны, традиционно использующие пролив, терпят сейчас. Ну, скажем, два миллиона долларов за один танкер — сумма для компаний-перевозчиков несущественная, а для Ирана она, напротив, будет большим подспорьем.
Есть и еще один важный момент: в Тегеране уже заявляли, что готовы разрешить проход по проливу тем странам, которые не находятся с ними в состоянии войны, не способствуют ведению боевых действий и не размещают у себя базы их противников. Как тут система будет работать, какие условия будут действовать для таких стран — вопрос пока открытый. Я думаю, этого вообще никто пока не знает. Так что конкретики пока мало и лучше бы, конечно, подождать официальных разъяснений и документов.
— Как новые условия прохода через пролив скажутся на мировой экономике и доступности логистических цепочек?
— Любое осложнение судоходства в этом мире будет оказывать непосредственное влияние как минимум на треть стран мира. Как минимум на треть, а опосредованное — практически на весь мир.
Поскольку глобальная экономика так устроена, что торговые цепочки могут охватывать множество стран, даже если сами страны друг с другом вообще никак не взаимодействуют и не торгуют. Россия, например, так или иначе присутствует как минимум в 40 процентах этих цепочек. Этим объясняется, например, то, что санкции, которые накладывают на нас, в итоге сказываются на тех, кто их накладывал. Поэтому, возвращаясь к обстановке вокруг Ормузского пролива, повторюсь, любое осложнение грузоперевозок в этом месте может стать большой проблемой. Особенно если военные действия продолжатся или даже усилятся.
«Серьезного вреда России ситуация не нанесет»
— Может ли, на ваш взгляд, заявление Ирана о введении платы стать поводом для эскалации конфликта и попытки США и Израиля ликвидировать сложившуюся «монополию»?
— Вы знаете, американцы вообще никому ничего не объясняют. За исключением, пожалуй, своих избирателей, но и там демократы объясняют одно, республиканцы — другое, республиканцы-трамписты — третье, антитрамписты — четвертое и так далее. Достаточно послушать публичные выступления самого Трампа, чтобы понять, что они адресованы главным образом внутренней аудитории. В то время как во внешнюю среду США продвигают чистой воды империализм, где они вообще не нуждаются в объяснениях или мотивах для своих поступков, в том числе самых чудовищных.
— Как новые ограничения в использовании пролива могут повлиять на Россию?
— Ну, смотрите, я уже сказал про товарные цепочки. Определенное влияние, конечно, будет, но все же Россия свой основной товар в виде нефти и газа поставляет через трубопроводы или танкерами, но в тех направлениях, где пользоваться Ормузским проливом не нужно. И экономические отношения с тем же Ираном, например, могут с легкостью и в полном объеме реализовываться через Каспий. Вдобавок у нас есть Севморпуть, который тоже обеспечивает гибкость в вопросах логистики. Так что серьезного вреда ограничение судоходства в Аравийском море нам, думаю, не нанесет.
Ещё материалы: Андрей Климов
