Перековать орала на мечи: Евросоюз превращает заводы в арсеналы

Брюссель мобилизовал 800 миллиардов евро на перевооружение, и теперь гражданские компании Старого Света от автоконцернов до продуктовых сетей осваивают военное производство

Европейский союз переживает самую масштабную промышленную трансформацию со времен холодной войны. Брюссель не просто увеличивает расходы на оборону, а перекраивает саму структуру гражданской экономики, подчиняя ее нуждам военных. Volkswagen строит прототипы бронемашин, верфи Fincantieri меняют круизные лайнеры на фрегаты, а ИT-подразделение владельца сети супермаркетов Lidl создает «облачную боевую архитектуру». Как гражданский сектор ЕС переформатируется из служителей Меркурия в угоду Марсу и что это значит для рядовых европейцев, разбиралась «Парламентская газета».

Денег на войну много не бывает

Архитектура европейского перевооружения впечатляет размахом. Хотя флагманская программа ReArm Europe («Перевооружение Европы» — англ.), представленная главой Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен в марте 2025 года, была переименована в Readiness 2030 («Готовность 2030» — англ.) после протестов итальянского премьера Джорджи Мелони (видимо, само слово «перевооружение» показалось ей слишком откровенным), ее суть остается прежней — дать много нового оружия ЕС. Сердцевиной «Готовности» является инструмент SAFE (Security Action for Europe), предусматривающий до 150 миллиардов евро кредитов на совместные военные закупки.

Впрочем, этим дело не ограничивается. Семнадцать из двадцати семи стран ЕС активировали «оборонную оговорку» в Пакте стабильности, позволяющую тратить на вооружения дополнительно до 1,5 процента ВВП в рамках бюджетных правил Евросоюза. Одна эта лазейка открывает кубышку размером примерно 650 миллиардов евро, доводя общий объем возможного финансирования до 800 миллиардов. Европейский инвестиционный банк, который прежде сторонился всего военного как черт ладана, в 2025 году учетверил финансирование оборонных проектов, выделив на эти цели до четырех миллиардов евро. В итоге общие же расходы стран ЕС на оборону достигли 392 миллиардов евро (2,1 процента ВВП), впервые превысив натовский порог два процента ВВП. Новая цель для НАТО, прописанная в итоговой декларации саммита НАТО в Гааге в 2025 году, составляет пять процентов к 2035 году.

Пока речь не идет о том, что ЕС уже непосредственно заплатил 800 миллиардов евро предприятиям ВПК, однако это именно та сумма, которая зарезервирована для производителей вооружений, чтобы они могли дать еще больше своей продукции армиям Старого Света.

Из кабриолетов — в противоракеты

Самым ярким символом промышленного разворота стало появление в феврале 2026 года на оборонной выставке в Нюрнберге двух военных прототипов от Volkswagen. Концерн, не выпускавший боевую технику со времен Второй мировой (за исключением подразделения грузовиков MAN), за четыре месяца тайно собрал бронированный пикап MV-1 на базе гражданской модели Amarok и фургон MV-2 на платформе Crafter. Параллельно, как сообщали CNBC и Defense News, автопроизводитель ведет переговоры с израильской Rafael о конверсии завода в Оснабрюке, где сейчас собирают кабриолеты T-Roc, под производство компонентов для системы ПРО «Железный купол».

Процесс милитаризации затронул уже целые отрасли, которые до этого и не думали «идти на войну». Немецкий оборонный гигант Rheinmetall, чья рыночная капитализация в марте 2025 года впервые обогнала Volkswagen (около 57 миллиардов евро против 55), конвертирует два бывших автомобильных завода в Берлине и Нойсе под выпуск вооружений. Компания Hensoldt, производящая оборонные сенсоры, переманивает к себе сотрудников обанкротившихся Continental и Bosch, предложив забрать почти двести рабочих с закрывающихся заводов. А франко-немецкий концерн KNDS купил 170-летний завод Alstom в Герлице, выпускавший железнодорожные вагоны с 1850-х годов, чтобы переоборудовать его под производство компонентов для танков Leopard 2.

От яхт к крейсерам

У Италии на этом празднике «военного безумия» свое почетное место. Группа Fincantieri давно работает на оборонку, но теперь компания решила окончательно «откопать топор войны». Корпорация, бывшая еще недавно крупнейшим в мире строителем круизных лайнеров, меняет профиль. Теперь гражданское судостроение перемещается на румынские площадки, а итальянские верфи в Кастелламмаре-ди-Стабиа и Палермо переходят на оборонные заказы. По данным Defense News, к 2027 году доля военного кораблестроения достигнет 30 процентов выручки группы. Как заявил гендиректор компании Пьеробертo Фольеро, «мы легко нарастим военные мощности, просто перераспределив гражданское производство».

Итальянский оборонный гигант Leonardo наращивает обороты еще стремительнее. Его выручка в 2025 году составила 19,5 миллиарда евро, новые заказы — 23,8 миллиарда, а план развития до 2030 года предусматривает рост выручки до 30 миллиардов и наем более десяти тысяч новых сотрудников. Сделка по покупке Iveco Defence Vehicle за 1,7 миллиарда евро, закрытая в марте этого года, превратила Leonardo в полноценного производителя сухопутной военной техники. Министр промышленности Адольфо Урсо объяснил логику конверсии с итальянской прямотой: «Гусеница одинаково движет и трактор, и бронемашину».

Пушки вместо масла 2.0

Почуяв великолепные перспективы венчурный капитал хлынул в оборонные технологии потоком. В 2025 году объем этого рынка составил 8,7 миллиарда долларов, увеличившись на 55 процентов за год. А всего с 2022 года в Европе появилось более 230 «оборонных стартапов», причем зачастую это не какие-то крупные концерны, а небольшие предприятия, работающие в своей узкой отрасли. Например, мюнхенская компания Helsing, создающая боевые дроны с искусственным интеллектом, привлекла 600 миллионов евро при оценке в 12 миллиардов. Как констатирует SIPRI, европейские страны утроили импорт продукции военного назначения за пять лет, доведя свою долю до 33 процентов мирового рынка.

Впрочем, не все в Старом Свете в восторге от нового курса. Коалиция из более чем 800 общественных организаций под лозунгом Stop ReArm Europe ("Остановите перевооружение Европы" — англ.) предупреждает: инициатива Брюсселя «подстегнет глобальную гонку вооружений и усугубит изменение климата». Европейская конфедерация профсоюзов указывает на неизбежный выбор между пушками и маслом, то есть между расходами на оборону и социальными программами. Ватикан в марте 2026 года высказался с несвойственной ему прямотой о том, что стратегическое решение о перевооружении «неизбежно потребует перераспределения ресурсов в ущерб социальной, медицинской и образовательной политике». Вице-премьер Италии Маттео Сальвини, выступающий против программы, иронично указал на «европейский парадокс», заключающийся в том, что на фоне стремительного одобрения 800 миллиардов на новые вооружения любое увеличение расходов на больницы и школы всегда проходит со скрипом.

Американцам деньги нужнее

Аналитики британской Redburn ожидают рост оборонной промышленности ЕС на десять процентов в год в ближайшее десятилетие. Конвергенция гражданского и военного секторов уже закреплена на институциональном уровне в бюджетных правилах, программах финансирования и регуляторных послаблениях, и развернуть этот процесс вспять будет крайне непросто вне зависимости от политической конъюнктуры. При этом особый акцент все европейцы делают на том, что ЕС должен развивать свой ВПК, чтобы быть готовым вести войну автономно ото всех.

Правда, есть нюанс. Ключевой вопрос, который задают многие эксперты, звучит обескураживающе: строит ли Европа реальную стратегическую автономию или просто быстрее закупает американское оружие, передавая в Вашингтон те деньги, которые могли бы пойти на помощь самим жителям Старого Света? Несмотря на всю риторику о суверенитете, США по-прежнему обеспечивают более 45 процентов поставок вооружений в Европу. Страны ЕС остаются одними из крупнейших покупателей новейшего американского истребителя F-35, за ними уже зарезервировано 466 самолетов, каждый из которых со всем пакетом сопутствующих услуг стоит не менее 100 миллионов долларов. На этом этом фоне ЕЦБ оценивает прирост ВВП самой еврозоны от «оборонного бума» всего в скромные 0,1 процента в год. Много шума и не так уж много фактического роста, который, видимо, достанется американскому ВПК.

Впрочем, европейцы, похоже, сами выбрали свой путь. Сделав приоритетом геополитическое противостояние, они теперь обнаруживают, что деньги на дроны и фрегаты в бюджете есть, а вот на поддержку стареющего населения (число европейцев старше 65 лет уже превысило число тех, кому меньше 15) не хватает.