Изобилие ресурсов способно привести к деградации страны

Пресс-центр

Зависимость от природной ренты стала одной из очевидных системных проблем, которая может серьёзно помешать развитию экономики

«Чтобы развивать страну, нужно обеспечивать макроэкономическую стабильность, развивать современную инфраструктуру, сокращать зависимость от природной ренты и решить проблему оттока креативного класса», - уверен ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Владимир Мау. Об этом и о многом другом он рассказал на встрече в пресс-центре «Парламентской газеты».

Про ЕГЭ и липовые диссертации

- Владимир Александрович, совсем недавно в школах прошёл Единый госэкзамен. Как и в предыдущие годы, он не обошёлся без скандалов. Как вы думаете, достаточно ли результатов ЕГЭ для поступления в институт или в серьёзных вузах нужны дополнительные экзамены?

- Многие говорят, что достойный вуз должен устраивать дополнительные вступительные экзамены, но я с этим не согласен. В наших современных условиях дополнительный экзамен - это дополнительный риск коррупции. То есть коррупция на стадии ЕГЭ дополнится риском коррупции в вузе. Благодаря введению ЕГЭ коррупцию вытеснили за рамки высшего учебного заведения, и я не понимаю ректоров, которые говорят, что им нужен дополнительный экзамен. Если ректор организовал нормальный образовательный процесс, то после первого семестра можно отсеять тех, кто поступил в институт с липовыми результатами ЕГЭ. В течение первого полугодия такие люди обязательно проявятся. Если же студент может хорошо учиться, то какая разница, что у него было на выпускных школьных экзаменах?

Меня, например, сейчас волнует не ЕГЭ, а так называемые инвалиды и сироты при живых родителях. Такую справку они получают за несколько месяцев до поступления и потом даже не скрывают обмана. В институт сирот приводят мамы или папы. Поступают же они на бюджетные места, и вот с этим явлением бороться трудно, потому что мы не можем сами провести переосвидетельствование.

- А как, к слову, решить проблему липовых диссертаций?

- Очень просто. Перестать обращать на это внимание, упростить процедуру защиты и изменить систему работы учёного совета. Давайте говорить откровенно: мы же не по диплому берём человека на работу. Ну какого работодателя сегодня интересует учёная степень? В наше время всё быстро становится на свои места: умный человек вызывает уважение, а иному и учёная степень не поможет.

Что сейчас происходит? Учёный совет голосует тайно. Если соискатель собрал две трети голосов, то получает кандидатскую или докторскую степень, причём диплом его подписывает замминистра образования и науки - тысячи дипломов подписывает замминистра, и это считается показателем государственного присуждения степени.

Мне представляется, что для избавления от липовых диссертаций в совете должно быть собрано не 20 человек, а четыре-пять специально подобранных для данной работы. Эти люди должны не только голосовать открыто, но и обязательно ставить свою подпись в дипломе. Вряд ли в этом случае они будут рисковать своей репутацией. Они, а не замминистра своим добрым именем должны подтверждать степень коллеги. 

Ставим на инфраструктурные проекты

- Какие меры для развития страны вы считаете первоочередными?

- Сейчас для страны важно сохранение макроэкономической стабильности, поскольку нарушение её чревато рисками и рост ценой дестабилизации макроэкономики очень опасен. В этом смысле жёсткое бюджетное правило, ответственная денежная политика и стимулирование структурных реформ - как раз то, что нужно. Если этого не учитывать, то лучше ничего не тратить, целее деньги будут.

Дальше нам нужны бюджетный манёвр, вложение государственных инвестиций и концентрация усилий на инфраструктурных проектах. Нужно развивать социальную инфраструктуру, реформировать образование, здравоохранение, пенсионную систему. Они тоже должны сопровождаться структурными реформами, и хорошо, что мы ощутимо продвинулись в осмыслении пенсионной реформы. Если же вы спросите, что сделать немедленно, чтобы всем сразу стало хорошо, то таких решений у меня нет. Всё, что сейчас нужно делать, - сложно, длинно и, главное, требует серьёзных интеллектуальных усилий. 

- Некоторые экономисты считают, что в российской экономике наступила стагнация. Вы разделяете эти взгляды?

- Скажите, что вы понимаете под стагнацией, и я скажу, есть она или нет. Я бы не пользовался этим словом. У нас есть замедление темпов роста. У меня есть критерий: если российская экономика растёт темпом выше, чем в Германии, и ниже, чем в Китае, то это нормально. Если в Германии рецессия, трудно ожидать, что у нас будет экономический бум. Правда, бывают ситуации, когда стагнация лучше, чем перегрев. Всё зависит от очень конкретных обстоятельств. Если в нынешней ситуации мы изо­бразим пять процентов роста, это будет странно, это будет или очень большой риск (что произошло, например, в 1987-1988 годах), или фальсификация.

Миграция тянет вниз

- Какие угрозы стоят перед Россией в долгосрочной перспективе? Что может помешать развитию страны?

- Основные наши угрозы находятся не в экономической сфере. Если вы посмотрите на динамику стоимости труда в России за последние 12 лет, то увидите, что труд у нас дорожал, а качество институтов, по крайней мере, не улучшалось. Это очень серьёзный структурный вызов, и он не решается наращиванием государственного спроса. Проблему надо решать специальными мерами: повышением доверия инвесторов, стимулированием роста производительности труда и так далее. Это первая серьёзная структурная ловушка.

Вторая проблема связана с человеческим капиталом. Если раньше вы хотели жить в лучших условиях, то должны были улучшать жизнь в своей стране. Сейчас элита и значительная часть креативного класса предпочитают уехать за границу, чем работать над улучшением жизни в своей стране. Уехать - это не просто сменить место жительства. Если дети учатся за границей, вы сами лечитесь за границей, то это означает, что вы создаёте спрос на высокоэффективную медицину и образование уже в другом месте. А в вашей стране создавать спрос будут те, у кого запросы гораздо ниже: им нужны более примитивное образование и более примитивное здравоохранение.

Как ректор, могу сказать, что хороший университет не создать, только пригласив в него хороших профессоров. В хорошем университете должны быть хорошие студенты. Вот если у вас лучшие студенты - значит, у вас будут хорошие профессора, их «купить» легче, чем студентов, потому что хороших студентов вы не купите. Так что проблема удержания элиты исключительно важна, но она не решается директивными методами. 

Есть ещё одна системная проблема, и она достаточно очевидна. Это наша зависимость от природной ренты. Давайте вспомним Советский Союз. Ведь он в значительной мере погиб оттого, что стал жертвой нефтяного изобилия семидесятых годов и вовремя не адаптировался к новым вызовам. Сейчас цены на нефть находятся на уровне начала восьмидесятых годов. Мы, конечно, сейчас гораздо лучше готовы к их колебаниям, к снижению, чем тогда, и хорошо, что в последние десять лет в России проводилась ответственная финансовая политика. И всё же ресурсное изобилие может привести к деградации. В мире не было ни одного государства, которое воспользовалось бы рентным изобилием, за двумя исключениями: или она является более развитой демократической страной, как Норвегия, или это абсолютная монархия, где рента - это доход правящей семьи. Во всех остальных случаях ресурсы будущего поколения куда-то испаряются ещё при жизни нынешнего поколения.

Четвёртая проблема связана с ухудшающейся демографической ситуацией. В последние пять-шесть лет в России численность населения не просто сокращается - сокращается численность населения трудоспособного возраста. Что делать в этой ситуации? Развивать миграцию? Но мы же понимаем, что не будем страной, куда по­едут образованные англосаксы. Сейчас мы пополняем резервуар неквалифицированной рабочей силой, и это становится дополнительным фактом торможения развития, торможения модернизации. Если труд дешевле оборудования, то зачем проводить модернизацию?

Рассказываем доступно и наглядно, на что северная столица тратит деньги
Просмотров 360