Рождение перестройки: от надежд на лучшее до пустых полок
Как падение цен на нефть, тотальный дефицит и политика гласности изменили жизнь советских людей накануне распада СССР
Во второй половине восьмидесятых годов XX века Советский Союз столкнулся с системным кризисом. Темпы промышленного роста упали, бюджет опустошило падение цен на нефть, и к концу десятилетия даже в крупных городах исчезли мясо, масло, сахар и мука. Параллельно с этим страну захлестнула политическая буря: цензура ослабла, миллионные тиражи центральных газет и журналов разлетались молниеносно, в Москве и Ленинграде начались многотысячные митинги, а на партконференциях делегаты открыто проголосовали по альтернативным проектам. Обо всем этом писал журнал «Советы народных депутатов», который теперь носит название «Российская Федерация сегодня». В год столетия издания благодаря его публикациям мы путешествуем по временам и эпохам. Сегодня — в начало перестройки.
Ослабление цензуры и растущая тревога
Во второй половине восьмидесятых Советский Союз вступил в полосу глубоких преобразований. Сначала был взят курс на «ускорение» социально-экономического развития, а затем и на перестройку. Однако эти лозунги разбились о структурные диспропорции, копившиеся десятилетиями. Темпы роста промышленного производства к середине 1980-х снизились до двух-трех процентов в год, фонды устаревали, технологическое отставание от Запада становилось очевидным.
Резкое падение мировых цен на нефть лишило бюджет валютных поступлений, за счет которых покрывали социальные расходы и импорт продовольствия.
Власти пытались реформировать хозяйственный механизм: расширяли самостоятельность предприятий, вводили хозрасчет, разрешали индивидуальную трудовую деятельность. Но эти меры давали лишь частичный эффект. Дефицит нарастал: если в начале десятилетия не хватало в основном дорогих товаров, то к его концу перебои с мясом, маслом, сахаром и мукой стали привычными в крупных городах.
Общественно-политическая жизнь изменилась кардинально. Гласность ослабила цензуру и открыла обсуждение ранее запретных тем: экономических просчетов, коррупции, репрессий. Центральные газеты и журналы нарастили многомиллионные тиражи, а публичные дискуссии вышли за пределы узкопрофессиональной среды. Вот и наш журнал, носивший в те годы название «Советы народных депутатов», с шестисоттысячного тиража подскочил до стабильных восьмисот тысяч, а некоторые номера печатались под миллион экземпляров. Правда, в отличие от «Огонька» или «Аргументов и фактов», ожесточенных дискуссий у нас не было. Все-таки издание ориентировалось на серьезную, в том числе официальную, аудиторию — депутатов.
С началом перестройки возникло множество неформальных объединений: экологических, исторических, политических. Проводили многотысячные митинги в Москве, Ленинграде и других городах. Символом перемен стала XIX партийная конференция 1988 года: делегаты впервые открыто дискутировали и голосовали по альтернативным проектам. Анализируя эти события, историки пришли к выводу, что гласность быстро подорвала авторитет КПСС, усилила поляризацию общества и националистические настроения в союзных республиках, поставив под сомнение сохранение единого государства.
Перемены затронули и культурную жизнь: были опубликованы ранее запрещенные произведения Пастернака, Солженицына, Гроссмана, а рок-музыка вышла из полуподполья и даже подалась на Запад, откуда, впрочем, довольно быстро вернулась в родные пенаты. Все-таки русский рок — это наше исконно-посконное детище.
Вторая половина восьмидесятых запомнилась современникам как время надежд на обновление и одновременно растущей тревоги из-за дефицита и нестабильности. Попытки реформировать систему сверху наталкивались на инерцию аппарата и сопротивление консерваторов, а радикальные настроения снизу крепли. Это противоречие углубило кризис, последствия которого общеизвестны. Но о них расскажем в следующем выпуске. А пока…
Конец гонки и курс на ускорение
1985-й — последний год одиннадцатой пятилетки развития народного хозяйства. В январе еще ничто не предвещало перемен, и передовая статья в «Совете народных депутатов» открывалась напутствием трудящимся: «На календаре — свежая дата: наступил новый, 1985 год. Радуясь его приходу, связывая с ним светлые, радужные надежды, уверенно глядя в будущее, советские люди прежде всего взыскательно оценивают свой труд в году минувшем. Такова наша давняя традиция. Начиная очередное дело, мы подводим итог уже достигнутому, объективно взвешиваем его плюсы и минусы, учитываем накопленный опыт. Ведь предыдущий год — это тот самый рубеж, от которого надо идти вперед, дальше, добиваясь большего».
На обложке в феврале — доблестные советские военные, ведь главный повод — День защитника Отечества. Мартовский номер, соответственно, украшают улыбчивые трудящиеся женщины. Апрельский — лик Владимира Ленина, под именем которого Советский Союз все еще идет к победе коммунизма. «Пройдут годы, десятилетия, но мир всегда будет помнить, что именно в этом весеннем месяце в волжском городе Симбирске родился великий Ленин. Было это 115 лет назад», — написано на форзаце.
Но уже после оглавления становится понятно: этот номер необычный, ведь передовая статья вовсе не о Ленине. Журнал открывает портрет Михаила Горбачева, за которым следует информационное сообщение о внеочередном пленуме ЦК КПСС 11 марта 1985 года. В нем говорится о смерти Константина Черненко, избрании Михаила Горбачева и его первой речи перед членами Центрального комитета.
Свежеизбранный генсек провозгласил: «Нам предстоит добиться решающего поворота в переводе народного хозяйства на рельсы интенсивного развития. Это линия на ускорение социально-экономического развития страны, на совершенствование всех сторон жизни общества. Речь идет о совершенствовании системы общественных отношений, прежде всего экономических. Речь идет и о развитии самого человека, о качественном улучшении материальных условий его жизни и труда, его духовного облика».
И только после этих программных заявлений журнал публиковал некролог по предыдущему генсеку со знакомыми строками: «Коммунистическая партия Советского Союза, Советское государство, весь советский народ понесли тяжелую утрату. Ушел из жизни выдающийся партийный и государственный деятель, патриот и интернационалист, последовательный борец за торжество идеалов коммунизма и мира на земле».
Задачи пятилетки
Довольно скоро «ускорение» и «перестройка» станут одними из главных слов в лексиконе Горбачева. На апрельском пленуме ЦК КПСС 1985 года он назвал предшествующий период «застойным», а в 1987-м прямо обозвал правление Брежнева «эпохой застоя». Главный призыв был такой: «Задача ускорения темпов роста, притом существенного, вполне выполнима, если в центр всей нашей работы поставить интенсификацию экономики и ускорение научно- технического прогресса, перестроить управление и планирование, структурную и инвестиционную политику, повсеместно повысить организованность и дисциплину, коренным образом улучшить стиль деятельности».
Журнал «Советы народных депутатов» раскрывает речь генсека через конкретные показатели, которых предстоит добиться в двенадцатой пятилетке (1986-1990). Национальный доход, используемый на потребление и накопление, намечено увеличить на 3,8 процента против 3,2 процента в прошлой пятилетке. Скромно. Чуть более существенно: продукцию группы «Б», то есть товары народного потребления, — на 4,9 процента против прежних 3,8 процента. При этом за счет роста производительности труда хотели получить 97 процентов прироста национального дохода. Уже в первом году пятилетки будет освоен выпуск более 70 наименований новых и модернизированных сельскохозяйственных машин, обещало издание.
Однако журнал умолчал о другом громком начинании раннего Горбачева — антиалкогольной кампании. Она стартовала в мае 1985 года с двух ключевых документов: постановления ЦК КПСС от 7 мая и указа Президиума Верховного Совета СССР «Об усилении борьбы с пьянством» от 16 мая. Сам Горбачев лично объявил о начале этой борьбы 17 мая, выступая перед партийным активом в Ленинграде.
Политику партии в журнале «Советы народных депутатов» разъясняли высокие чины. Свою статью секретарь Президиума Верховного Совета СССР Тенгиз Ментешашвили озаглавил «Работать творчески, по-новому». Там про пьянство тоже ни слова, зато разбираются основные направления развития СССР до 2000 года, утвержденные XXVII съездом КПСС. На страничке внешней политики сделан акцент на борьбе за мир, прекращении гонки вооружений и разрядке международной напряженности. Здесь пока ничего нового.
Мат в два хода
Возможно, консервативный подход издания после начала перестройки объяснялся не только его статусом официального печатного органа Верховного Совета СССР, но и фигурой главного редактора. К 1986 году Михаил Стрепухов стоял у руля «Советов народных депутатов» уже три десятилетия. Это был верный ленинец и партийный функционер, действовавший в строгих рамках. Но в новой системе места ему не нашлось. Последним номером, который подписал в печать Стрепухов, стал январский выпуск 1986 года. После этого 78-летнего главреда отправили на пенсию.
Михаил Федорович прожил долгую жизнь и умер в 2003 году в возрасте 94 лет. Его труд отмечен орденом Октябрьской Революции, четырьмя орденами Трудового Красного Знамени, орденами Дружбы народов и «Знак Почета».
В 1986-м редакцию возглавил 60-летний Павел Ларионов — участник Великой Отечественной войны, бывший комсомольский работник в родном Ставропольском крае, редактор местной газеты «Молодой ленинец», работник аппарата Ставропольского крайкома КПСС. С начала 1980-х он перешел в аппарат ЦК КПСС, затем стал заместителем главреда «Советов депутатов трудящихся», а после возглавил журнал.
Революции в издании не случилось. Внешний облик остался прежним, как и основной рубрикатор: постановления президиума, экономическая сфера, дела депутатские, почтовый ящик редакции. Зато почти в каждом номере появилась постоянная рубрика «Курсом перестройки, ускорения», раздел о международной политике получил название «Земными меридианами». Раздел «На последних страницах» переименовали в «В конце номера», сделали объемнее.
«Читатели неоднократно просили помещать в журнале кроссворды, — сообщает редакция. — Впервые у нас кроссворд появляется в этом майском номере, и потому тема его в основном связана с событиями Великой Отечественной войны. Ответы будут даны в следующем номере журнала. Напишите, пожалуйста, хотите ли вы и дальше видеть на его страницах кроссворды и другие материалы под рубрикой «Час досуга».
Читатели проголосовали «за», и кроссворды стали появляться регулярно, а в декабрьском выпуске даже в виде елочки. Рубрика «Час досуга» только расширялась. В ней начали публиковать шахматные партии и задачи. В одном из выпусков даже разбирали композиции, которые когда-то заинтересовали Ленина: «Белые начинают и выигрывают», «Мат в два хода», «Мат в три хода».
Новое название — новые цели
Главред Ларионов, откликаясь на запросы читателей и веяния времени, оживил издание. А еще удалось снизить подписную цену до тридцати копеек за номер. Это было равно стоимости двух буханок хлеба или пары порций мороженого в вафельном стаканчике. Неудивительно, что на фоне общего подъема интереса к прессе тираж «Советов народных депутатов» вырос почти под миллион.
Реформы и в стране, и в печати шли своим чередом. В декабре 1986-го объявили курс на обновление кадров, на пленуме ЦК КПСС в июне 1987-го поставили новые перестроечные задачи, а на Всесоюзной конференции партии в июне 1988-го анонсировали реформу политической системы, разделение властей и первые за многие годы альтернативные выборы народных депутатов СССР. Они прошли 26 марта 1989 года.
Новой власти — новый журнал. Формат остался почти таким же, изменилось только название, оно стало короче — «Народный депутат». Редакция объяснила это не капризом, а глобальными переменами в стране. Прежний стиль просто перестал соответствовать требованиям времени. С января 1990-го журнал стал изданием Верховного Совета СССР и Совета Министров СССР, периодичность — 16 номеров в год. Главная задача — помогать депутатам в их законотворческой работе. Издание становилось более массовым и практическим, о чем в первом номере заявил Михаил Горбачев, чье приветствие опубликовали в качестве передовой заметки.
Полностью обновили редколлегию. Руль «Народного депутата» принял доктор юридических наук Михаил Пискотин, до этого возглавлявший редакцию журнала «Советское государство и право». Редакционный совет собрался поистине звездный: Евгений Примаков, члены Верховного Совета и главы комитетов Анатолий Собчак, Сергей Алексеев, Александр Дзасохов, народный депутат Гавриил Попов, главред «Известий» Иван Лаптев и другие.
В хитросплетениях начала девяностых будем разбираться в следующем выпуске.
