На космической орбите пока без перемен
Наш журнал уже не в первый раз обращается к теме своевременности и точности прогнозирования опасных природных явлений, подобных, например, обрушившимся в этом году на Дальний Восток.
По мнению специалистов-синоптиков, важнейшим звеном комплексной системы раннего оповещения населения о таких явлениях могла бы стать космическая группировка гидрометеорологических, океанографических, гелиогеофизических спутников и спутников мониторинга природной среды. Всемирная метеорологическая организация (ВМО) не случайно считает данные метеоспутников важнейшими для расчётов прогнозов погоды. Но…
Как показал недавно проведенный Счетной палатой РФ анализ национальной системы космических метеонаблюдений, сегодня она, по сути, у нас отсутствует. Во всяком случае, считать системой всего лишь два спутника — «Метеор-М», запущенный в 2009 году, и «Электро-Л», запущенный в 2011 году, — не серьезно. Тем более что российский Гидромет так и не получает со спутника «Метеор-М» необходимой полной информации из-за отказа на нем после запуска локатора бокового обзора и ряда других приборов. Не выручает метеорологов и «Электро-Л», который не дает качественных данных в инфракрасных каналах и канале водяного пара. И это при том, что по первой редакции Федеральной космической программы (ФКП) на 2006-2015 годы к настоящему времени страну должны были обслуживать 10 спутников метеорологического назначения, а всего до 2015 года — 13.
Эксперты уверены: во всем виноват монополизм — функции заказчика метеоспутников, производителя, а иногда и оператора космических систем («Луч», «Арктика») нередко, соединившись, оказываются в руках Федерального космического агентства (ФКА, Роскосмос), не несущего ответственности за сроки их изготовления и решение поставленных перед ними задач. На практике интерес ФКА сосредоточивается на проектах, в которых заказчиком выступает агентство, то есть управляет денежными потоками. Проекты, где заказчиком выступают другие ведомства — Россвязь, Минобороны, Росгидромет, — интересуют Роскосмос значительно меньше.
|
Роман ВИЛЬФАНД Наши наблюдения за атмосферой неполныеТрудно переоценить роль космических метеонаблюдений, могущих с гораздо большей точностью заблаговременно оценить серьезность угрозы тех или иных природных катаклизмов, считает директор Гидрометцентра России Роман Вильфанд. Нередко в СМИ звучит фраза «синоптики обещают …». Это не совсем верно — не «обещают», а прогнозируют. Полностью избавиться от ошибок в прогнозах погоды невозможно. Почему? Одна из главных причин — неполнота и неточность наших знаний о текущем состоянии атмосферы. Текущее состояние атмосферы мы всегда знаем лишь приближенно, так как наши наблюдения за атмосферой являются неполными и неточными — наблюдательная сеть достаточно редка, и данные наблюдений содержат ошибки. Обширные области планеты (океаны, высокие и тропические широты) остаются слабо освещенными данными наблюдений. На территории нашей страны плотность и оснащенность наблюдательной сети также оставляют желать лучшего. Можно повышать плотность сети и уменьшать погрешности измерений, но не бесконечно — возможности такой детализации ограниченны, поэтому наше знание текущего состояния атмосферы никогда не будет полным. Скажем, то же катастрофическое наступление водной стихии, обрушившейся на нашу планету на суше и в атмосфере еще в начале года и набравшей невиданную силу сегодня, увы, стало печальной реальностью. Поневоле на ум приходит летописное: «Разверзошося вси источницы бездны, и хляби небесные отверзошася. И бысть дождь на землю четыредесять дней и четыредесять ночей». Не случайно еще по весне об угрозе масштабных затоплений повел разговор в Нью-Йорке на тематическом заседании организации Генеральной Ассамблеи как раз по водным ресурсам и стихийным бедствиям генсек ООН Пан Ги Мун. По данным ООН, за последние 30 лет доля людей, живущих в подверженных наводнениям речных бассейнах, увеличилась на 114 процентов. На подверженной затоплениям высоте, не превышающей одного метра над уровнем моря, проживают свыше 60 миллионов человек, а к концу столетия их станет уже 130 миллионов. Являются ли эти катаклизмы следствием глобального потепления, о котором столько лет говорят ученые? Ответ таков: очень вероятно, хотя однозначно заявлять об этом нельзя — для окончательного вывода необходимо наблюдать за взаимосвязью между потеплением и изменением атмосферных явлений еще лет десять. С уверенностью можно говорить лишь о пугающей экстремальности и небывалой масштабности происходящего нынче на планете, несущего неисчислимые бедствия и человеческие жертвы. Можно ли было предвидеть это? Первое штормовое предупреждение мы озвучили еще в начале июля. Оно объяснялось очень сильными дождями в районе реки Зея и ее притоков. А гидрологическое предупреждение было озвучено нами 15 и 17 июля. Но одно дело — спрогнозировать, другое — предотвратить. Ведь речь идет о стихии. Скажем, в Хабаровске можно было бы возводить дамбы не шестиметровые, а десятиметровые. Но это потребует огромных средств, сопоставимых с социальными расходами. Самое главное: мы столкнулись не с локальной бедой, а со стихией от Забайкалья до Тихого океана. И бороться с ней загодя очень и очень сложно. Тем необходимее, повторюсь, современные методы космического наблюдения за состоянием атмосферы, которые взяты на вооружение многими странами. И нам в этой области отставать негоже. |
иноптики перед лицом угрожающих жизни населения и экономике страны природных катаклизмов настойчиво предлагают решить главнейшую на сегодня проблему — вернуть Росгидромету наработанные годами функции заказчика космических систем. Систему метеоспутников в составе орбитальной группировки, наземных средств приема информации и программного обеспечения обработки и доведения конечного продукта до корпоративных и индивидуальных потребителей должна заказывать государственная метеослужба.
Главным оператором метеорологической системы также должна быть метеослужба, она же оценивает качество системы и готовит предложения в правительство о приеме системы в эксплуатацию. Результат же пока таков: Росгидромет в своей прогностической деятельности сегодня на 90-95 процентов использует данные с зарубежных космических аппаратов. Пока безвозмездно, но особую тревогу эта ситуация вызывает, учитывая наличие между ЕС и США специального соглашения об ограничении доступа третьих стран к оперативным данным метеонаблюдений из космоса.
Ветеран российской космонавтики, бывший заместитель генерального конструктора по теоретическим и проектно-конструкторским работам в области ракет-носителей, космических аппаратов и ракетно-космических комплексов и систем Георгий Фомин констатирует, что российская космическая промышленность отброшена далеко назад не только по сравнению с США. К примеру, космическая группировка Китая метеорологических спутников, спутников дистанционного зондирования Земли (ДЗ) и картографии, как и индийская орбитальная группировка ДЗ и картографирования уже превосходят российскую аналогичную группировку по количеству и качеству получаемой информации. Видный ученый и практик видит исправление ситуации в передаче функций заказчиков систем ведомствам — основным потребителям информации. В частности, по метеоспутникам, по его мнению, госзаказчиком должна стать Гидрометеослужба.
Как считают аудитор Счетной палаты РФ Александр Пискунов и летчик-космонавт, директор Института истории естествознания и техники РАН, член-корреспондент РАН Юрий Батурин, для исправления критической ситуации Роскосмосу срочно необходима серьезная реорганизация. Эту же позицию разделяет и вице-премьер, курирующий отрасль, Дмитрий Рогозин. С одной стороны, на их взгляд, Роскосмосу надо предоставить больше полномочий, в том числе и по контролю подведомственных предприятий (это потребует определенного изменения законодательства), а с другой — освободить его от функций заказчика космических аппаратов различного назначения, передав их другим ведомствам, за исключением, быть может, пилотируемых проектов.
Вице-премьер Дмитрий Рогозин перечислил три причины неудовлетворительного положения дел в космической отрасли. «Во-первых, неэффективное управление. Во-вторых, избыточные мощности. В-третьих, мутное понимание целей космической деятельности». К этой оценке трудно не присоединиться, тем более что воссоздание когда-то мощной отечественной метеорологической спутниковой группировки — это не только гарантия точного прогноза погоды, но и вопрос национальной безопасности России.
