МВД и ФСБ предложили дать право принудительно останавливать беспилотные такси
Правительство подготовило комплекс мер, направленных на обеспечение безопасности использования высокоавтоматизированного транспорта
МВД и ФСБ получат право принудительно останавливать беспилотные автомобили, а также отдавать командам управления транспортом распоряжение об остановке, за невыполнение которого предусмотрена ответственность. Такие положения содержит законопроект «О высокоавтоматизированных транспортных средствах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», опубликованный на официальном портале правовой информации. О том, как будет регулироваться ответственность в случае ДТП с участием беспилотников и какие еще меры предлагается ввести для обеспечения безопасности на дорогах, рассказывает «Парламентская газета».
Один закон вместо множества режимов
Как отмечают авторы инициативы, ее принятие позволит легализовать беспилотный автотранспорт на всех дорогах и трамвайных путях России. В настоящее время такие транспортные средства эксплуатируются исключительно в рамках экспериментальных правовых режимов, по истечении которых потребуется единая нормативно-правовая база.
«В долгосрочной перспективе (к 2050 году) ожидается, что доля беспилотных транспортных средств на российских дорогах может достичь 50%, что обеспечит дополнительный вклад в рост валового внутреннего продукта, повышение скорости доставки грузов, снижение аварийности и уменьшение негативного воздействия на окружающую среду», — говорится в пояснительной записке к документу.
Одно из ключевых положений законопроекта — разработка механизмов предотвращения аварий с участием беспилотных транспортных средств, а также четкое установление ответственности на случай, если такие инциденты все же произойдут.
В частности, уполномоченные органы, к которым относятся ФСБ и МВД, получат право дистанционно принудительно останавливать беспилотные и высокоавтоматизированные транспортные средства в экстренных ситуациях, а также направлять владельцам и операторам уведомления о необходимости приостановки их эксплуатации. За невыполнение команды на остановку также будет предусмотрена ответственность, вид и размер которой пока не уточняются.
Кроме того, законопроект устанавливает, что ответственность за вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу граждан, а также имуществу юридических лиц в ходе эксплуатации беспилотного транспортного средства, возлагается на того владельца или оператора, который непосредственно контролировал его движение в момент дорожно-транспортного происшествия.
Дополнительные поправки планируется внести и в Правила дорожного движения. В частности, в перечень обязательств юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, занимающихся эксплуатацией транспорта, предлагается добавить следующий пункт: владелец транспортного средства обязан «при эксплуатации высокоавтоматизированных транспортных средств обеспечивать соблюдение требований, предусмотренных законодательством Российской Федерации о высокоавтоматизированных транспортных средствах».
Дополнительные обязанности появятся и у водителей, не являющихся индивидуальными предпринимателями, но по роду деятельности имеющих право заниматься перевозками грузов и багажа. Согласно документу, они обязуются «соблюдать установленные Правительством Российской Федерации правила перевозок пассажиров, багажа и грузов высокоавтоматизированными транспортными средствами, содержащие, в том числе, требования к перевозчикам, фрахтовщикам и владельцам объектов транспортной инфраструктуры, условия таких перевозок и предоставления транспортных средств, виды грузов, допущенных к перевозке, а также требования к пассажирам».
Донастройка ответственности
Как отметил в разговоре с «Парламентской газетой» эксперт рабочей группы при Правительстве РФ по законодательству в сфере безопасности дорожного движения Дмитрий Попов, пока не до конца ясно, как именно указанные положения можно реализовать на практике.
«Что касается, к примеру, принудительной остановки беспилотных транспортных средств, то возникает закономерный вопрос: как это сделать? Различные антидроновые приспособления и электромагнитные ружья тут не помогут — такой транспорт, как правило, движется самостоятельно, ему не нужен постоянный контроль оператора или подключение к интернету, — пояснил эксперт. — А как создать достаточно сильные помехи лазерному дальномеру, лидару и цифровой видеокамере, пока не до конца понятно. Если же конструктивно закладывать в автомобили какой-либо механизм принудительной остановки — чтобы в машине была встроена условная тревожная кнопка, а у любого инспектора ГИБДД в кармане лежал пульт для ее дистанционного нажатия, — возникнет опасность, что этим начнут пользоваться мошенники и угонщики».
То же самое касается распределения уголовной ответственности. По словам Дмитрия Попова, оператор беспилотного или высокоавтоматизированного транспортного средства большую часть времени не контролирует технику напрямую и, наоборот, подключается к управлению лишь в случае возникновения внештатных ситуаций.
«И вновь возникает вопрос: если административная ответственность распространяется на юридические лица, то как быть с уголовной? Кого именно признают виновным в случае ДТП с тяжкими последствиями или смертельным исходом — диспетчера, производителя датчиков, работника завода, допустившего брак при пайке микросхемы, или программиста, написавшего код движения? — подчеркнул собеседник издания. — В данном случае определить истинную степень вины каждого из причастных, которых может быть и пятнадцать, и двадцать человек, крайне сложно. А значит, возникает риск затягивания следствия на месяцы или даже годы».
Хорошей альтернативой, по мнению Дмитрия Попова, могла бы стать организация движения беспилотных автомобилей исключительно в границах специальной выделенной дорожной инфраструктуры, где они физически не смогут причинить вред имуществу или жизни и здоровью граждан. Однако для реализации такого сценария потребуется отложить их массовое внедрение еще как минимум на несколько лет.
В настоящее время законопроект зарегистрирован и направлен в систему автоматизированного делопроизводства и документооборота Государственной Думы. О дате его рассмотрения в первом чтении пока не сообщается.
