В редакцию не вернулись…

О чём говорят

Александр Коц:

Репортёр рано или поздно становится опасным свидетелем

Сначала года на территории этой страны погибли пятеро журналистов. Чтобы узнать, в каких условиях приходится работать репортёрам на юго-востоке Украины, мы связались по телефону со спецкором «Комсомольской правды» Александром Коцем, который сейчас находится в осаждённом правительственными войсками Славянске. 

- Власти Украины запретили вам въезд в страну на пять лет. Тем не менее вы снова там.

- Службе безопасности Украины не понравилось, как я предыдущие полтора месяца работал в Славянске, и меня объявили персоной нон грата. Чтобы попасть сюда снова, мне пришлось перейти границу на свой страх и риск. Нас вынуждают работать нелегально.

- То есть вы сейчас работаете без всякой аккредитации?

- Я не знаю, о какой аккредитации идёт речь. Сколько раз до этого мне приходилось работать на Украине, никогда никаких спецразрешений не требовалось. Даже когда зимой освещали события на майдане, никто не спрашивал, кто мы: журналисты или нет?

- Теперь вам надо держаться подальше от представителей власти Украины.

- Конечно. Я, например, точно буду задержан. Хотя за пересечение границы без отметки на контрольно-пропускном пункте здесь предусмотрена административная ответственность, в условиях антитеррористической операции, думаю, могут упрятать надолго. Поэтому у меня в планах нет общения с украинскими силовиками, постараемся не попадать к ним в руки.

- Много сейчас журналистов работает в Славянске?

- Немного. Несколько съёмочных групп центральных каналов, коллега из информационного агентства и мы.

- А как же репортёры из других стран?

- Нет ни одного. После гибели итальянского журналиста 24 мая все иностранцы отсюда уехали. Хотя раньше гостиница, где мы сейчас все живём, была переполнена репортёрами всех мастей и нам приходилось снимать квартиру в городе.

- В условиях, когда украинские спецслужбы стали откровенно охотиться на российских журналистов, какие меры предосторожности вы предпринимаете?

- Славянск сейчас - самое безопасное для нас место на Украине, потому что сюда силовики прорваться не могут. Если же мы работаем на передовой, то обязательно надеваем бронежилеты и каски. Хотя, понятно, что от миномётного или танкового обстрела это не спасёт.

- Защитную амуницию вам ополченцы подарили?

- Нет, это всё наше. В каждую командировку на войну мы обязательно берём с собой эти предметы первой необходимости. Так было и в Сирии, и в Ливии.

Кстати, в Ливию мы трижды попадали нелегально. Посольство этой страны просто не давало нам визы. В ходе чеченских кампаний десятки западных журналистов незаконно пересекали нашу границу и никто не обвинял их в терроризме. В Сирии сейчас со стороны повстанцев также находится много представителей СМИ. Это обычная практика. По-другому получить представление об изнанке конфликта невозможно.

- Однако работать вам там давали.

- До поры до времени. Как писал испанский военный журналист Артуро Перес-Реверте, репортёр рано или поздно становится ненужным и опасным свидетелем. В Ливии однажды нас взяли в плен повстанцы, обвинив в шпионаже в пользу режима Каддафи, но потом отпустили. Там нам было работать проще, чем сейчас на Украине.

мнение

Аркадий Мамонтовжурналист, автор телепрограммы «Специальный корреспондент» на ВГТРК:

- Договорённостей не стрелять по журналистам никогда не было, просто воюющие стороны обычно стараются этого не делать. Убийство журналиста считается последним делом, позором. Чаще репортёры гибли от случайной пули или осколка.

Однако под Луганском, я считаю, наши ребята погибли не от шальной мины. Это была целенаправленная атака на журналистов.

По моим данным, преступный приказ исходит от секретаря Совета национальной безопасности и обороны Украины Андрея Парубия. Не желая, чтобы мир узнал правду о происходящем на юго-востоке страны, он отдал устное распоряжение при любой возможности захватывать в плен журналистов, которые работают в осаждённом регионе, брать их в заложники, избивать, угрожать, а при случае просто уничтожать.

Это планомерная линия на уничтожение каналов информации из охваченных войной областей Украины. Наши репортёры дают оттуда качественную и правдивую информацию, а вот представителей украинских СМИ там нет ни одного. Силовикам всё равно, кого «гасить», гибель итальянского журналиста Андреа Роккелли тому подтверждение. Если ты находишься по другую сторону баррикад из покрышек, на тебя начинается охота.

На моей памяти, а я был во многих горячих точках, такой целенаправленной охоты на журналистов со стороны силовиков и спецслужб целого государства не было нигде в мире.

справка

Журналисты в зоне военных действий

Международное гуманитарное право содержит нормы, охраняющие журналистов во время войны.

В зоне вооружённого конфликта могут работать две категории журналистов:

1. Военные корреспонденты, их статус определяется ст. 4.A (4) III Женевской конвенции 1949 г.;

2. Журналисты, находящиеся в опасных профессиональных командировках в районах вооружённых конфликтов, их статус определяется ст. 79 I Дополнительного протокола к Женевским конвенциям 1949 г.

Согласно ст. 4 III Женевской конвенции 1949 г., военные корреспонденты обязаны удовлетворять следующим условиям:

 являться представителями СМИ; иметь аккредитацию в вооружённых силах; сопровождать военные формирования; не являться членами военных формирований.В этой же статье указывается, что военные корреспонденты при попадании в плен пользуются такой же защитой, что и военнопленные.

Статья 79 I Дополнительного протокола к Женевским конвенциям 1949 г.

Меры по защите журналистов:

1. Журналисты, находящиеся в опасных профессиональных командировках в районах вооружённого конфликта, рассматриваются как гражданские лица…

2. Как таковые они пользуются защитой в соответствии с Конвенциями и настоящим Протоколом при условии, что они не совершают никаких действий, несовместимых с их статусом гражданских лиц, и без ущерба праву военных корреспондентов, аккредитованных при вооружённых силах…

3. Они могут получать удостоверение личности согласно образцу, который приводится в Приложении II к настоящему Протоколу. Это удостоверение, выдаваемое правительством государства, гражданином которого является журналист, или на территории которого он постоянно проживает, или в котором находится информационное агентство, в котором он работает, удостоверяет статус его предъявителя как журналиста.

Журналисты, находящиеся в опасных профессиональных командировках в районах вооружённого конфликта, не получают аккредитации в вооружённых силах. Такие журналисты обладают статусом гражданского лица и, как следствие, пользуются защитой от нападения, если только они не совершают никаких действий, несовместимых с их статусом гражданского лица.

«Вести» ВГТРК Игорь Корнелюк и видеоинженер Антон Волошин. 20 июня в Москве пройдут похороны Игоря Корнелюка, Антона Волошина похоронят поз­же, после проведения генетической экспертизы, о которой попросили его родители. По свидетельству очевидцев и последним отснятым кадрам, журналисты делали репортаж о том, как местные ополченцы выводили из опасного района беженцев, среди которых были пожилые люди и дети. Однако место съёмки было заранее пристреляно Нацгвардией, и все выпущенные мины достигли цели. Не вызывает сомнения неслучайный характер убийства. Игорь Корнелюк в момент ранения был в бронежилете и в каске, на которых было написано «ТВ». Памятуя недавние незаконные задержания, избиения и угрозы расстрела журналистов телеканала «Звезда», становится ясно, что киевские власти стремятся пресечь все каналы объективной информации о событиях на юго-востоке Украины.

Просмотров 533

19.06.2014 17:44