По зову сердца и велению души

Наша тема: волонтёрское движение

Чем закон может помочь добровольцам

Члены Совета Федерации предложили регламентировать деятельность добровольцев: придать их сообществам официальный статус и обеспечить поддержку движению на государственном уровне. Вопрос, нужен ли волонтёрам закон о добровольчестве, мы задали им самим.

Загляните в глаза – и всё поймёте

На подъезде к спортивному комплексу «Спартак» выстроилась колонна автобусов. Около двухсот воспитанников из семи детских домов съехались сюда на турнир по мини-футболу. Организация дружеских матчей – заслуга добровольцев из фонда «Волонтёры в помощь детям-сиротам» и любительской футбольной лиги российских биржевиков.

Пока мальчишки разминаются на крытом стадионе, девочки расписывают друг другу щёки командной символикой. Самых маленьких болельщиков аниматоры занимают играми. «Мы придумываем мероприятия, которые могли бы хоть в какой-то степени социализировать этих детей, – рассказывает координатор проекта «Социализация воспитанников» Елена Ильенко. – Спорт способствует мотивации и развитию ребёнка, раскрывает его способности. Поэтому мы решили проводить регулярные турниры между интернатами. А в перспективе хотим открыть спортивные секции в городах, где находятся наши подшефные учреждения».

В добровольческое движение Елена попала три года назад. После рождения ребёнка её тревожила мысль о том, что ещё многие дети лишены родительского внимания. Всё началось с разовых визитов в детдома, затем они сменились регулярными поездками, а кончилось тем, что она оставила работу бренд-менеджера в сфере высокой моды и стала рядовым сотрудником благо­творительного фонда.

Таких, как Елена Ильенко, только в Москве насчитываются сотни. А по всей России с фондом сотрудничают около двух тысяч добровольцев. Возраст в основном от 20 до 35 лет. Двадцатилетняя Соня увлеклась волонтёрством в 2010 году, когда по России прокатилась волна лесных пожаров. Девушка занялась сбором помощи для погорельцев. А когда стихия унялась, переключилась на обитателей детдомов. На вопрос, что ей даёт работа с чужими детьми, Соня улыбается: «Вы этим детишкам в глаза загляните – и сами поймёте».

Попадаются среди волонтёров и вполне обеспеченные, зрелые люди. Так, простоватый на вид дядька в тренировочных штанах и неказистом свитере оказался топ-менеджером крупной инвестиционной компании. На вопрос, как его потянуло стать детским тренером, смеётся: «У меня три дочки, а я всегда хотел пацана. И вот тут у меня появился шанс реализоваться!»

Про законопроект добровольцы слышали, но в подробности не вникали: им не до политики. Реакцию большинства опрошенных можно свести к одной фразе: «А зачем он нам нужен?» По словам Елены Ильенко, чем заниматься добровольцами, властям бы лучше решить проб­лему детских домов: бросить развитие детдомовской инфраструктуры, лишь укрепляющей сиротский конвейер, заняться профилактикой сиротства, чтобы дети возвращались в родные семьи или скорее обретали новых родителей.

С Божьей помощью

Воскресная школа при Даниловском монастыре стала штаб-квартирой волонтёрского движения «Даниловцы». Его участники навещают детей и подростков в больницах, психиатрических и наркологических клиниках, ведут почтовую переписку с инвалидами, обитателями домов престарелых и заключёнными. А по субботам в трапезной школы собирается группа добровольцев, помогающих бездомным.

Средний возраст волонтёров всё тот же – от 20 до 35. Правда, в отличие от добровольцев, работающих с детьми, здесь гораздо больше мужчин. Преподаватель Высшей школы экономики и Математического института РАН Данияр фасует гречку с котлетами в пластиковые ёмкости. Инженер проектно-монтажного управления Юрий раскладывает на порции ломтики хлеба. Сотрудник консульской службы Николай греет и наливает в термос куриный бульон. В это время координатор группы Татьяна Зайцева складывает в сумку тёплые носки, варежки и средства гигиены.

На вопрос, не мешает ли эта работа написанию статьи о циклических доказательствах логики Гёделя – Лёба, Данияр отвечает, что ему это только в радость. Первоначально он пришёл в волонтёрское движение, поскольку самому не хватало общения. Но потом втянулся. Юрий и Николай пришли к «Даниловцам» через церковь. Решили, что не удержатся в христианской вере, если не подкрепят её добрыми делами. «Тяжёлое время, люди жестокие, особенно в городах. А помогая другим, ты учишься их любить», – объясняет Николай. Юрий, в свою очередь, рассказывает об искушениях: каждый раз, когда возникают мысли о похвальности волонтёрского труда, ему приходится себя осаживать – благодарить за помощь следует не людей, а Бога. «Даниловцы» перед иконами просят Создателя послать им навстречу «тех, кто больше всего нуждается в помощи».

Пятиминутка любви

Разглядеть бездомных среди толп людей, снующих у станции метро «Павелецкая», может лишь намётанный глаз. Татьяна Зайцева отыскивает их по наитию, и вскоре вокруг чумазых оборванцев появляются люди с термосами. К бездомным обращаются на «вы», спрашивают их имена, интересуются проблемами. И, разумеется, кормят.

Смешавшись с волонтёрами, бомжи на недолгое время перестают быть париями. Кандидат физико-математических наук Данияр терпеливо выслушивает пьяного, уводящего его в дебри философских рассуждений. Юрий убеждает другого бездомного, что занимается помощью не за деньги. Николай молча разливает бульон по пластиковым стаканам. Бездомные женщины называют кормильцев «лапочками» и «зайками», быстренько разбирают гигиенические пакеты и справляются о том, где можно раздобыть необходимые лекарства.

Татьяна педантично уделяет внимание каждому изгою, спрашивая, в чём тот нуждается. Кому-то не помешает тёплая обувь, кому-то адрес ночлежки. А кому-то удастся помочь через синодальный отдел по делам милосердия: по договорённости с «Даниловцами» церковники помогают бездомным вос­станавливать утраченные документы.

Пусть нас оставят в покое…

Год за годом добровольческое движение ширится, крепнет и становится всё более организованным. Тысячи добровольцев отдают своё время и силы больным, старикам, сиротам, бездомным людям и бродячим животным, участвуют в ликвидации последствий стихийных бедствий, в поисках исчезнувших людей, собирают средства для нуждающихся. Логично, что государство заметило в волонтёрах силу, способную если не решить, то хоть как-то облегчить груз социальных проблем. Отсюда и идея с законопроектом. Правда, многих волонтёров эта идея, похоже, не радует.

«В нашем деле всё строится на человеческих отношениях, – объясняет Татьяна Зайцева. – И если привнести сюда государственный бюрократический элемент, то эти отношения разрушатся, а волонтёрство потеряет смысл. Поэтому пусть лучше нас оставят в покое».

«Государство не должно брать на себя функции гражданского общества, – считает, в свою очередь, президент фонда «Волонтёры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская. – В проекте закона указано, что одной из целей и задач добровольческой деятельности является помощь государству в решении социальных проблем. Но эта формулировка делает закон концептуально неверным. Потому что добровольчество – это проявление людьми гражданской позиции. А сказать, что государство является организатором их деятельности, – то же, что говорить, будто государство организует браки между граж­данами РФ по факту того, что ­ЗАГС – госучреждение».

Руководитель «Даниловцев» Юрий Белановский более сдержан в оценках. Его обнадёживает, что власть наконец озаботилась проблемами волонтёрских организаций и готова оказать им поддержку. В то же время он опасается, что законопроект загубит гражданскую инициативу, если часто встречающаяся в нём формулировка «по желанию» в ходе чтений в Госдуме изменится на категорический императив. «Закон предусматривает создание уполномоченного госоргана по работе с волонтёрами. Но я убеждён, что госорганы не смогут на должном уровне регулировать деятельность, основанную на доброй воле, – полагает Белановский. – Это могут сделать лишь сами добровольцы».

МНЕНИЯ

Юрий Воробьёв

заместитель Председателя Совета Федерации:

«Законопроект вызван необходимостью урегулировать общественные отношения в такой чувствительной сфере, как добровольчество (волонтёрство). Это движение приобретает всё большие масштабы. Многие люди хотели бы реализовать себя через такую деятельность, отдавать бесплатно свой труд во благо других людей. Это стремление государство должно всячески поддерживать, потому что именно такая деятельность граждан меняет облик страны в лучшую сторону. Но, кроме как законодательно, нет способа регулировать её. То, что такой закон нужен, подтверждают практически все, в том числе и сами реально действующие добровольцы (волонтёры). На сегодня это движение у нас в стране в полной мере ещё не реализовало себя. По статистическим данным, около 49 процентов граждан готовы проявить себя в сфере добровольчества, но не могут этого сделать из-за отсутствия информации, ресурсов, возможностей, соответствующей организации дела. А закон позволяет всё это делать».

Александр Борисов

член Комитета Совета Федерации по социальной политике, руководитель рабочей группы по подготовке законопроекта:

«Обычно волонтёрское движение бывает особенно востребованным, когда существует какой-то вызов. Я считаю, что оно может успешно развиваться и в мирное время. Предлагаемый нами законопроект как раз направлен на создание условий для этого. Надо принимать во внимание и то, что волонтёрская деятельность и наличие такого закона – обычная практика в большинстве стран мира. И самые авторитетные международные организации – от ООН до Совета Европы – в своих документах рекомендуют государствам определить правовой статус волонтёров. У нас существуют на эту тему законы, которые регулируют добровольческую деятельность, но они являются отраслевыми. Поэтому явно назрела необходимость принятия базового рамочного закона, который бы устанавливал в стране правовой статус добровольческой (волонтёрской) деятельности».

мифы и реальность

Вопросов больше, чем ответов

К сожалению, в последнее время вокруг законопроекта «О добровольчестве (волонтёрстве)» раскручивается истеричное и непрофессиональное обсуж­дение. Ещё до публикации текста была поднята волна негатива, направленная на то, чтобы создать в среде добровольцев негативное отношение к любым инициативам законодательной власти.

Эта волна основывалась на нескольких заранее вброшенных мифах о том, как ужасна станет жизнь добровольцев после принятия такого закона. Многие активисты, не изучая текст, не вдаваясь в серьёзную аналитику, а зачастую будучи вообще далеки от добровольчества, к сожалению, восприняли как данность мнения известных златоустов и отдельных изданий.

В интересе законодателей к проблемам добровольческого движения нет ничего удивительного. Во всех цивилизованных странах государство не просто не мешает деятельности волонтёров, но активно поддерживает её. Эта поддержка может выражаться в самых разнообразных преимуществах, предоставляемых объединениям и отдельным волонтёрам. Отрадно, что и мы наконец вступили на тот же путь.

Какие плюсы для добровольцев принесёт принятие закона? В первую очередь закрепление их гражданско-правового статуса, без чего невозможна поддерж­ка со стороны государства. Вторым плюсом является введение понятия уполномоченного органа, который позволит добровольческим организациям получить прямой контакт с Правительством, парламентом, минуя промежуточные этапы в виде местных органов власти. Третий плюс закона – указание на необходимость внедрения отдельных конкретных способов поддержки добровольцев (помещения, общественный контроль).

Во всех цивилизованных странах государство не просто не мешает деятельности волонтёров, но активно поддерживает её.

А какие возражения звучат со стороны противников законопроекта?

Мол, принятие такого закона приведёт к тому, что на добровольцах будут делать пиар органы власти. Фактически же дело обстоит прямо противоположным образом: в отсутствие реестра добровольческих организаций, а значит, и статистики местным и федеральным органам власти очень просто присваивать себе результаты работы добровольцев. Создание единого реестра воспрепятствует этому.

Считают, что принятие закона приведёт к повышению уровня коррупции, на добровольцах просто будут «делать деньги», в первую очередь уполномоченный орган. Что же в реальности? Сейчас добровольцы фактически выполняют ряд функций, возложенных на местные органы власти и на которые выделяют бюджетные средства. После принятия закона отсутствие возможности отчитываться за свои обязанности результатами работы волонтёров приведёт к тому, что уменьшится хищение бюджетных средств. Кроме того, добровольцы – люди с активной гражданской позицией, они не позволят чиновникам разворовывать деньги.

Далее подозревают, что принятие закона дискредитирует саму идею, загубит на корню все добровольческие инициативы, поскольку эта деятельность не терпит никакого подчинения и ограничения формальными рамками. Здесь нужно понимать, что принципы, на которых будет строиться государственная поддержка добровольцев и их статус, – это не попытка подчинить их деятельность органам власти, установить этому некие рамки. Наоборот, законопроект налагает условия не на добровольцев, а на государство. Добровольцы же согласно статье 12 могут осуществлять деятельность как во взаимодействии с органами власти, так и без него.

Безусловно, документ нуждается в доработке. По нашему мнению, в пункте 3 статьи 8 необходимо конкретизировать понятие опасных видов работ. Добровольцы, выходящие ночью в лес на поиск людей, – это опасно или нет? Организация катания с детьми на коньках – опасно? Идти в питомник к животным – опасно? Если при этом вдруг возникает потенциальная опасность для волонтёра, но эта опасность не является органической для ситуации, то, на мой взгляд, излишне привлекать органы государственной власти к организации работы добровольцев. Есть вопрос и о реестре добровольцев. Необходимо создание двух реестров – для организаций и для физических лиц. Данный подход, я считаю, стоит отразить в законе.

Яна Лантратова

председатель координационного совета Союза добровольцев России, член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека


Просмотров 279

24.01.2013

Популярно в соцсетях