«Я бы каждый год сделала Годом культуры…»

О Тамаре Синявской можно гово­рить только в восторженных тонах. Ее чарующий бархатистого — ни с каким не сравнишь — тембра, глубокий по объему и красоте голос радует нас уже десятки лет.

На сцене своего родно­го Большого театра она исполнила практически все главные партии для меццо-сопрано. И каждое ее выступле­ние было знаковым событием. Сегод­ня народная артистка СССР Тамара Синявская заведует кафедрой вокала Российского университета театрально­го искусства, известного больше как ГИТИС. Она не часто соглашается на интервью, но наша нынешняя с ней беседа состоялась потому, что косну­лась совсем не чужой для профессора творческого вуза темы — Года культу­ры, объявленного Президентом России.

«Я бы каждый год сделала Годом культуры…»
Кармен в опере Ж. Бизе «Кармен», автор: РИА НОВОСТИ
 
РФС: Тамара Ильинична, пик вашей оперной карьеры пришелся на так на­зываемый золотой век Большого театра, когда вы пели вместе с замечательны­ми певцами, такими, как Иван Петров и Александр Огнивцев, Ирина Архипова и Галина Вишневская, Елена Образцова и Евгений Нестеренко, Владимир Атлан­тов и Тамара Милашкина, Юрий Мазу­рок и многие другие известные миру исполнители. Попасть в те времена в главный храм музыкального искусства страны было большим праздником. Се­годня — не будем лукавить — Большой театр по разным причинам уже не со­всем тот — а с классикой можно встре­титься лишь на телеканале «Культура» либо на радиостанции «Орфей», имею­щими весьма ограниченный контингент аудитории. Может быть, в Год культуры государству самое время сделать шаги в расширении этой аудитории?
 
Тамара Синявская: Возможно, я пре­увеличиваю, но скажу: в те годы в Боль­шом театре, да и во всей стране каждый день был «годом искусства» — причем я имею в виду не только нашу огромную певческую и актерскую востребован­ность, но и популярность классической музыки в народе. Музыка Чайковского и Верди, Римского-Корсакова и Моцарта звучала повсеместно, приобщая людей к высоким духовным ценностям. Были ли мы звездами? М-м… Мне было бы странно услышать, скажем, о себе — «звезда». Когда сегодня эти золотые и серебряные «знаки качества» раздают направо и налево, я удивляюсь — ис­тинному мастеру надо ведь постоянно доказывать свое право быть на высоте, и делать это приходится каждодневно. Слушателей наших не обманешь: если вчера они кем-то бурно восхищались, то завтра (если певец начнет снижать свою планку), вполне возможно, просто о нем забудут. Возвращаясь к теме Года куль­туры, могу сказать, что, как мне кажет­ся, мы и читали больше (за что, кстати, спасибо, школьным урокам литерату­ры), и чаще ходили в музеи. Я не хочу обвинять нынешнее поколение в неве­жестве — просто для многих компьютер, к сожалению, стал тем единственным окошком в мир, в котором духовности гораздо меньше, чем, к примеру, в теа­тре, концертном зале или музее. Что же касается участия в этом государства, то, конечно, у него достаточно забот. Но забывать о культуре не должны люди, наделенные властью. Ни для кого не секрет, что подъем экономики страны начинается с духовного возрождения общества. А вообще, каждый год я бы сделала Годом культуры.
 

2006 г. Президент России Владимир Путин наградил Тамару Синявскую орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени

Марина Мнишек в опере М. Мусоргского «Борис Годунов»

РФС: Старшее поколение наверняка вспомнит, как ваш муж Муслим Магомаев по радио вел потрясающий курс бесед о выдающихся итальянских ма­стерах бельканто, причем делал это с поразительным знанием дела, букваль­но заражая тысячи юных слушателей любовью к пению…
 
Тамара Синявская: О, это были па­мятные уроки Муслима! Он действи­тельно удивительно проникновенно умел рассказывать о своих любимых Марио Ланца и Тито Гобби, Марии Каллас и Беньямино Джильи, причем так, как, наверное, вряд ли кому удавалось бы. В этих передачах он раскрывал истоки их высочайшего мастерства, которому и сам научился в Италии и которого, я считаю, достиг. В этом весь Муслим: если чем-то был увлечен, он должен был обязательно поделиться этим с другими. Щедрость его души — и это не только мое мнение — гра­ниц не знала. Он много читал, писал музыку к спектаклям и кинофильмам, увлекался всерьез и рисованием, и скульптурой, в весьма зрелом возрас­те сумел освоить компьютер, создав свой собственный сайт. И даже, оста­вив сцену, продолжал жить полноцен­ной органичной жизнью музыканта, художника, композитора.
 
РФС: Жаль, что Муслим так рано перестал петь, казалось, голос ему еще мог служить долгие годы…
 
Тамара Синявская: Он завершил кон­цертную деятельность, следуя своему девизу: лучше уйти со сцены на полго­да раньше, чем на пять минут позже. И это можно назвать подвигом, так как не каждый певец способен себе подоб­ное позволить.
 
РФС: Ваша творческая энергия пора­жает многих. Огромный успех имел телеконкурс «Большая опера», который язык как-то не поворачивается назвать шоу, и жюри которого вы возглавляе­те. Жаль только, что показывают его только по телеканалу «Культура» — он действительно и по накалу соперниче­ства участников, и по отбору претен­дентов заслуживает лучшего и более масштабного воплощения…
 
Тамара Синявская: Вы знаете, я в этом даже сама убедилась. Как-то со мной поздоровалась не знакомая мне женщина. Я поначалу не удивилась — ну, да, видимо, узнала меня в лицо. А она вдруг стала благодарить меня за «Большую оперу»: «Больше бы таких передач на телевидении». Не скрою — было очень приятно. А вот вам другой случай, который только подтверждает: с уровнем духовности — не очень… Од­на молодая особа обратилась ко мне с вопросом: «Это правда, что в Большом театре поют под фонограмму»? Что тут ответить? Надо сказать, что, участвуя в концертах, ни я, ни Муслим никогда не пользовались фонограммой…
 
РФС: Когда вы почувствовали, что мо­жете быть педагогом?
 
Тамара Синявская: Все идет из дет­ства. Когда-то мечтала стать врачом, учителем, артисткой. В результате ста­ла певицей. Ну а сегодня воспитываю будущих певцов — актеров музыкаль­ных театров. В этом году исполняется ровно десять лет, как я занимаюсь сво­ей новой, на первый взгляд, професси­ей. Наверное — просто дано.
 
РФС: И получается?
 
Тамара Синявская: Пусть об этом ска­жут мои ученики, но, похоже, да. Прав­да, очень много сил забирает это — я стараюсь извлечь из их голосов макси­мум того, чем их наградила природа.
 
РФС: Кстати, как поживает после победного выступления в «Большой опере» ее триумфатор, ваш студент-аспирант Магомадов?
 
Тамара Синявская: О, у Володи, слава Богу, все в порядке. Приглашений мно­го. В Большом театре уже спел партию Ратмира в «Руслане и Людмиле» Миха­ила Глинки, в Новосибирской опере — незаменимый Зибель в «Фаусте» Шарля Гуно, зовут и в другие постановки Это помимо участия в концертах классиче­ской музыки.
 
РФС: Недавно завершился конкурс «Голос. Дети» на первом телеканале. Он вызвал неоднозначную реакцию у зрителей. Вспоминается, как вы эмо­ционально переживали на «Большой опере» за расстроенные лица участни­ков, не прошедших в следующий тур. Но там были уже взрослые юноши и девушки, а здесь — дети.
 
Тамара Синявская: Честно говоря, я не очень внимательно смотрела дет­ский «Голос». Но вообще, не слишком приветствую подобные шоу, когда деся­тилетние девчонки и мальчишки поют взрослые песни о любви. У меня твердое убеждение, что от природы не уйдешь. Ребенка, как ни старайся, а дано буду­щей матери вынашивать девять меся­цев. Так и в этом случае — дети должны повзрослеть, набраться жизненного опы­та, чтобы понять то, о чем поют, иначе им невозможно поверить. Да и психика у них еще не устоявшаяся. Им так легко возомнить о себе, что они уже звезды с неба хватают, особенно когда взрослые их еще и настойчиво убеждают в том, что они уже состоялись как певцы. Ре­зультат, как правило, не слишком раду­ющий — все шоу когда-то заканчивают­ся, а превращение Золушки в принцессу чаще происходит только в сказке. А ведь каждая творческая неудача может не просто ранить, но и разрушить еще не окрепшие души. Это я говорю о дев­чонках. Что же касается мальчишек, то здесь вообще особый случай. Мало кто из них, звонко заявив о себе в детстве, во взрослом возрасте может сохранить хорошую вокальную форму. Ведь у мальчишек природой заложена ломка в голосе, когда тенор вдруг начинает ба­сить. Зачем далеко ходить — разве при­мер Робертино Лоретти, заявившего о себе как мировая звезда лишь в детском возрасте, не свидетельствует об этом? Учтите, говорю это не как педагог, а как человек, пришедший в серьезный вокал из детского Ансамбля песни и пляски им. В.С. Локтева, в котором пропела це­лых восемь лет.
 
РФС: Действительно, трудно назвать хотя бы одного певца, которому это удалось.
 
Тамара Синявская: Почему же? Могу назвать его: Муслим. Он стал петь по-взрослому уже с 14 лет (но это, скорее, исключение).
 
РФС: Сегодня очень многие молодые вокалисты пытаются ему подражать. У некоторых это, хотя и приблизительно, но получается, однако большинству не удается. Слишком, видно, высока план­ка, которую задал Магомаев своим пе­нием…
 
Тамара Синявская: Вы очень точно сказали о планке, ниже которой он ни­когда не опускался в своих выступле­ниях. А ведь за этим была не только его удивительная природа, но и потря­сающая работоспособность на грани разрыва аорты…
 
РФС: В этом году в октябре пройдет уже Третий Международный конкурс вокалистов его имени?
 
Тамара Синявская: Сначала о конкурсе. Отправной точкой этой идеи стал «Вечер памяти Магомаева», состоявшийся 25 октября 2009 года на сцене самого со­временного концертного зала — Крокус Сити Холл, построенного его настоящим другом Арасом Агаларовым в память о Муслиме. Идея этого музыкального про­екта родилась абсолютно естественно. Музыкальный мир знает немало вокаль­ных конкурсов, но такого, который объ­единил бы в себе одновременно участие исполнителей в классическом репертуа­ре и в современной популярной музыке, пока не существует. Именно это блиста­тельно сочетал в своем творчестве Мус­лим. Конкурс, даст Бог, пройдет опять же 25 октября в зале, носящем его имя. Что же касается вашего второго вопроса, то вы уже на него сами и ответили. Таланту можно подражать, и то на первых порах, но повторить…
 
РФС: Успехов вам, Тамара Ильинич­на, и уж очень хочется услышать как-нибудь и ваш голос.
 
Тамара Синявская: Только — в каче­стве «говорящего» члена жюри. В этом смысле мы с Муслимом едины: закан­чивать петь лучше на полгода раньше, чем… Ну, дальше вы сами знаете…


Беседовал Анатолий Журин

Просмотров 13493