Школьное насилие: как защитить учебные заведения от вооруженных нападений
В Совете Федерации заявили об активизации работы зарубежных кураторов по поиску в России психологически неустойчивых подростков
Более 1300 преступлений террористической направленности в прошлом году в нашей стране совершены руками молодежи и подростков. Это говорит о необходимости перенастройки российской пропаганды и освещения в СМИ для продвижения традиционных для нашей страны ценностных ориентиров. Особенно это необходимо делать в работе с молодежью, подростками, которые сегодня являются «объектом особой обработки со стороны украинских и западных спецслужб». Об этом 2 февраля на заседании комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела РФ заявил ее глава, сенатор РФ Владимир Джабаров.
Кто смакует поножовщину
Внутри России разворачивается война, бойцами которой враги нашей страны делают наших же детей. По данным, которые привела на заседании комиссии в Совфеде член Общественной палаты РФ, директор Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина, в 2025 году на территории нашей страны совершено более 1300 терактов и диверсий, совершенных молодыми людьми, 257 таких страшных преступлений совершены детьми в возрасте от 10 лет. Основной мотив для совершений терактов несовершеннолетними — деньги, средняя плата за теракт — 50 тысяч рублей…
Такая деятельность, заявила Мизулина, координируется из недружественных стран. Причем работа ведется давно, последовательно, с привлечением лиц, которые были обучены методам психологической манипуляции для затягивания детей в террористическую деятельность. Итогом распространения таких идей, убеждена она, является вывод людей на улицы, «перевод активности из онлайна в оффлайн».
При этом, считает общественница, «деструктивные настроения среди российской молодежи растут в геометрической прогрессии» и активно подогреваются зарубежными кураторами-провокаторами через интернет-ресурсы. Они в России работают уже по целому ряду направлений: вербовка на диверсии и поджоги, на мошеннические действия, на доведение сверстников до суицидов.
«Практически каждый день у нас задерживаются те, кто нападают или кто планировал нападения на школу — эту информацию сенаторы могут проверить, направив соответствующие запросы в ФСБ России. Мы боремся пока с последствиями трагедий, а должны опережать противников на два-три шага вперед», — рассказала Мизулина на заседании в Совете Федерации. И сделала ряд предложений.
Прежде всего, считает она, преступления подростков-последователей движения «колумбайн», запрещенного в России как террористическое течение, не должны бессознательно смаковаться в СМИ и на медиаресурсах.
Так, как это, например, было сделано после трагедии в школе в подмосковном Одинцово: преступник-учащийся сам снял 15-минутное видео, как нападает на детей и взрослых с ножом, а медиа охотно и широко принялись распространять этот безумный и способный наносить тяжелый урон психике контент.
Мизулина назвала такой подход безответственным, так как подобные видео сегодня не только отпугивают, но и приводят к эффекту подражания. По ее словам, на такой контент должен быть введен запрет, аналогичный тому, который введен на демонстрацию в сетях роликов с поражением российских объектов вражескими дронами.
Также она обратила внимание парламентариев, что интернет-ресурсы с запрещенным «колумбайн»-контентом из-за пробелов в законодательстве не могут сегодня быть заблокированы в досудебном порядке.
Без оглядок на юность
В СМИ практически ежедневно идут сообщения, которые демонстрируют: наша молодежь является «объектом особой обработки со стороны иностранных спецслужб, прежде всего украинских». Чтобы противостоять этому, сегодня нормы, которые дают судам право ужесточать наказание за преступления террористической направленности, должны работать безукоризненно. Так считает глава комиссии Совета Федерации по защите государственного суверенитета Владимир Джабаров.
Напомним, что, согласно поправкам в Уголовный кодекс РФ от 17 ноября 2025 года, возраст для наступления уголовной ответственности за диверсию, за организацию террористических и диверсионных сообществ и участие в них, содействие терроризму и диверсии был снижен до 14 лет. При этом для лиц, осужденных по таким статьям, фактически не может применяться условное наказание.
«Может быть, для кого-то это выглядит жестоко. Но тем не менее мы должны понимать, что тот урон, который способны нанести подобные действия молодых и даже юных людей, может быть такой, что от них завтра пострадают совершенно ни в чем не повинные люди», — отметил Джабаров.
Одновременно сенатор сообщил, что ФСБ России сегодня ведет колоссальную работу по предотвращению терактов и достигает объективно больших успехов. Но усилий только спецслужб недостаточно — законодатели готовы адресно и прицельно включиться в эту работу.
Как сообщил Джабаров, в комиссии Совета Федерации по защите госсуверенитета, скорее всего, появится новая рабочая группа, которая целенаправленно займется вопросами борьбы с вовлечением молодежи и детей в террористическую, диверсионную деятельность, а также вопросами предотвращения рисков в сфере воспитания.
Между тем проблема недоверия нового поколения к власти и институтам государства, которые призваны с молодыми людьми работать, актуальна не только для России. Как сообщил руководитель научного совета Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков, попытки делегитимации власти в молодежной среде сегодня вовсю идут в странах Запада.
Поэтому в ряде государств активно обсуждаются и уже вводятся ограничения на присутствие подростков в интернете. Как рассказал политолог, в Австралии введен жесткий возрастной порог (до 16 лет) для доступа к целому ряду интернет-платформ. Схожий законопроект получил поддержку в парламенте Франции.
Среди других высказанных на заседании комиссии предложений, которые ориентированы на «обнуление» школьного насилия, — наведение порядка с помещением подростков в спецучреждения закрытого типа (сегодня нередки случаи, когда суды не делают этого, даже если подросток нанес тяжкий урон сверстникам и учителям) и налаживание четкого взаимодействия школьных психологов с медицинскими организациями между собой.
Также отмечают эксперты, что, несмотря на регулярные случаи насилия в школах, никто в России толком пока не занимается системным анализом нападений на предмет определения, кто эти дети, из каких они семей, каков их социальный и общественный статус. Это позволит, уверены специалисты, создать общий портрет преступлений, что, в свою очередь, сможет помочь противостоять им и их предотвращать.
Ещё материалы: Владимир Джабаров
