Как «Вымпел» освободил советских дипломатов

19 августа 2021 года — 40 лет со дня создания Группы специального назначения «Вымпел»

19.08.2021 00:00

Автор: Николай Дорофеев

Как «Вымпел» освободил советских дипломатов
Валерий Попов. © Антон Новодережкин/ТАСС

25 июля 1981 года на совместном заседании Совмина СССР и Политбюро ЦК КПСС было принято решение о формировании в системе КГБ СССР секретного подразделения специального назначения. Днем рождения ГСН «Вымпел» считается 19 августа этого же года, когда был издан закрытый приказ КГБ о создании Отдельного учебного центра (официальное название). Как сверхсекретное подразделение специального назначения КГБ СССР готовилось к выполнению задач в «особый период» и как ее сотрудники стали лучшими в мире спецназовцами, рассказывает президент Ассоциации «Группа Вымпел» Валерий Попов.

От идеи до воплощения

- Валерий Владимирович, почему было принято решение о создании группы «Вымпел»?

- Объявленная Советскому Союзу Западом холодная война носила не столь явный военный характер, сколько политико-идеологический и экономический. Но тем не менее к 70-м годам ХХ века во всех странах блока НАТО уже существовали силы специальных операций, которые действовали по всему миру. У американцев — «Дельта», у Германии — SG-9, нечто похожее у Франции и Италии. В СССР же ничего подобного не было. Имелся спецназ ГРУ, но это подразделение военной разведки, целью которого в основном были военные объекты. Внешняя разведка занималась политическими, экономическими, научно-техническими направлениями, но она не располагала подразделением для решения специальных задач за рубежом.

Необходимость создания такого подразделения подсказывала сама жизнь, но никакого решения высшим руководством страны не принималось. Против выступал министр обороны, считавший, что нет необходимости, имея части специального назначения, создавать что-то еще. Сдвинуть ситуацию с мертвой точки помогли события в Афганистане.

Главной фигурой в событиях декабря 1979 года в Кабуле с точки зрения принятия решений был Юрий Иванович Дроздов. Опытнейший разведчик, управленец, аналитик, он возглавлял к тому времени управление «С» Первого главного управления КГБ СССР — нелегальная разведка. До этого он четыре года был резидентом в США, а еще ранее — в Китае. Сами американцы называли его легендарным советским разведчиком. Это было признание противником его профессиональных заслуг.

Он по личному поручению главы КГБ Юрия Владимировича Андропова в декабре 1979 года был в Афганистане для оценки обстановки, принятия решения, подготовки и непосредственного проведения операции по захвату объектов в Кабуле, включая штурм дворца Тадж-Бек, где укрывался президент Афганистана Хафизулла Амин.

Находился Дроздов в Кабуле под псевдонимом капитана Лебедева и представлялся заместителем начальника по тылу одного из советских подразделений уже дислоцированных на территории Афганистана. Никто и представить не мог, что этот худой, неприметный ничем человек в гражданской куртке принимает все необходимые решения, в том числе и военно-политические.

Тогда в непосредственном штурме дворца принимали участие 54 человека: 24 бойца из спецотряда «Гром» — действующие сотрудники группы «А», а также отряд особого назначения «Зенит» из 30 человек — слушателей Курсов по усовершенствованию офицерского состава (КУОС). Это были оперативные сотрудники со всех управлений КГБ СССР, так называемый специальный резерв ПГУ, который готовили к работе на «особый период», то есть предвоенное время. Они должны были стать командирами разведывательно-диверсионных отрядов. Обучение строилось на опыте Великой Отечественной войны и деятельности легендарного ОМСБОН — Отдельной мотострелковой бригады особого назначения, которую создавал Павел Анатольевич Судоплатов… «Зенит» — это сводный отряд для выполнения конкретной задачи. А назывался он «особого назначения» только потому, что предназначался для выполнения особой задачи.

С точки зрения военной стратегии штурм дворца Тадж-Бек и захват других объектов в Кабуле оказались удачными. Хотя координировать взаимодействие между частями Минобороны, ГРУ и КГБ было непросто.

Когда 31 декабря 1979 года Дроздов докладывал Андропову о результатах операции, то отметил, что считает необходимым создание постоянно действующего подразделения, подобного отряду «Зенит». И аргументировал тем, что подобные ситуации могут возникнуть в других странах мира со сложной военно-политической обстановкой.

Тогда полыхала Африка, Ближний Восток, Средняя Азия. Это был период активизации холодной войны, в которой Советский Союз защищал свои интересы в дружественных нам странах. Поэтому создание подразделения специального назначения для действий за рубежом было необходимым и оправданным. Понадобилось полтора года, чтобы высшим политическим руководством страны было принято положительное решение. Сопротивление было сильным, но Дроздову удалось убедить руководство нашей страны и Комитета государственной безопасности.

© из личного архива В.Попова

- Существует такая легенда, что свое название группа «Вымпел» получила из-за того, что ее первый командир Эвальд Григорьевич Козлов был морским офицером и носил звание капитана первого ранга. Но все же, откуда появилось это название?

- В морском обиходе подъем брейд-вымпела на мачте корабля, направляющегося в боевой поход, означает присутствие на нем командира соединения или другого высокопоставленного лица. Звучит и выглядит красиво, но в отношении Группы «Вымпел» это всего лишь легенда, хотя морская подоплека была…

Такое название придумал полковник Савинцев Евгений Александрович (позывной «Дед»), которому как «прорабу» было поручено строительство, организация и начальное формирование Группы. С придуманным им названием «Вымпел» и со всеми документами он и пришел к Дроздову на доклад.

Дело в том, несколько лет назад он назвал так некую спецоперацию, которую сам же и разрабатывал. Но руководство посчитало ее наименование слишком громким и предложило выбрать что-либо более скромное, а название «Вымпел» сохранить на будущее. Вот оно и пригодилось… Могу добавить, что та операция была связана с морем, а сам Савинцев с детства мечтал стать морским офицером. Так что морская тематика частично подтверждается. Что же касается легенд, то чем больше Группа обрастает легендами, тем это выгодней для ее собственной безопасности и маскировки спецопераций.

Дорога в спецназ

- А как вы попали в «Вымпел»?

- Я учился в Новосибирске на Высших курсах военной контрразведки. Приехавшие из Москвы кадровики предложили пойти на службу в новое сверхсекретное подразделение. В январе 1982 года оказался на Курсах усовершенствования офицерского состава (КУОС), на базе которого тогда зарождался «Вымпел». Попал в первую десятку сотрудников. Так получилось — просто приехал раньше других и на начальном этапе временно исполнял обязанности старшего по подготовке только еще формировавшегося первого оперативно-боевого отдела, готовящегося к командировке в Афганистан. Поэтому мне с первых дней каждый был лично известен. Приходилось в звании старшего лейтенанта командовать старшими офицерами, которые уже имели оперативно-боевой опыт. Не сладко пришлось, поверьте. Но с другой стороны, я получил ничем не заменимое общения со знающими свое дело людьми.

© из личного архива В.Попова

Конечно, это не было в чистом виде воинское подразделение, все мы были в гражданской одежде и обращались друг к другу по имени и отчеству. Но секретность при этом соблюдалась высочайшая. Достаточно сказать, что десять лет ни мы и никто другой не знали, что наше подразделение носит название «Вымпел». Называлось оно просто — Отдельный учебный центр.

- Как отбирали и как готовили бойцов отряда. Что должен был уметь тогда сотрудник «Вымпела»?

- Нас учили выдающиеся люди, способные выполнить задачу по организации системной подготовки сотрудников «Вымпела». Часть из них — это ученики Павла Анатольевича Судоплатова, имевшие боевой и оперативный опыт, полученный в Великой Отечественной войне и послевоенные годы. Это Илья Григорьевич Старинов, Алексей Николаевич Ботян, Иван Павлович Евтодьев и Евгений Александрович Савинцев. При индивидуальной подготовке передавали нам опыт и разведчики-нелегалы. Такие как Геворк Вартанян, Надежда Троян, Юрий Шевченко и многие другие легендарные разведчики, имена которых еще не названы.

Времени на раскачку не было. Мы готовились к реальной войне и к работе в «особый период», когда война вроде бы еще не объявлена, но на самом деле уже идет. В мирное время мы должны были выполнять задачи по защите наших граждан за рубежом: дипломатов, разведчиков, да и просто сограждан любых профессий, трудившихся за границей. В СССР было огромное количество специалистов, работавших в странах со сложным военно-политическим положением: и в Африке, и в Латинской Америке, и в Азии. Я, например, работал на Ближнем Востоке в международной организации и занимался вопросами личной безопасности международных чиновников.

Всего поначалу нас было несколько десятков человек. Подбирали сотрудников только с оперативной подготовкой. Востребованными оказались оперативники, умеющие работать с особо ценной агентурой, собирать и анализировать информацию, принимать быстрые решения, имевшие боевой опыт.

Но при этом была организована дополнительная спецназовская подготовка: воздушно-десантная, подводная, альпинистская, ведение рукопашного боя, изучение иностранного оружия, минно-взрывного дела и спецсвязи. А еще было обязательным знание иностранных языков, страноведения, истории и культуры государств, традиций и религий, чтобы понимать, как правильно себя вести и выстраивать отношения с местным населением. Отдельная часть — психологическая подготовка, умение перевоплощаться и в нужный момент сыграть ту или иную роль и выйти из нее. И, наконец, надо было научиться работать в автономном режиме, без поддержки извне: самим добывать информацию, проверять ее, анализировать, проводить спецоперации желательно без какого-либо шума и скрытно уходить без следов и потерь.

Поэтому и учили нас без всяких скидок, порой жестко, даже тренировки назывались учебно-боевыми. Один пример: как-то мы должны были проникнуть на территорию стратегически важного объекта, где охрана не была предупреждена о нашем возможном появлении и стояла с боевым оружием. А если бы случилось непредвиденное?..

Мы должны были продумать каждый свой шаг и прочувствовать все до деталей. Потому что разведчик специального назначения — это не просто спецназовец, это думающий спецназовец.

- Существует еще одна легенда: как-то у Юрия Дроздова спросили, кто круче: Группа «Вымпел», спецназ ГРУ или Группа «Альфа»? Ответ был таков: ГРУ — это самый боевой спецназ, «Альфа» — самое крутое спецподразделение антитеррора, а «Вымпел» — самый интеллектуальный спецназ. Так что это означает — интеллектуальный спецназ?

- Тот вопрос Дроздову, на мой взгляд, поставлен некорректно. Это все равно, что сравнить орла, кита и льва. Каждый живет в своей среде — в воздухе, в воде, на земле — и каждый силен в своей стихии.

Уникальность Группы «Вымпел» состояла еще и в том, что в ее рядах были люди разных образований, специальностей и профессий. У Дроздова была обойма (он, кстати, часто употреблял это слово) разведчиков специального назначения, обладающих профессиональными знаниями в других областях.

И этот потенциал активно использовался не только за границей, но на территории СССР. Например, мы занимались поиском уязвимых мест не только с точки зрения контрразведывательного обеспечения, но и промышленной безопасности объектов. Гражданские специалисты смотрели на вопросы безопасности порой однобоко. Мы же побуждали их к системной работе.

С одним из коллег мы несколько месяцев изучали потенциально уязвимые места в некоторых старых реакторах атомных станций. И нашли. Сначала теоретически, потом проверили в ходе так называемых тактических учений.

Теперь эти реакторы выведены из эксплуатации, поэтому могу рассказать: то, что случилось в Чернобыле, могло произойти на Ленинградской и Белоярской АЭС (на последней как раз мы это все и изучили). Дроздов направлял соответствующую информацию руководству страны. Я не знаю, кто и почему ее не принял во внимание, но ровно через год в Чернобыле произошла ситуация схожая с той, что моделировали мы… Вот это — яркий пример деятельности интеллектуального спецназа.

- «Вымпел» изначально создавался как боевая единица, призванная защищать интересы СССР и его граждан за рубежом. Можно ли привести примеры этому?

- Оперативно-боевые задачи выполнялись разные, работали как в одиночку, так и группами. Например, при содействии сотрудников «Вымпела» была обеспечена безопасность и возврат в СССР Алексея Михайловича Козлова — Героя России, разведчика-нелегала, захваченного в результате предательства и сидевшего в тюрьме в ЮАР. Тогда работа наших сотрудников в Анголе и других африканских странах позволила Юрию Дроздову создать условия для обмена нашего легендарного разведчика на группу более 10 человек из числа агентов Запада, где ключевым был родственник одного из высокопоставленных руководителей ЮАР. Результат был достигнут с помощью наших кубинских и африканских друзей, и никто ничего подобного сделать не смог.

Другая история — Ливан, столица Бейрут, где были захвачены четверо советских дипломатов. Среди них, кстати, и сотрудники внешней разведки. Все попытки советского МИД освободить их ни к чему не привели. В ситуацию вмешался тогдашний глава Сирии Хафез Асад, но тоже безрезультатно. Даже лидер Палестины Ясир Арафат оказался бессилен, хотя исполнителем захвата являлся его бывший личный телохранитель. Одним словом, ни политики, ни силовики ничего не могли сделать. А вот Дроздову это удалось. Вокруг этой истории ходило много легенд, в том числе про жестокие расправы с членами семей террористов. Но все это не соответствовало действительности. Оперативном путем были созданы веские аргументы для возврата заложников без проведения боевого варианта спецоперации, о деталях которой нельзя говорить до сих пор.

Еще пример — опять Ближний Восток, но страну и дату не назову, дабы не раскрыть наших еще действующих помощников. Небольшая группа наших сотрудников, изучив основу и степень вражды между двумя противоборствующими террористическими группировками, спровоцировала вооруженный конфликт между ними, в ходе которого чужими руками была полностью уничтожена целая школа террористов-смертников, которых готовили для заброски на территорию нашей страны.

Уверен, секрет успехов этих и других операций — в уникальности группы специального назначения «Вымпел» и гениальности ее создателя Юрия Дроздова. В оперативном подчинении мы находились у него, как у руководителя нелегальной разведки, а подчинялись исключительно председателю КГБ Юрию Андропову. Только в составе нелегальной разведки можно было надежно, автономно и быстро решать все задачи, стоящие перед разведчиками специального назначения.

© из личного архива В.Попова

Без провалов и предательства

- В январе 1992 года ОУЦ был передан в Министерство безопасности РФ, в январе 1996 преобразован в Управление «В», которое в октябре 1998 года вошло в состав современного Центра специального назначения ФСБ России, оставаясь правопреемником Группы «Вымпел». Чем сегодня занимаются сотрудники управления «В», в каких операциях принимают участие?

- Задачи кардинально изменились в сторону борьбы с терроризмом, и в основном наши правопреемники проводят спецоперации на территории России. У них гораздо больше боевых операций, чем в свое время провел «Вымпел» за рубежом. Наследие силы духа и традиций передавались современному поколению спецназовцев. Даже нынешний руководитель управления тоже из нашего прежнего состава. Вместе мы были во многих командировках.

Но Группа специального назначения «Вымпел» относилась к внешней разведке с соответствующими задачами за рубежом, а управление «В» является подразделением ФСБ, то есть контрразведки, поэтому занимается безопасностью стратегических объектов и борьбой с терроризмом на территории нашего государства. А значит, сегодня у них иная специализация, иные методы работы, иная тактика. Им не приходится действовать автономно, они тесно взаимодействуют с другими силовыми структурами и правоохранительными органами, им не требуется знание иностранных языков и тому подобное.

Все, что связано с терроризмом и новыми вызовами и угрозами, управление «В» ЦСН ФСБ России справляется сегодня эффективно и успешно. Так, постоянно в СМИ поступает информация, что захватывается или уничтожается очередная группа террористов… Но я бы не стал сравнивать Группу «Вымпел» и нынешнее управление «В». Это просто не совсем корректно.

Другой вопрос, может быть, даже более важный: нужно ли сейчас возвращать к жизни и деятельности тот «Вымпел», который был и действовал до распада СССР, с прежними задачами и функциями? Это далеко не риторический вопрос.

Россия в военно-политической и экономической блокаде. Я бы назвал нынешнюю ситуацию вокруг нашей страны как «особый период», в чем-то схожий с ситуацией 1939 года. Спецназ НАТО уже вовсю действует на территориях бывших союзных республик — Украины, Грузии, Молдавии, не говоря о прибалтийских государствах. Уверен, уже и на нашей территории существуют их так называемые спящие ячейки.

Несколько лет назад Дроздов рассказывал мне о своей встрече с одним из заместителей руководителя Агентства национальной безопасности (АНБ), специально приехавшим из США в Москву для встречи с легендарным советским разведчиком. Так американец прямо сказал, что таких ячеек в России уже немало… Их надо выявлять, но одной контрразведки тут недостаточно. Нужна разведка там, за рубежом, чем «Вымпел» как раз и занимался. Так что Дроздов правильно предсказывал, что «Вымпел» в будущем будет нужен как никогда. И с этим трудно не согласиться.

© из личного архива В.Попова

- А если сравнивать с аналогичными подразделениями специального назначения других стран. Кто же сильнее: они или «Вымпел»?

- Когда Юрий Владимирович Андропов передавал Дроздову документы о создании «Вымпела», он сказал: «И чтобы им равных в мире не было!» Мы знали все западные подразделения специального назначения. Тщательно изучали их, даже в некоторых побывали внутри и брали у них то, что считали необходимым и полезным.

Поэтому равных нам не было тогда, нет и сейчас. Разведка специального назначения строилась на классических принципах. Изюминка была в том, что на практике под любую задачу у нас были профессионально подготовленные с невероятной силой духа и товарищества сотрудники, готовые идти на самопожертвование ради выполнения задачи любой сложности.

В составе «Вымпел» были люди 28 национальностей, но мы никогда не различали сотрудников по этому признаку. И дух у нас был единый — русский. Но русский не по национальности, а по принадлежности к стране, ее истории, ее народу. И это нас мотивировало на выполнение любой задачи… Считаю, что именно поэтому до 1991 года у нас не было ни одного провала, ни одной потери и ни одного предателя.

Попов Валерий Владимирович

Служил в Группе специального назначения «Вымпел» с первых дней ее формирования. Принимал участие во многих оперативно-боевых операциях в Афганистане, странах Ближнего Востока, включая Сирию. В новейшей истории России принимал участие в спецоперациях в Беслане и «Норд-Осте». В настоящее время — президент Ассоциации «Группы «Вымпел».