Все о пенсиях в России

00:00Что положено ветерану МВД и как этот статус получить

13.04.2024Кому повысят пенсии с 1 мая

12.04.2024В мае некоторое юбиляры получат доплату к пенсии

Как Пушкин и его «наследники» сделали Крым частью России

Ко Всемирному дню писателя «Парламентская газета» рассказывает о таврическом измерении отечественной словесности

03.03.2023 00:00

Автор: Александр Мащенко

Как Пушкин и его «наследники» сделали Крым частью России
  © Алексей Васильев/ПГ

Всемирный день писателя отмечают 3 марта. Придумали этот профессиональный праздник не так давно — в 1986 году, однако на самом деле литераторы заслужили его гораздо раньше — даже не десятки, а сотни лет назад. Заслуги русских писателей перед Отечеством среди прочего и в том, что они, придя в Крым вслед за графом Суворовым-Рымникским, князем Потемкиным-Таврическим и Екатериной Великой, сделали полуостров частью России в XVIIIXIX веках и вместе с Владимиром Путиным вернули его обратно к родным берегам в XXI.

Штыком и пером

Пушкин, Жуковский, Грибоедов, Гоголь, Толстой, Тютчев, Чехов, Волошин, Мандельштам, Гумилев, Ахматова, Цветаева, Пастернак, Куприн, Бунин, Шмелев, Туроверов, Набоков, Маяковский, Есенин, Булгаков, Симонов, Бондарев, Солженицын, Высоцкий, Аксенов, Бродский, Пелевин, Лимонов, Проханов, Прилепин… Перечислять фамилии писателей, связанных с Крымом, можно еще очень долго. Некоторые из них сражались за российский Крым в буквальном смысле. Лев Толстой — в Крымскую войну, Николай Туроверов — в Гражданскую, Константин Симонов — в Великую Отечественную. Но, конечно, их главным оружием было слово.

«Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо», — просил когда-то Маяковский.

Главные крымские книги русской литературы Александр Пушкин. «Бахчисарайский фонтан».

Лев Толстой. «Севастопольские рассказы».

Антон Чехов. «Дама с собачкой».

Иван Шмелев. «Солнце мертвых».

Василий Аксенов. «Остров Крым».

После присоединения Крыма к России в 1783 году началось активное политическое, административное, экономическое и… литературное освоение региона. Вместе с солдатами, чиновниками, путешественниками, учеными заново открывать забытый за несколько столетий край, где когда-то крестился князь Владимир и на территории которого находилось древнерусское Тмутараканское княжество, отправились Жуковский, Батюшков, Грибоедов и, конечно, Пушкин. При этом они нашли в Крыму не только русскую Святую землю, но и земной рай, куда на протяжении многих последующих десятилетий будут стремиться с холодного российского материка цари, вельможи, политики, писатели, поэты, художники. 

Александр Пушкин помнил «земли полуденной волшебные края» всю жизнь. Он похоронен на Псковщине, в Святогорском монастыре, но его дух обретается и в Крыму: «Так, если удаляться можно Оттоль, где вечный свет горит, Где счастье вечно, непреложно, Мой дух к Юрзуфу прилетит…» Во многом именно под влиянием пушкинского гения в Крым отправились другие писатели и поэты. Пушкин создал литературную славу Крыма, или, правильнее, Пушкин создал славу Крыма среди литераторов, сделал полуостров модным у аристократов России.

Глупо звать его «Красная Ницца»

При этом они искали на полуострове не только святые дары князя Владимира, не только необыкновенную природу, но и исцеление от недугов. С представлением о Крыме как «земном рае» связано более прагматичное понимание полуострова как всероссийского курорта, где можно избавиться от плотских недугов.

В июне 1835 года в Саки приехал на лечение Николай Гоголь. О лечебных свойствах сакских грязей автор «Тараса Бульбы» узнал из сочинений другого российского литератора Павла Сумарокова: «Путешествие по Крыму и Бессарабии» и «Досуги крымского судьи, или Второе путешествие в Тавриду». Причем, судя по всему, сакские грязи Гоголю помогли, иначе едва ли он задумывал бы снова ехать в Крым лечиться уже в конце жизни. Увы, в силу разных причин, прежде всего — безденежья, эта поездка так и не состоялась.

Другой большой русский писатель и «по совместительству» врач, который прославил крымские курорты, — Антон Чехов переехал в Ялту в самом конце XIX века, как только у него проявились первые признаки туберкулеза. Чеховская «Белая дача» была центром притяжения — там бывали Бунин, Горький, Куприн, Короленко, Шаляпин, Рахманинов и другие крупнейшие деятели культуры, остается она таковым и сегодня, являясь одним из лучших литературных музеев полуострова.

Дача Чехова в Ялте © Алексей Васильев/ПГ

А неистовый Владимир Маяковский уже в советские годы посвятил крымским курортам строки:

«И глупо звать его «Красная Ницца»,

и скучно звать «Всесоюзная здравница».

Нашему Крыму с чем сравниться?

Не с чем нашему Крыму сравниваться!»

Крым — это не только рай на Земле, не только всероссийская здравница, курорт, на который стремятся люди со всей страны, но и важнейший военно-стратегический форпост России на юге, завоеванный в русско-турецких войнах XVIII века и удержанный потом в Крымскую войну, в Первую мировую, Гражданскую, Великую Отечественную. Увы, утерянный после войны холодной, но возвращенный весной 2014-го. «Не может быть, чтобы при мысли, что и вы в Севастополе, не проникли в душу вашу чувства какого-то мужества, гордости и чтоб кровь не стала быстрее обращаться в ваших жилах…» — писал в «Севастопольских рассказах» участник первой героической обороны города Лев Толстой. Крымская война сделала Севастополь городом русской славы, а в годы Великой Отечественной его защитники продолжили традиции, заложенные в середине XIX века.

Кстати, Лев Толстой соединил в своей жизни две «функции» Крыма — и военную, и курортную. Великий писатель не только защищал полуостров от европейских и турецких захватчиков во время Крымской войны, но и отдыхал здесь в старости, в 1901 году, во дворце графини Паниной в Гаспре.

В начале ХХ века Крым вновь воспринимался как земной рай — во многом этому способствовала литературная «колония», основанная в Коктебеле Максимилианом Волошиным. У поэта гостили едва ли не все светила русской литературы той поры — Мандельштам, Белый, Горький, Брюсов, Булгаков, Цветаева, Гумилев, Зощенко, Чуковский и многие другие. Именно Волошин фактически превратил ранее никому неизвестный поселок на востоке полуострова в литературную столицу Крыма и один из литературных центров России.

Памятник Волошину в Коктебеле © Алексей Васильев/ПГ

В Гражданскую войну полуостров стал последним оплотом старой уходящей России. Наиболее остро это, пожалуй, отразилось в одной из самых пронзительных книг русской литературы ХХ века — «Солнце мертвых» Ивана Шмелева и в поэзии Николая Туроверова, который навсегда запомнил «уходящий берег Крыма».

Остановись, мгновенье!

В отличие от историков писатели и поэты знают сослагательное наклонение. Уже во второй половине ХХ века мечту о «белом Крыме» отразил в своем романе «Остров Крым» Василий Аксенов. Историческое допущение, лежащее в основе сюжета, заключается в том, что в 1920 году белым удалось отстоять Крым и построить на полуострове независимое государство.

В реальной же жизни и Василий Аксенов, и его коллеги по ремеслу — Битов, Ерофеев, Вознесенский, Евтушенко и многие другие — в мирные «застойные» шестидесятые-восьмидесятые годы продолжили в Крыму традицию, заложенную Волошиным. Крым (и прежде всего — Коктебель) стал для них убежищем, творческой мастерской, в которой родились многие заметные произведения русской литературы той поры.

Иосиф Бродский сформулировал в «Письмах римскому другу» место Крыма в СССР:

«…Если выпало в империи родиться,

Лучше жить в глухой провинции у моря.

И от Цезаря далеко, и от вьюги,

Лебезить не нужно, трусить, торопиться.

Говорят, что все наместники — ворюги,

Но ворюга мне милей, чем кровопийца».

Стихи о Крыме Александр Пушкин. «Погасло дневное светило».

Афанасий Фет. «Севастопольское братское кладбище».

Максимилиан Волошин. «Дом поэта».

Иван Бунин. «Учан-Су».

Николай Гумилев. «Капитаны».

Владимир Набоков. «Крым».

Николай Туроверов. «Уходили мы из Крыма».

Марина Цветаева. «Встреча с Пушкиным».

Владимир Маяковский. «Крым».

Иосиф Бродский. «Зимним вечером в Ялте».

Сбежать к морю, чтобы читать, спорить о прочитанном, писать и наслаждаться жизнью — мечта и советских, и антисоветских литераторов «эпохи застоя». «Остановись, мгновенье! Ты не столь прекрасно, сколько ты неповторимо», — вслед за Пушкиным призывал из Крыма тот же Бродский. Однако мгновенья было не остановить. «Свистят они, как пули у виска». И вот-вот грядет крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ века — распад Советского Союза, поначалу воспринимавшийся как освобождение от опостылевшего коммунистического режима.

Дни августовского путча ГКЧП в 1991 году первый и последний президент СССР Михаил Горбачев провел в «заточении» на государственной даче в Форосе, а буквально в нескольких десятках километров от него, в поселке Курортном под Карадагом отдыхал в то время будущий известный писатель Виктор Пелевин. Эпоха распада большой страны отразилась в его романе «Жизнь насекомых», действие которого происходит в Крыму в те исторические дни. «Я был там летом путча, и я написал роман в следующую зиму, — рассказывал литератор. — Видите ли, политика влияет на вас, даже если вы не хотите. Вы можете быть полностью исключены из сферы политики и общественной жизни, но каждый раз, когда происходит путч, или обстреливают парламент, или избирают Жириновского, что-то изменяется. Вы можете сидеть, запершись в квартире с выключенным телевизором, но каким-то образом вы чувствуете это. Это как если бы химический состав воздуха изменился».

На глазах Пелевина бывшая глухая римская провинция у моря, а затем всесоюзная здравница начала превращаться в регион независимой постсоветской Украины. Репродуктор в поселке «несколько минут шипел вхолостую, а потом мечтательно заговорил по-украински». Однако сбыться этим «мечтам» было не суждено. Понимание того, что Крым не может быть частью Украины, пожалуй, наиболее ярко выразилось в публицистическом наследии абсолютно иного и по творческой манере, и по мировоззрению писателя Александра Солженицына. В 90-е годы прошлого века он одним из немногих открыто возвысил свой голос против потери полуострова: «Сколькие русские с негодованием и ужасом пережили эту безвольную, никак не оспоренную, ни малейше опротестованную, по дряблости нашей тогдашней дипломатии, в 24 часа отдачу Крыма — и предательство его при каждом потом крымском конфликте. И беспрекословную, без малейших политических шагов, отдачу Севастополя, алмаза русской военной доблести. Злодейство это совершено было нашей же выборной властью — однако и мы же, граждане, не воспротивились вовремя».

Читайте также:

• Дело в Шаляпине: в Крыму отмечают полуто­равековой юбилей пев­ца

По законам геопоэтики

Времена изменились, Крым вернулся в состав России. Солженицын до этого не дожил, но пророчески предвосхитил, что Украина в ее постсоветских границах нежизнеспособна: «Отяжелительная ошибка ее — именно в этом непомерном расширении на земли, которые никогда до Ленина Украиной не были: две донецкие области, вся южная полоса Новороссии (Мелитополь — Херсон — Одесса) и Крым. (Принятие хрущевского подарка — по меньшей мере недобросовестно, присвоение Севастополя вопреки, не говорю, русским жертвам, но и советским юридическим документам, — государственное воровство). По пословице: нахватанное — ребром выпрет».

В 2014 году это предсказание сбылось почти с абсолютной точностью. Таковы законы геопоэтики — не путать с геополитикой. Никто — ни Украина, ни Турция, ни Америка с Европой — не могут составить литературную конкуренцию России в Крыму. В первой половине «нулевых» широко известный в узких кругах украинский писатель Юрий Андрухович написал цикл эссе под общим заглавием «Геопоэтика», пропагандировавших «европейский выбор Украины». Но если на кого эти сочинения и подействовали, то точно не на крымчан. 16 марта 2014 года жители полуострова почти единогласно проголосовали за другой — российский выбор. «Возвращение Крыма России было, как чудо, как восход солнца», — сформулировал патриарх современной русской литературы Александр Проханов, которому 26 февраля 2023 года исполнилось 85 лет.

Пушкин и его наследники создали на полуострове культурный щит, сохраняющий Крым в составе Русского мира, несмотря ни на какие политические катаклизмы. Этот щит будет покрепче любого военного щита. Его не пробить ни санкциями, ни беспилотниками, ни «хаймарсами». Крым был, есть и будет частью великой России. И никто и никогда не сможет этого изменить. Все, что можно посоветовать желающим этого, — немного почитать. Ибо иногда от незнания школьной программы по литературе проистекают грандиозные исторические катаклизмы.