«Эмманюэль» появилась из видака

 

В историческом масштабе этот предмет вначале профессио­нального, а затем и бытового обихода прожил весьма короткую жизнь — всего лишь несколько де­сятилетий. Может быть, даже две жизни. Одну — на телестудиях как незаменимый аппарат видеозапи­си и последующей телетрансля­ции. И вторую, когда появились компактные аппараты и кассеты в формате VHS в качестве домаш­него кинотеатра. Но за это время он доказал свою поистине всемирную востребованность, а в судьбе Рос­сии сыграл особую роль.

 

В создании видеомагнитофона от­четливо прослеживается русский след.   Владельцем   американской фирмы Ampex был наш соотечес­твенник, человек легендарной судь­бы Александр Понятов. Ученик Жуковского, студент, находящийся под надзором полиции за свои по­литические взгляды, один из первых русских военных авиаторов, полков­ник царской армии, участник Белого движения Понятов не принял совет­скую власть и оказался в эмигра­ции. После долгих скитаний по миру осел в США, где в тридцатые годы прошлого столетия учредил свою фирму Ampex. Именно здесь под его руководством и был создан первый в мире видеомагнитофон VRX-1000, где был использован принцип, раз­работанный еще в 1932 году совет­ским изобретателем К.Л. Исуповым.

 

Любопытно, что конкуренцию Понятову пытались составить две компании, которые возглавляли его коллеги по эмиграции и тоже наши бывшие соотечественники, — один из основателей системы теле- и ра­диовещания в США Давид Сарнов и изобретатель телевидения Влади­мир Зворыкин. Но Ampex опереди­ла всех.

 

Естественно, аппарат VRX-1000 по­лучился очень большим — размером с громоздкий письменный стол, да и стоил огромные по тем временам деньги — 50 тысяч долларов. Но воз­никающие при его использовании преимущества очень быстро оценили телевизионные компании США.

 

К сказанному остается добавить лишь одно: само латинское слово video было внедрено в общеупотре­бительную лексику тоже Алексан­дром Понятовым.

Он очень малозаметен, так как, несмотря на отдельные статьи в специальной литера­туре, о существовании видео­магнитофонов основная масса советских граждан или не зна­ла совсем, что это такое, или не понимала, зачем он вообще нужен.

 

Но   руководство   страны осознавало     необходимость иметь такого рода современ­ную аппаратуру. В 1958 году было принято постановление ЦК КПСС о разработке собственных видео­магнитофонов. Но дело как-то не заладилось. Помогли эмигранты, которые, несмотря на политические и идейные разногласия со Страной Советов, хотели быть полезными своей Родине. Тот же Владимир Зворыкин помог с созданием пер­вых советских телевизоров.

 

Не остался в стороне и Алек­сандр Понятов. Летом 1959 года в Москве в «Сокольниках» про­ходила Американская националь­ная выставка. Ее посетил первый секретарь ЦК КПСС и по совме­стительству Председатель Совета министров СССР Никита Хрущев. Там он встретился и пообщался с вице-президентом США Ричардом Никсоном, и это было записано на видеомагнитофон. Запись передали Хрущеву с пожеланием приятного просмотра, но смотреть-то ее было не на чем. Тогда Никита Сергеевич с присущей ему пря­мотой   распорядился   создать отечественный   видеомагнито­фон и чтобы не хуже американ­ского. Уже в 1960 году появился первый  советский  студийный видеомагнитофон «Кадр-1». Темп по советским меркам невидан­ный, но легкообъяснимый. Очень многие эксперты полагают, что с согласия Понятова представители Ampex разрешили советским спе­циалистам полностью скопировать всю техническую документацию на свой видеомагнитофон.

 

В середине семидесятых годов на­чалась вторая жизнь видеомагни­тофонов. Из телестудий они шаг­нули в квартиры и дома обычных граждан, так как появились новые компактные модели и такая новин­ка, как видеокассета. Японские, ко­рейские, западноевропейские про­изводители наводнили мир своими аппаратами по доступной цене. Но к СССР это не относилось. Свои отечественные разработки выпу­скались в нетоварном количестве, стоили несоизмеримо дорого, каче­ство изображения было ужасным, да и смотреть-то было особенно нечего.

 

С опозданием на десять лет, в 1984 году, отечественная промыш­ленность освоила выпуск кассет­ных советских видеомагнитофонов «Электроника ВМ-12». Стоили они дорого, да и купить их было очень трудно. Но это уже было нечто ре­альное, а главное — позволяло смо­треть западные видеокассеты. Так начался «видеопрорыв» в советское общество.

 

Процесс этот, надо сказать, не всегда носил приглядные черты. В нем естественное любопытство советских граждан было смешано с нелегальным бизнесом, кримина­лом, а порой и с уголовным пресле­дованием. Сами видеомагнитофоны (на сленге того времени — видаки) сдавались владельцами в аренду за немалую плату. С видеокассетами происходило то же самое, но их еще надо было купить. Западные фильмы в СССР не тиражирова­лись, а именно они интересова­ли граждан. Изготовители и тор­говцы нелегальными копиями неплохо наживались на этом.

 

Сам просмотр видеофильмов то­же был сопряжен с большими про­блемами. Некоторые граждане счи­тают байками рассказы о том, как милиция ходила по ночным улицам, высматривала окна, где горит свет, затем поднималась на нужный этаж и отключала электричество в квар­тире. Делалось это для того, чтобы хозяин видака и организатор про­смотра не смог из обесточенного агрегата достать видеокассету. Как очевидец той эпохи, могу подтвер­дить: кассету с сомнительным со­держанием, а к этой категории в то время можно было отнести любой западный фильм, смотрели на разо­бранном видаке, чтобы одним дви­жением вырвать ее.

 

Были и судебные процессы по «видеоделам». Одна моя знакомая в середине восьмидесятых работа­ла секретарем судебного заседания в одном из московских районных судов. Она много рассказывала о том, как они происходили. Одну такую «печальную» повесть помню до сих пор. Некоего видеовладельца обвинили в подпольной демонстра­ции порнофильмов. А чтобы опре­делить, на самом ли деле имеет ме­сто порнография, создали эксперт­ную комиссию из представителей партийных и советских органов, а также деятелей культуры рай­онного масштаба. Кино смотрели в одном из свободных залов, в при­сутствии всех свободных от про­цессов судебных работников и под охраной незанятых бойцов конвоя…

 

Это, конечно, веселый эпизод из далекого советского прошлого, ха­рактеризующий детскую наивность как простого советского обывателя, так и представителей власти того времени. Но он еще свидетельству­ет и о том, что процесс, как гово­рил всем известный Михаил Горба­чев, пошел, причем явно не в нуж­ную сторону. Отнюдь не случайно в 1986 году указом Президиума Верховного совета РСФСР в Уголов­ный кодекс в дополнение к статье 228 о порнографии был внесен до­полнительный пункт об уголовной ответственности за изготовление и распространение произведений, пропагандирующих культ жестоко­сти. А несколькими месяцами рань­ше вышло постановление Совета министров РСФСР о повсеместном открытии видеозалов.

 

Но поставить под контроль все процессы, связанные с видео, совет­ская власть уже не могла. В стране была объявлена и набирала обо­роты перестройка и по какому-то странному совпадению начало ра­сти количество подпольных видео­салонов, где демонстрировались западные, в основном американ­ские, фильмы, которые не закупали государственные прокатные орга­низации. Понемногу в СССР стали завозить и западные видеомагнито­фоны. Количество видеокассет, за­возимых в страну, с каждым годом росло и к концу восьмидесятых исчислялось сотнями тысяч. Совет­ских граждан уже нельзя было ото­рвать от видео-экрана. Те, кто мог, массово скупал и видеокассеты, кто не мог — толпами ломились в видеосалоны, зачастую целыми семьями.

 

Сегодня даже при очень большом желании трудно купить новый ви­деомагнитофон. Да и нужно ли? Его эпоха завершилась в начале двухты­сячных. Но по домам они еще сохра­нились. Стоят где-нибудь в дальнем углу вместе с десятками, а у кого-то и сотнями видеокассет как приме­ты прошлой жизни. Использовать их нет смысла, а выбросить жалко, хотя любой фильм можно посмотреть на более современном информационном носителе или в Интернете.

 

В общем, храним как память. А что помним-то? Ну, может быть, первые откровения — «Греческую смоковницу» или «Эмманюэль», «Однажды в Америке» и «Коттон Клаб», а всё остальное стерлось под натиском бесчисленного ко­личества дешёвых американских боевиков и ужастиков, имя кото­рым легион.

 

Но стоит вспомнить другое. В восьмидесятые и девяностые го­ды на абсолютно неподготовленные умы советских граждан, воспитан­ных на определенных жизненных идеологических установках, обру­шился огромный поток информа­ции, эти установки разрушающий. Что-то должно было прийти им на смену. Советское, а затем и Россий­ское государство этими вопросами не занималось, безграничный обвал западной кинопродукции, наоборот, предоставлял такую возможность. Да, конечно, видеомагнитофон в принципе позволил советским гражданам получить доступ к за­рубежному кино, смотреть, что они хотят, и в любое удобное для них время. Можно даже с некоторой на­тяжкой согласиться с мнением, что именно видео позволило советским гражданам поднять железный зана­вес и своими глазами увидеть, как живут люди «за бугром».

 

Но был ли этот процесс так уж позитивен? На этот вопрос сразу и не ответишь.