Будут ли театральные актёры работать по контракту

Директор театра имени Евгения Вахтангова предлагает цивилизованный способ оценки деятельности артистов

Будут ли театральные актёры работать по контракту

Кирилл Крок. Фото: ПГ / Игорь Самохвалов

Творческие сотрудники должны работать не по бессрочному трудовому договору, а по контракту — это позволит невостребованным артистам уходить из театра, получая все предусмотренные компенсации, и привлекать молодёжь в учреждения культуры. Как этого добиться? Может ли театр существовать в кино? Об этом и о многом другом в пресс-центре «Парламентской газеты» рассказал директор Государственного академического театра имени Евгения Вахтангова Кирилл Крок. Он стал очередным гостем авторского проекта члена думского Комитета по культуре Наталии Пилюс «Год театра в «Парламентской газете».

- Кирилл Игоревич, в профессиональном сообществе много говорят о введении критериев эффективности работников учреждений культуры, а в Минкультуры разработали законопроект, дающий право театрам увольнять невостребованных артистов. Как вы относитесь к этому?

- Я отношусь к этому двояко. С одной стороны, поддерживаю эту идею и считаю, что труд творческого работника должен быть регламентирован. В театре им. Е. Вахтангова есть около 12 актёров, которые вообще не выходят на сцену по разным причинам — кто-то не может физически, кто-то просто не хочет или согласен лишь на главные роли. Поэтому считаю, что такой честный, порядочный инструментарий должен быть. Почему художественный руководитель нашего театра, режиссёр с мировым именем Римас Туминас работает на контракте, а вся труппа на бессрочном договоре?

В театре им. Е. Вахтангова есть около 12 актёров, которые вообще не выходят на сцену по разным причинам — кто-то не может физически, кто-то просто не хочет или согласен лишь на главные роли.

Наш театр в силу экономической ситуации может позволить себе платить зарплату невостребованным актёрам, но такая ситуация сегодня не везде. В ряде учреждений директора театров пытаются найти статьи в Трудовом кодексе, которые помогут уволить не задействованных в репертуаре артистов. Но я выступаю за цивилизованный метод — чтобы раз в три года в театре собиралась комиссия с участием профсоюзов, юристов, которая бы предупреждала актёров, не выходящих на сцену, о расторжении договора за полгода. При этом будет выплачиваться компенсация — три среднемесячных зарплаты в театре, это такой человеческий способ расстаться с актёром.

Наша театральная традиция заключается в том, что человек, поступивший на службу в театр, должен остаться здесь на всю жизнь, однако сейчас мир сильно изменился: масса молодых актёров, окончивших театральные вузы, не может устроиться — нет ставок. Я полагаю, что должен быть цивилизованный способ решения этой проблемы, поэтому надеюсь на поддержку депутатов в этом вопросе.

Есть и другая сторона медали — в нашем театре всю свою жизнь работала великая артистка Галина Коновалова. Хотя известность пришла к ней лишь в 90 лет — благодаря худруку Римасу Туминасу… Поэтому остаётся вопрос, как с водой не выплеснуть бы ребёнка. Но в любом случае у театра должен быть механизм цивилизованного расторжения трудового договора с актёром.

- Вы были очень активным участником обсуждения изменений в закон о госзакупках в сфере культуры. Чего вы ждёте от закона теперь, когда он принят?

- Всё театральное сообщество благодарно за то, что смягчены требования к госзакупкам в сфере культуры. Нельзя превращать театр в бюрократическую контору, которая работает не на зрителя и на эффективность расходования бюджетных средств, а на исполнение, по сути, никому не нужного административного регламента.

Принятый закон значительно облегчит жизнь всех культурных учреждений в стране. Но нужно понимать, что проблема отрасли куда шире.

- Вы участвовали в парламентских слушаниях, на которых обсуждали концепцию закона о культуре.

- Действительно, речь как раз об общем законе о культуре, который просто необходим. Дело в том, что культура не может работать по общеотраслевым законам, поэтому интересы сферы необходимо учитывать — творчество не поддаётся нормированию и сертификации.

Сколько проблем могло возникнуть после принятия закона, который обязал — в том числе и театры — работать с кассовыми аппаратами. Легко вернуть не подошедшую вещь в магазин, но как производить возврат в культурном учреждении? Тем более что помимо кассы все театры реализуют билеты и через распространителей, обеспечить которых мобильными кассовыми аппаратами непросто. Эта тема находится на контроле Госдумы — 23 мая в третьем чтении был принят закон, который разрешает индивидуальным предпринимателям продажу билетов в театр без кассовых аппаратов.

Но нам нужен общий закон о культуре, который пропишет, что не все экономические нормы должны автоматически распространяться на сферу культуры.

- Работа над этим законопроектом ведётся, предстоит сделать ещё немало, но надеюсь, что хотя бы до конца нашего созыва он будет принят. Кирилл Игоревич, в театральном сообществе есть термин «эффект Крока» — он подразумевает успешный театральный менеджмент. Расскажите об этом поподробнее, сколько у вас сейчас сцен?

- Численность нашего штата превышает 400 человек, работает шесть сценических площадок. Два года назад у нас открылась новая площадка — Симоновская сцена. Они все разные — и по содержанию, и по наполнению.

Я горжусь тем, что у артистов есть большие возможности для самореализации, наш репертуар сегодня состоит из 54 спектаклей, благодаря чему любой зритель, который окажется на одной из наших сцен, сможет выбрать то, что ему по душе. Вахтанговский — это не театр одного режиссёра, а огромная империя имени Вахтангова.

- У вас были очень интересные проекты, связанные с виртуальным театром. В прошлом году, к примеру, они реализовывались в Америке…

- Это история из области фантастики: мне в приёмную позвонил американский журналист, после чего пришёл к нам в театр и сказал, что влюбился в наши постановки и хочет показывать их в кинотеатрах США. Я подумал — шутка. Это же стоит больших денег и больших усилий. Однако американец взялся за дело серьёзно и реализует проект по продвижению русского театра на экранах до сих пор.

В следующем году, кстати, наши постановки будут показаны на экранах Лондона. Технически это происходит так: он снимает наши спектакли на камеры, делает видеоверсию, с ним заключается лицензионное соглашение, он платит театру деньги и в течение года транслирует наши спектакли.

Театр ведь — для людей. И он может состояться только тогда, когда есть зрители. Всё остальное — частное мнение критиков в СМИ или соцсетях.

Таким образом в США уже были показаны спектакли «Бег», «Евгений Онегин», «Дядя Ваня».

- В открытых источниках есть информация, что заполняемость в вашем театре превышает 95 процентов. А насколько доступны билеты зрителям?

- Театр имени Вахтангова — это общедоступный театр, и самый дешёвый билет на любой спектакль стоит 400 рублей. Более того, у нас есть система входных билетов, когда, к примеру, студент может купить входной билет без места в день спектакля и сесть где-то на балконе.

- Как вы определяете критерии успешности театра?

- Он один — когда все билеты проданы. Театр ведь — для людей. И он может состояться только тогда, когда есть зрители. Всё остальное — частное мнение критиков в СМИ или соцсетях. Поэтому главная оценка — от публики. Жизнь театра нельзя подчинять только экономике, однако такие принципы, конечно, тоже должны быть.

Просмотров 3643

24.05.2019 00:00



Загрузка...

Популярно в соцсетях