Олег Смолин: Сдача ЕГЭ должна быть добровольной

Первый заместитель председателя Комитета Государственной Думы по образованию Олег Смолин в прямом эфире ответил на вопросы читателей «Парламентской газеты».

Галина Ивановна Сорокина, г. Щелково МО: Олег Николаевич, добрый день! Несколько лет назад вы внесли в Госдуму законопроект о добровольности ЕГЭ, который предполагает полную отмену ЕГЭ по истории, литературе и обществознанию. Какова его судьба? Какова позиция министерства по этому вопросу? И что необходимо предпринимать, чтобы установленные стандарты по гуманитарным предметам не привели к оглуплению молодежи? И можно ли корректировать КИМы по всем предметам?

- Начну с того, что идея добровольной сдачи ЕГЭ была отражена в нескольких законопроектах, в том числе в том, о котором идет речь, а также в проекте Федерального закона «О народном образовании». Мы считаем, что добровольная сдача ЕГЭ — это самый подходящий и компромиссный вариант. Между прочим, опросы общественного мнения — и в частности учителей — показывают, что подавляющее большинство предложение о добровольной сдаче ЕГЭ поддерживают. Однако Государственная Дума большинством голосов фракции «Единая Россия» этот законопроект, как и законопроект «О народном образовании», отклонила. Документ, кстати, предполагал, что экзамены по гуманитарным предметам должны быть либо устными, либо должны хотя бы включать элементы устного экзамена. Между прочим, люди, которые еще много лет назад говорили, что ЕГЭ чуть ли не совершенно, теперь солидарны с моей позицией, что госэкзамен не учит детей читать, писать и говорить. Культура устной речи, чтения стихов в результате появления ЕГЭ в России, к сожалению, если не умерла, то при смерти. Чем быстрее мы вернем эту идею, тем будет лучше. Мы, между прочим, хотим вообще поменять идеологию экзамена. ЕГЭ, как известно, ставит крайне жесткие условия для детей. Я благодарен представителям Рособрнадзора за то, что они приняли мое предложение, и теперь ребятам перед ЕГЭ будут желать удачи в рамках инструкции. Но все равно, когда я в прошлом году в качестве члена комиссии ЕГЭ в городе Омске дважды проходил металлоискатель, показывал паспорт, чувствовал себя неуютно. С тогдашним министром образования Омской области и представителем Рособрнадзора мы обсуждали, что хорошо, что у нас экзамен шел по-другому. В чем заключается, на наш взгляд, новая идеология экзамена? Чтобы за счет разнообразия форм дать возможность каждому ребенку показать лучшее из того, на что он способен. Помните, как сдавал экзамен Пушкин? Читал стихи. Вот и мы думаем, что а) надо отменить ЕГЭ по литературе, б) надо сделать экзамен по литературе обязательным, в) предложить детям на выбор: либо сочинение, если ты хорошо пишешь, либо устный экзамен, если любишь читать стихи, умеешь анализировать, красиво говорить и так далее. Тогда нам потребуется гораздо меньше мероприятий по обеспечению контроля.

Мне кажется, что нужно изменять идеологию преподавания. Мы будем продолжать требовать изменения идеологии экзаменов. Хочу заметить, что какие-то сдвиги происходят. В следующем году из ЕГЭ исключат тестоподобные задания с выбором ответов, оглупляющие детей, и это хорошо. Это достижение. В перспективе — переход к элементам устного экзамена по гуманитарным предметам. Но все делается, увы, очень медленно.

Анна Викторовна, Санкт-Петербург: Здравствуйте. Сегодня в школах учеников готовят так, что учеба существует отдельно от подготовки к ЕГЭ. Подготовка представляет собой «натаскивание» ученика на определенный минимум знаний и предполагает занятия с репетитором (зачастую репетиторы — преподаватели его же школы). Получается так, что дети из малообеспеченных семей заранее лишены возможности успешно сдать ЕГЭ, если они не семи пядей во лбу. Можно ли изменить такую систему с помощью законодательства? И как мотивировать ребенка заниматься с первых классов?

- Мой внучок со второго класса помнит стихи Николая Заболоцкого: «Не позволяй душе лениться! Чтоб в ступе воду не толочь, Душа обязана трудиться. И день и ночь, и день и ночь!» Это не значит, что он все время с удовольствием занимается, но стихи помнит и понимает, что нужно делать. Мотивировать ребенка можно по-разному. Я думаю, что лучший пример мотивирования ребенка — это пример родителей и дедов. Вот давайте будем этим заниматься. А что касается ЕГЭ, конечно, мы много раз говорили, что фактически формально он вроде бы увеличивает равенство, возможности, дети из Сибири могут приехать в Питер или в Москву по ЕГЭ, но фактически он эти возможности обеспечивает только для детей из сравнительно благополучных семей. Поскольку в Москве и Питере на доходы из провинции большинство прожить не могут. И ЕГЭ усиливает социальное неравенство, действительно, за счет репетиторства.

Герман Андреевич, Сергиев-Посад: Олег Николаевич, не секрет, что и уровень знаний, и успеваемость учащихся сегодня резко снижается, несмотря на современные технологии, компьютеризацию и прочее. С чем это связано? Как изменить ситуацию? Все валят на учителей — не смогли заинтересовать, педагоги выходят из вуза плохо подготовленными и т. д. Меня, как начинающего учителя, это волнует в первую очередь.

Звонок в студию. Я многодетная мама, руководитель проекта «Детство без границ», член педагогического совета школы. Какие меры социальной поддержки в кризисный период предусмотрены в сфере образования и медицины для многодетных семей? Сейчас часть дополнительного образования переведена на платную основу, мы все страдаем от проблемы платной продленки, во многих школах она остается платной даже для многодетных. Будет ли какая-то поддержка для многодетных? По медицине очень важный вопрос: будет ли предусмотрен для мам диспансеризационный день обслуживания, когда мамы без очередей могли бы посещать поликлиники и получать эту услугу?

- Первое: к сожалению, Российское федеральное законодательство про многодетные семьи не говорит почти ничего. Этот вопрос, как и большинство вопросов социальной политики, сброшен в регионы. Конечно, нигде в достаточной степени многодетные семьи не поддерживаются, но справедливости ради я хочу сказать, что все-таки уровень поддержки многодетных семей в Москве выше, чем в большинстве регионов РФ. Второе, что касается групп продленного дня. Недавно в Государственной Думе был «бой» по поводу нашего закона, который требовал восстановить бесплатные группы продленного дня. Мы объясняли, что дети оказываются без надзора, что те, кто пытается сэкономить на детях и образовании, разоряется на тюрьмах, но, к сожалению, голосами фракции «Единая Россия» законопроект был отклонён. Хотя у меня на руках находится более 65 тысяч подписей — прежде всего московских родителей, я обращал на это внимание московских депутатов Государственной Думы. К сожалению, не помогло. Мы подготовим следующую версию закона о бесплатных группах продленного дня, а у меня большая просьба к москвичам: сходить ко всем московским депутатам, независимо от фракционной принадлежности и объяснить им популярно: «Уважаемые дамы, господа, кто не проголосует за законы в поддержку наших детей и их родителей, тому в следующий раз в Государственной Думе место не светит. У нас появится шанс принять этот и другие законы. Что касается диспансеризации, для меня вопрос немножечко новый. Если не сочтете за труд, пришлите, пожалуйста, специальное письмо, мы будем по этому поводу работать. Спасибо.

Коллектив учителей : Дорогой Олег Николаевич, помогите решить очень стыдную, но важную проблему учителей. Проблему заработной платы — несоразмерно низкой по сравнению с затрачиваемыми усилиями. Мы на работе сгораем. При работе на ставку учитель получает копейки, в каком бы регионе он не работал. Чтобы заработать в школе, нужно брать часов 30 и репетиторство, отсюда дутые показатели зарплат. Распределение школьного бюджета — зачем отдали школьные деньги в руки директорам? Это дает администрации большой и бесконтрольный простор для манипуляции денежными средствами для личной наживы. А так же дает возможность покупать молчание и поддержку приближенных и доверенных лиц. Могут ли законотворцы помочь российским учителям и, косвенно, российским учащимся?

- В самом общем виде ответ — могут, если вы поможете нам, чтобы мы помогли вам. Теперь давайте по пунктам. Напомню, что положение о том, что выше средней по региону должна быть заработная плата учителя за одну ставку, содержалось в законе об образовании в редакциях 1992 года 1996 года и действовало до 2005 года до так называемого закона о монетизации. Когда мы представляли в 2012 году проект закона «О народном образовании», он содержал следующие идеи. Первое: заработная плата учителя за одну ставку должна быть выше средней по региону и выше средней по РФ в целом. Меня часто спрашивают, почему труд совершенно по-разному оценивается в Сибири и в Москве, одинаковый труд. Я считаю, что это неправильно, что заработную плату педагога нужно сравнивать не только со средней по региону, но и со средней по стране в целом. Далее, в этом же законе было черным по белому написано, что социальные гарантии, пенсионное обеспечение педагогических работников должно быть приравнено к таким же гарантиям обеспечения для государственных служащих. Мы считаем, что это правильно. Труд педагога не менее важен, чем труд государственного служащего. В конце концов, главная опора модернизации в XXI веке — это человеческий потенциал. Кто его создает? Учитель, врач, работник культуры, без всякого сомнения, социальный работник. К сожалению, законопроект — хотя про него даже в правительственных кабинетах говорили, что он сильнее официального, — был провален депутатами фракции «Единая Россия». Очень скоро в Государственной Думе будет рассматриваться очередной законопроект, подготовленный депутатом Виктором Шудеговым, к которому мы естественно присоединились, о внесении изменений в закон об образовании в части статуса педагогического работника. Там вновь повторяется та же идея про зарплату выше средней по региону. Что мы имеем сейчас? По данным Общероссийского народного фронта, средняя нагрузка учителя — 28 часов. Как говорят мои коллеги: «работает на полторы, потому что на одну есть нечего, а на две есть некогда». Я был учителем в юности, работал в школе, вел 27. Для молодого парня немало. Для женщины, скажем постбальзаковского возраста, 30 с лишним часов — это ужасно, это разрушение учительского здоровья, это эмоциональное выгорание, это понижение качества образования наших детей. Поэтому вопрос абсолютно правильно поставлен. Корпоративные интересы учителя, в широком смысле, от воспитателя детского сада до профессора и академика, совпадают с интересами страны и интересами детей. Чем лучше будет учителю, тем лучше будет ребенку. Мы будем добиваться, чтобы действительно заработная плата учителя за одну ставку была выше средней по региону и по РФ. Что сможем — сделаем. Но просьба по всем регионам РФ — обратитесь к вашим депутатам, пусть поддержат законопроект депутатов Шудегова и Смолина.

Звонок в студию: Добрый день, уважаемый Олег Николаевич! Меня зовут Герман Федорович. Я являюсь учителем истории в лицее города Москвы, мне хотелось задать вопрос из сферы своих профессиональных интересов. Сейчас много споров идет по поводу нового культурного исторического стандарта, который будет представлен в новом Едином учебнике истории. Знакомы ли Вы с его содержанием и станет ли он на Ваш взгляд лучшей альтернативой тем учебникам, которые используются сегодня? 

- Уважаемый Герман Федорович, я учитель истории по первому образованию. Всех учебников, я конечно не читал. Но некоторые посмотреть удалось. Меня удивило, что, несмотря на то что вроде бы новая концепция преподавания истории поддержана историческим обществом, в части новых учебников сохранилось совершенно необъективное отношение к Советскому периоду. Приведу пример: читаю в учебнике, что с сентября 1939 по июнь 1941 года Советский Союз был не воюющим союзником Германии. На мой взгляд, это прямая ложь. Мы все прекрасно помним, что и Гитлер, и Сталин готовились к войне друг против друга, мы помним, против кого создавался Антикоминтерновский пакт. Я скажу откровенно, я воспитан на идеях XX съезда и не принадлежу к поклонникам Иосифа Виссарионовича, но я на его месте пакт Молотова — Риббентропа тоже бы подписал, потому что другого варианта у страны просто не было. И если бы мы не подписали этот самый пакт, то уже Гесс был готов лететь в Британию к Чемберлену и Чемберлен, который подписал Мюнхенские соглашения, скорее всего, подписал такой же бы пакт, и мы остались бы в одиночестве. Мало того, Сталин потому не вступал в Польшу 1 сентября, что ожидал, что Англия и Франция выполнят свои обязательства по защите Польши. Не выполнили, тогда 17 сентября вступил. Поэтому я не уверен, что новый стандарт, новая концепция продвинет нас к объективному пониманию, в частности истории Советского периода. Я, думаю, что по-прежнему в описании истории Советского периода преобладает черный цвет. А история любой революции, как сказал Стендаль, пишется двумя цветами: красным и черным. Нельзя никакого цвета забывать.

Елена, Курганская область: В сельских школах по НСОТ зарплата уменьшилась в несколько раз, в среднем стало 5 тыс., говорят, что из-за маленькой наполняемости детей в классах. Баллы снимают, не объясняя причин. Когда появится закон, защищающий учителей?

- Такой закон уже был и будет еще. Закон, который уже был, назывался Законом о народном образовании. Давайте объясним, в чем дело, почему в сельских школах особые проблемы с зарплатой. Мы перешли на так называемое подушевое финансирование, при котором небольшая школа, особенно сельская, либо умирает, либо нищенствует. Я вам напомню, что за послесоветский период по России закрыто 25 тысяч школ, не считая тысячи вечерних, подавляющее большинство этих школ — сельские. Причем самое удивительное, что только около тысячи закрыты в лихие 90-е, остальные 24 тысячи закрыто в благополучные 2000-е годы. Почему? Подушевое финансирование: мало детей — мало денег. Что мы предлагали в законе о народном образовании и будем вновь предлагать Госдуме. Мы предлагали, чтобы сельские школы финансировались не по подушевому принципу, а независимо от количества детей. Сколько надо, столько и финансируется. Второе: чтобы не только ликвидация, но и реорганизация сельской школы была возможна только с согласия сельского схода. Не какой-то комиссии, как записано в новом законе, — комиссию всегда можно уломать, уговорить — сельского схода, граждане сами должны решать, будет в их селе школа или нет. Всем известно, что когда школа исчезает, потом умирает село, это вопрос не только права на образование, но и геополитики. Огромные пустующие пространства могут быть рано или поздно заняты другими народами. И третье: мы предложили в полном объеме восстановить льготы для сельских педагогов, какие были при царях, при генсеках, и были зафиксированы законом об образовании 92-го года и законом о социальном развитии села 90-го года. Бесплатное жилье с бесплатным отоплением и освещением — вот что, если по-русски говорить, было написано. Сейчас, по нашей информации, Минфин подготовил законопроект, в котором вопрос о льготах для сельского учителя целиком сбрасывают на регионы. Хотите — оказывайте помощь, хотите — не оказывайте. А мы не забыли, что регионы России — это регионы-должники. Более 73 российских регионов — должники, и долги регионов в начале 2014 года составляли порядка 1 триллиона 300 миллиардов рублей, в начале текущего года — 2 триллиона 400 миллиардов рублей, последних данных не имею, но думаю, что они еще хуже. Поэтому мы должны принимать ответственность на федеральный бюджет. У нас не должно быть детей отдельно — Московской, Омской, Магаданской области или, скажем, Дагестана — у нас должны быть дети России, и значит, учителя, которые обеспечивают им образование, должны быть защищены в достаточной степени.

Звонок в студию, Ольга Александровна, Москва: Известно, что представителям власти разных рангов поданы петиции родительской общественности по поводу отмены платной продленки в начальной школе. Дума отклонила в первом чтении ваше предложение об отмене продленки. Что вы планируете предпринимать, чтобы наши парламентарии наконец услышали голос народа в решении этого вопроса?

- Спасибо большое. Мы можем представить вам результаты голосования Госдумы и планировать новый законопроект. Мы это обязательно сделаем, а дальше повторю формулу — «помогайте нам, чтобы мы могли помочь вам». Поработайте со всеми депутатами в Москве, очень много депутатов, чтобы они следующую версию нашего законопроекта поддержали. И тогда вам станет легче, а мы будем довольны.

Инесса Викторовна, Реутов: Олег Николаевич, добрый день! как поднять сегодня низкий статус учителя? В школах царят вседозволенность, учителя перед учениками не защищены. Могут и толкнуть и ударить и в лицо плюнуть. Что с этим можно сделать и есть ли у Вас общественная приемная, куда учительские коллективы могут обратиться?

- Первое. Моя общественная приемная находится в Омске, сейчас в основном я там работаю. У меня есть сайт Смолин.ru, на него можно обращаться, можно писать письма в Госдуму, они доходят. Что же касается статуса педагога. Я бы мог грустно отшутиться и сказать: вы хотели догнать Америку — уже почти догнали. Вы же прекрасно помните, что именно в США большое количество фактов, когда дети стреляют в учителей ишкольников. Очень бы не хотелось догонять так называемую цивилизацию именно в этом направлении. Здесь есть несколько позиций. Одна из них отражена в законопроекте о статусе педагогического работника, который будет рассматриваться в октябре. Там предполагается ужесточение наказаний за нанесение оскорбления учителю, физическое насилие и т.д. на уровне представителей органов госвласти. Как есть наказание за оскорбление лица, занимающего государственную должность, такая же версия предлагается и по педагогам. Но я вам хочу сказать, может быть, непопулярную вещь. Помните старый фильм «Место встречи изменить нельзя», сделанный по роману братьев Вайнеров «Эра милосердия»? Там герой говорит, что в конце концов насилие, зло и так далее будет побеждено не карательными средствами, а именно добром, милосердием и прочим. Я уверен, что если бы мы сейчас от философии мертвого бюрократического образования обратились к философии образования живого, и дети бы почувствовали, что учитель в страшном сне не видит, что он оказывает услуги, а что он приходит к детям делиться с ними частью своей личности, я думаю, что многие проблемы отношения к учителю были бы сняты. Статус учителя прежде всего зависит от государства, во вторую очередь он зависит и от самого учителя, от того, как он относится к детям. Поэтому хочу пожелать накануне Дня учителя всем моим коллегам-педагогам, а я учительский сын и сам учитель по первому образованию, — «да здравствует то, благодаря чему мы, несмотря ни на что». Очень хочется, чтобы мы сумели сохранить моральный статус и свое достоинство, несмотря на государственную политику.

 

Елена, Пенза: Уважаемый Олег Николаевич, слышали, что для учителей собираются вводить специальный экзамен по ЕГЭ. Правда ли это? И когда его могут ввести?

- Таких законопроектов точно нет. С такими инициативами выступали некоторые наши коллеги. Инициатива заключалась даже в том, чтобы учителя проверять на детекторе лжи. Я же предложил в ответ авторов подобных инициатив проверять на детекторе интеллектуальности, потому что если сейчас ко всем проблемам, которые повешены на учителя, повесить еще и эти, детей учить точно будет некому. Наша концепция закона об образовании 92-го года, 96-го года, закона о народном образовании была одна и та же — высокий статус и высокая ответственность учителя. К сожалению, статус — мы сами видим, какой, а ответственности навешивают все больше и больше, и часто совсем не того, что нужно. У учителя совсем не остается времени работать с детьми, все время уходит на те самые бумаги. Не зря директор школы Краснодарского края на одних наших парламентских слушаниях сформулировал принцип новой образовательной политики: дети, уйдите из школы, не мешайте реализовать закон об образовании. Мы думаем, что школа должна оставаться местом для детей и педагогов прежде всего, а не местом, где дети и учителя мешают администрации работать с документами, как говорит Евгений Ямбург. Мы считаем, что нужно менять саму идеологию образования и образовательной политики.

Екатерина, Воронеж: Добрый день, у меня вопрос относительно программы обучения. У школы, к которой мы прикреплены, эстетико-художественная направленность, но мне бы хотелось, чтобы мой сын, ему сейчас 9 лет, ходил в школу с физико-математическим уклоном. Такая школа, к сожалению, находится в другом районе, и нас туда не берут. Что делать? Есть ли у нас выбор?

- Попробуйте обратиться в городское управление образования. Если не поможет, пришлите письмо, попытаемся вам помочь. Мне кажется абсолютно правильным, что родители ребенка вместе с самим ребенком определяют, кем он будет в будущем. Невозможно, чтобы если у ребенка способности преимущественно инженерные, из него принудительно делали гуманитария. Точно так же и наоборот. Вообще я хочу сказать, что у меня серьезное проблемное отношение к ранней специализации детей. Когда мы требуем, чтобы в девятом классе каждый ребенок определился, кем он хочет стать, то я хочу напомнить, что даже по данным Минобрнауки, 25 процентов из тех, кто сказали, что определились, потом меняют свою точку зрения. В конце концов я вспоминаю себя. Если бы меня заставляли определяться после девятого класса, я бы, может, рванул в математику или физику, может, в музыку, потому что только в 11-м классе у нас пошло обществознание, элементы философии, и я понял, что вот это мое. Для того чтобы сделать выбор, нужно хотя бы познакомиться со всеми предметами. Поэтому я думаю, что советская практика углубленного изучения отдельных предметов при общей программе была более правильной, чем практика ранней специализации.

Звонок в студию, Марина Владимировна, учитель информатики: Сейчас для учащихся по состоянию здоровья предусмотрен особый режим сдачи итоговой аттестации. До недавнего времени они полностью освобождались от экзаменов. Почему отменили это? У нас до сих пор есть дети, которые обучаются на дому и просто физически не могут явиться на пункт сдачи экзаменов, не горя уже о том, чтобы высидеть время сдачи экзамена, ведь дети и с онкологией, и инвалиды-колясочники, им это просто сложно физически. Почему было отменено полное освобождение от экзаменов и возможно ли возвращение этой практики?

- Дети с инвалидностью сейчас имеют возможности выбора — либо единый госэкзамен, либо государственный выпускной экзамен по обычной технологии, и это правильно. Кстати, я противник ЕГЭ в подобной форме, но довольно много ребят с ограниченными возможностями выбирают ЕГЭ, полагая, что это облегчает им возможность поступления в вузы. Мы недавно с Рособрнадзором проводили специальный «круглый стол» на базе Московского государственного гуманитарно-экономического университета инклюзивного высшего образования и обсуждали в том числе проблемы ЕГЭ. Нам говорят, что вроде бы увеличено время на полтора часа, вроде бы даны возможности сделать перерывы во время экзамена, вообще, что режим ЕГЭ щадящий. Что впервые в этом году в двух больницах дали возможность для сдачи ЕГЭ тем ребятам, которые болеют. Есть такая московская i-школа — это школа, которая сочетает элементы образования дистанционного с образованием традиционным и с образованием на дому. У них дети часть времени, какую могут, находятся в школе, работают с педагогами вживую, какую не могут — находятся дома, работают в дистанционном режиме. Может быть, вот этот опыт был бы наиболее полезен для распространения. Что касается вручения аттестата вообще без экзамена, наверное, давно уже отменили эту практику, по крайней мере, на уровне закона. 

Владимир Борисович, г. Котлас, Архангельская область: Олег Николаевич, сегодня для обучения детей с ограниченными возможностями создаются «i-школы», но они платные и их стоимость достаточно высока. А подготовка преподавателей дистанционного обучения пока далека от совершенства. Педагогические вузы пока не имеют своей программы подготовки таких специалистов. Также нет нормативно-правовой основы дистанционного образования. Непонятно, как оплачивать труд преподавателя дистанционного обучения. Расскажите, пожалуйста, о перспективах данной образовательной системы. Будет ли она бесплатной?

- Во-первых, у нас по закону и Конституции среднее общее образование общедоступно и бесплатно, даже обязательно. Поэтому я буду благодарен, если вы мне пришлете письмо с описанием, где и как происходит это самое дистанционное платное школьное образование. Я вообще убежден, что дистанционные технологии мы используем недостаточно и, в частности, вместо того, чтобы закрывать сельские школы, их можно было бы превращать в центры дистанционного обучения. Учитель-оператор, который помогает детям работать, и плюс — доступ к урокам лучших учителей Российской Федерации. Что касается проблем с оплатой труда учителя, в моем понимании принципы оплаты труда при дистанционном образовании должны быть такими же, как и при обычном образовании по классическим технологиям. Что касается нормативной базы, ситуация такая. Первый закон, точнее поправки  в закон о дистанционном образовании, были проведены нами в 2003 году. Второй закон аналогичный, и тоже под номером 11, был принят в 2012 году и подписан президентом Дмитрием Медведевым. Потом большую часть, но не все положения этого закона нам удалось перенести в новый закон об образовании. На уровне законов, с нашей точки зрения, особых проблем нет. Проблема в подзаконных актах, и тут мы расходились с нашими коллегами из Минобрнауки, мы считали, что нужно принять еще целый блок подзаконных актов, а они считали, что у них уже все более или менее нормально. Поэтому пришлите нам описание работы, о которой вы говорите, мы ее посмотрим в том числе на Экспертном совете по электронному обучению и информационным технологиям в образовании, куратором которого при комитете я являюсь.

Настя С. г. Солнечногорск: Олег Николаевич, возможно ли на Ваш взгляд, возвращение в образовательную систему профтехобразование, то есть ПТУ, СПТУ, где бесплатно можно получить профессию или переквалификацию? Раньше были ПТУ и техникумы. Сегодня они слиты в колледжи, где обучение по большей части платное.

- Давайте по пунктам. Первое. Согласно Конституции и закону, среднее профессиональное образование в Российской Федерации бесплатно. Поэтому если в вашем регионе среднее профессиональное образование большей частью платно, давайте письмо, будем разбираться, в том числе с прокуратурой. Платность разрешается только в тех случаях, когда количество обращений далеко превышает количество мест. Второе. Мы были противниками ликвидации системы начального профессионального образования и ее принудительного включения в систему среднего профессионального образования. По многим причинам. Например, у меня лежит обращение очень серьезного российского ученого, который доказывает, что мы скоро в связи с этим получим кризис в регионах, потому что так или иначе учреждения СПО будут ориентированы не столько на подготовку рабочих кадров, сколько на подготовку специалистов среднего звена, в том числе таких специальностей, на которых можно будет что-то заработать. Мало того, по российскому законодательству ребята в ПТУ, учреждениях начального профобразования, имели некоторые социальные гарантии, которых нет у ребят в среднем профобразовании. Когда государство поменяло одно на другое и влило ПТУ в систему техникумов, оно выиграло на этом примерно 40 миллиардов рублей, и ровно столько же проиграли дети и родители. Поэтому мы считаем, что надо восстановить возможность существования единых профессиональных организаций, но нужно разделить программу начального и среднего профессионального образования. Программы начального профобразования должны быть ориентированы на рабочие кадры, и там нужно восстановить социальные гарантии, но желательно на уровне советского периода, хотя бы такие, какие были до ликвидации системы ПТУ. Я вам хочу напомнить. По сравнению с советскими временами стипендия студента вуза уменьшилась примерно в пять раз, стипендия парня или девушки из бывшего ПТУ уменьшилась более чем в 11 раз. Мы считаем это неправильным, мы считаем, что советская практика, когда ребята в ПТУ получали приличную стипендию, была правильной, она исходила, в частности, и из важности рабочих профессий, и из того, что там учатся дети преимущественно не из слишком богатых семей. Хотя уровень социального неравенства в советский период был на порядок меньше, чем сейчас.

Родительский комитет, Большая Москва: Добрый день! последние несколько лет мы наблюдаем рост детской агрессии по отношению друг к другу. Особенно это заметно в школах, где учится большое количество детей из южных республик. Они сбиваются в кланы. Боятся не только дети, но и родители, и учителя. В школу многие проносят холодное оружие. Теперь все боятся, что международная ситуация с беженцами еще более усугубит проблему. Как ситуацию можно отрегулировать законодательно? 

- Давайте сначала ложку меда. Я не думаю, что международная ситуация с беженцами усугубит эту проблему. Как известно, к нам попадает лишь ничтожное количество беженцев из тех стран, из которых сейчас резко увеличилось это бегство. Расхлебывают в основном европейские страны, до США тоже не доходит, хотя было бы правильно, чтобы США взяли на свое содержание большую часть этих беженцев. Это они во имя демократии или того, что они под ней понимают, спровоцировали так называемую арабскую весну, разбомбили Ирак, Ливию, теперь пытаются сделать то же самое с Сирией. Я не знаю, может, они и хотели как лучше, но получается много хуже, чем у Виктора Степановича, который говорил «получилось, как всегда». Поэтому в этом смысле нам проблем это не прибавит, но у нас своих проблем достаточно. У нас очень активно в Москву приезжают люди из Средней Азии, в столицу как в богатый регион стремятся люди из других регионов Российской Федерации. Начну с того, что агрессивность детей и молодежи связана далеко не только с национальным составом. По данным Российской Академии образования, 48 процентов детей у нас уже к первому классу находятся в состоянии на грани между психической нормой и отклонением от нормы. Их еще вроде никто не мучил, они из семьи пришли. В чем проблема? В семьях, само собой, но я думаю, что и в телевидении тоже. Российское телевидение, к сожалению, остается одним из самых агрессивных и испытывающих интерес в большой степени к «нижней половине человека», если вспомнить Илью Эренбурга. Поэтому, конечно, нам нужно щадящее детей телевидение. Мы предлагали и предлагаем восстановить в России образовательный канал наряду с каналом «Культура». Это первое. Второе — я думаю, что это вопрос не закона, а исполнительной власти — нужно соответственно стремиться к тому, чтобы большие группы в  классах не формировались по национальному принципу. Третье — я думаю, всем надо понимать, что люди разных национальностей — это реальность. Не бывает плохих народов. Помните, как у Михаила Светлова была шутка: «Не бывает плохой водки. Водка бывает только хорошая и очень хорошая». Вот и народы бывают только хорошие и очень хорошие. А люди в составе народов, естественно, бывают разные. И конечно, нам нужна не педагогика отдельных мероприятий, а систематическая работа с детьми, в том числе разных национальностей, в школе. Я считаю, что, к сожалению, Госдума, когда это произошло, 15 сентября, отклонила наш закон о надбавках за классное руководство. Труд классного руководителя и в советское-то время оплачивался ниже, чем следует. Моя мама была классным руководителем, но 10 рублей (сейчас это две тысячи), конечно, маловато за классное руководство. Мы предложили надбавку для классного руководителя в три тысячи рублей, цена вопроса в год — 18 миллиардов рублей, нам сказали, что денег у государства, конечно, нет, и вообще, меня позабавила логика наших оппонентов: классные руководители работают по-разному, поэтому нельзя всем устанавливать одинаковую надбавку. А мы говорим: это намного лучше, чем ваша так называемая новая система оплаты труда, когда надбавки зависят от того, кто ближе к директору. Поэтому мы считаем, что если бы этот законопроект был принят (а он был опять же отклонен голосами фракции «Единая Россия»), то это было бы гораздо полезнее для воспитания, в том числе для снижения детской агрессивности, чем замечательные, может быть, концепции развития воспитания в Российской Федерации. 

Вопрос, пришедший на сайт: Существует ли у педагогов школ реальная возможность влиять на принятие решений в сфере образования на любом уровне, от местного до федерального. Если да, то укажите, пожалуйста, эффективные инструменты, механизмы влияния. На ваш взгляд, переход к ФГОС дал уже какие-то ощутимые результаты и в чем конкретно?

- Тут два разных вопроса, начнем с первого. У педагогов, конечно, существует возможность влиять на принятие решений, есть несколько эффективных каналов. Канал первый — профсоюзы. Они разные. К сожалению, на мой взгляд, после ухода прекрасного лидера профсоюза работников образования Владимира Михайловича Яковлева федеральный профсоюз в значительной степени утратил свою боевитость, хотя люди стараются что-то делать. В регионах профсоюзы бывают очень боевитые. У меня, например, в городе Омске очень боевой профсоюз работников образования и науки. Появляются новые профсоюзы. Скажем, сейчас в Москве довольно активно работает профсоюз учителей. Через профсоюзы можно много на что повлиять. Второе — это профессиональные ассоциации. Они сейчас достаточно активно создаются, и если они будут не карманными, а реальными, то их влияние значительно. Я знаю, что учителю Волкову Сергею Владимировичу поручено готовить альтернативную концепцию образования в области литературы. Я с интересом посмотрю на результат. Третья форма влияния, которая сейчас существует, — это, как говорил Александр Михайлович Абрамов, членкор Российской академии образования, известный публицист и педагог, — «Болотная в Интернете», то есть буря в Интернете, сбор большого количества подписей под петициями. Это дает иногда результаты. Я напомню историю, когда от имени «Единой России» был представлен стандарт, в котором было три обязательных предмета — ОБЖ, физкультура и Россия в мире — стандарт для старшей школы. Я тогда пытался коллегам-профессорам задавать вопросы, как вы думаете, какие предметы останутся в России обязательными — не угадал ни один. Ну что с них взять, профессора народ темный… Так вот, когда это произошло, группа московских учителей выступила с яркими протестами в Интернете с участием того же самого Сергея Владимировича Волкова и собрали несколько десятков тысяч подписей. Мы подняли большой шум в Госдуме, стандарт не стал нормальным, но там все-таки не три предмета. Правда, теперь в стандарте для старшей школы, который вступает в силу с 2020 года, если он не изменится, можно будет получить аттестат, не изучив ни физики, ни химии, ни биологии, ни литературы, заменив все это другими учебными предметами. Но тем не менее акция в Интернете свой результат имела. Поэтому мы как народ можем все, просто не нужно думать, что от нас ничего не зависит.

Большое спасибо. И в заключение расскажите, пожалуйста, какие законодательные инициативы планируете вносить в осеннюю сессию и что будет наиболее важно в этот период.

- Если говорить обо мне лично, то два моих законопроекта только что были рассмотрены Госдумой — о надбавках за классное руководство и о бесплатных группах продленного дня. Подготовлен законопроект о возвращении льготной оплаты детских садов, к сожалению, в новом законе об образовании льготы отменены. Если прежде семья должна была платить 20 процентов от цены присмотра и ухода в детском саду, а многодетная семья — 10 процентов, то в новом законе этого нет, и можно теоретически поднять плату за  детские сады в пять раз. Пока она поднялась в полтора-два раза по разным регионам. Мы требуем вернуть льготу, которая была предусмотрена даже очень плохим, но все-таки сохранявшим остатки социальных гарантий законом об образовании, который был отменен с 1 сентября 2013 года. Далее, нами подготовлен законопроект, касающийся содержания образования, это альтернатива законопроекту депутата Ирины Яровой. Мы не думаем, что там нужно всех «причесать под одну гребенку», но при этом мы думаем, что, сохранив вариативность, можно обеспечить возвращение содержания в образовательные стандарты, потому что стандарты сейчас отвечают на какие угодно вопросы, кроме одного — чему учить наших детей, и закон об образовании — тоже. Далее. У нас в портфеле находится законопроект, который предусматривает продление пособий для мам между полутора и тремя годами на уровне прожиточного минимума работающего человека. До полутора лет мама что-то получает, до трех лет, как правило, в детские сады не берут — как жить, скажем, одинокой маме или маме, у мужа которой невысокие доходы, никто не отвечает. В целом же у нас целый блок законопроектов, связанных с обеспечением свободы в Интернете. Самое же главное, что мы сейчас делаем, — готовим новую версию закона о народном образовании. Скорее всего мы его внесем в начале следующего года под названием — закон «Об образовании для всех».

Начну с того, что действительно уровень знаний детей, увы, падает. Хотя международные исследования показывают, что вроде бы наши места в рейтингах немножко повышаются, но все, кто реально работает в школе, — в большой тревоге. Вот, согласно официальным данным Рособрнадзора, в прошлом году была такая задача на ЕГЭ для 11-го класс: Поезд вышел из пункта А в 10 часов и прибыл в пункт Б в 12 часов дня на следующий день, пункты А и Б находятся в одном часовом поясе. Сколько часов поезд был в пути? Не могу себе представить, чтобы кто-то из моих товарищей по школе для незрячих ребят такую задачу не решил. В общем-то, это второй класс, максимум. 25 процентов детей эту задачу не решили. Я уж не говорю о том, как Юрий Соломин описывает девчат, приходящих к нему на кастинг. Начинают читать стихи А.С. Пушкина, он спрашивает, а как его звали, отвечают: А.С. Это абсурдно. Вот преподавательница вуза недавно вместе со мной была на одном телеканале и говорила, что она специально проводит эксперименты, у нее 8 из 10 не могут ответить: куда впадает Волга? Парадокс, мы мучаем детей перегруженными программами. При этом получаем необразованное поколение. Это, конечно, проблема не только Единого госэкзамена, это проблема комплексная. Нам, по данным Высшей школы экономики, не хватает денег, мы занимаем предпоследнее место по доле финансирования образования среди развитых стран. Но, может быть, самое главное сейчас — это бюрократизация, которая поражает систему образования, как и другие системы нашего общества. Помните старую притчу: Урок православной культуры в пятом классе. Учительница Мария Ивановна: «Дети, кто будет знать мой предмет на «хорошо» и «отлично» — в рай, на двойки и тройки — в ад». Вовочка: «Мария Ивановна, а как можно закончить школу живым?» Эта притча точно не про православную культуру и даже не про так называемые ОРКСЭ, то есть основы религиозной культуры и светской этики, это притча про то, что есть разные идеологии образования. Есть философия формальной сдачи отчетов, галочек, формальных мероприятий, и дети безошибочно чувствуют, когда что-то делается для галочки, их не обманешь. Кстати сказать, по данным нашего комитета, каждое учебное заведение ежегодно заполняет триста отчетов по нескольким десяткам тысяч показателей. Надо уменьшить это огромное количество отчетов. А бывает философия живого образования. Это формула Яна Амоса Коменского, который говорил: «Сначала любить, потом учить». Вот как только мы разгрузим наши программы, ситуация в образовании начнет налаживаться.

Просмотров 1679

18.09.2015 16:18





Загрузка...

Популярно в соцсетях