Чего ждать от будущего премьер-министра Венгрии

По словам члена Совета по внешней и оборонной политике РФ Андрея Климова, перед Петером Мадьяром, который сменит Виктора Орбана, стоит множество крайне трудных задач

Петер Мадьяр © Екатерина Чеснокова/РИА Новости

Заявления главы оппозиционной партии «Тиса» и будущего премьер-министра Венгрии Петера Мадьяра о «недружественном» диалоге с Москвой и отказе представлять интересы Украины следует расценивать прежде всего как «внутреннюю» риторику, направленную на венгерских избирателей и, частично — на иностранных политических партнеров. Такое мнение в разговоре с «Парламентской газетой» высказал член Совета по внешней и оборонной политике РФ, доктор экономических наук Андрей Климов. Чего ждать от нового премьер-министра Венгрии и как будут в дальнейшем развиваться отношения страны с Россией — читайте в нашем интервью.

От кризиса до кризиса

- Андрей Аркадьевич, Виктор Орбан занимал пост премьер-министра более 15 лет. Как бы вы охарактеризовали завершившуюся «эпоху Орбана»?

- Я бы не назвал этот период «эпохой Орбана». Но если говорить в целом, то он пришелся на очень турбулентное время для всех, в том числе для тех, кто живет и работает в Восточной Европе. И в этом смысле Орбану, конечно, было не позавидовать. Пандемия коронавируса, введение массовых антироссийских санкций, серьезные проблемы, связанные с миграцией, — задач и сложностей хватало.

И на фоне всего этого то, что делал Орбан, устраивало избирателей. Он проводил достаточно жесткую политику, основанную на максимально четком понимании доминирования национальных интересов его страны над всеми остальными. Безусловно, хватало тех, кто заявлял, что Орбан — пророссийский политик.

Но на самом деле он был политиком исключительно провенгерским. Он даже куда больше склонялся к сотрудничеству и дружбе с такими людьми, как Дональд Трамп. И это отчасти его и погубило, поскольку Трамп и его люди очень активно и довольно грубо пытались лоббировать победу Орбана на выборах, притом что авторитет самого Трампа в это время стремительно падал. Словом, с такими друзьями и врагов-то особых не надо.

- Какие задачи сегодня стоят перед будущим премьер-министром Петером Мадьяром и его партией?

- Несмотря на все кризисы и периоды турбулентности, с которыми столкнулся Орбан, людям, пришедшим после него, придется не легче. Потому что, когда ты представляешь оппозицию — это одна ситуация. А когда ты при очень широкой народной поддержке оказываешься во главе правительства — уже совсем другая.

Что касается текущих проблем, то это, безусловно, очень опасный для всего Старого Света украинский конфликт, это системный кризис всего Европейского союза, включая нерешенные социально-экономические, политические и правовые вопросы. Это, наконец, задачи безопасности, прежде всего энергетической.

- Как можно охарактеризовать самого Петера Мадьяра?

- Я не знаю его лично и могу лишь повторить: задач у него сейчас много, и задачи это непростые. Кроме того, сейчас он получил значительное народное доверие, которое, как мы знаем, очень легко потерять — с непредсказуемыми последствиями. Кроме того, велико количество желающих потребовать от него некие бонусы. Справятся ли со всем этим он и его команда? Сказать пока что трудно.

«Приезжать в Москву с портфелем ультиматумов не стоит»

- Петер Мадьяр уже заявил, что «диалог с Москвой неизбежен, но он не будет дружественным». Как, на ваш взгляд, стоит расценивать эти слова?

- Вы знаете, переговоры — штука обоюдная. И я бы не советовал никому ехать в Москву с портфелем, полным ультиматумов и неуважительных высказываний. Безусловно, мы со своей стороны всегда готовы обсуждать и поддерживать отношения как с иностранными политиками, так и с государствами, которые они представляют. Понятно, что любить нас при этом совсем необязательно, но так же необязательно высказывать это вслух.

Другое дело, что Мадьяру сейчас нужно что-то сказать, чтобы, с одной стороны, не потерять доверие народа и не остаться у разбитого экономического и социального корыта, а с другой — не разочаровать вчерашних партнеров со стороны ЕС и других недружественных нам государств. Вот он и юлит. Ну и, конечно, оценивать в таких случаях нужно не слова, а реальные дела, а до них пока что не дошло.

- Также Мадьяр заявил, что Венгрия не станет представлять интересы Украины в диалоге с Москвой. Может ли это, на ваш взгляд, спровоцировать давление на Венгрию со стороны ЕС и НАТО, и если да, то в чем оно будет заключаться?

- Видите ли, в чем дело — в мире есть достаточно много серьезных сил, враждебно настроенных в отношении России. Это, допустим, американские неолибералы-глобалисты, противники Трампа. Это правительства Франции, Германии, стран Прибалтики. И, конечно, они сейчас будут пытаться из нового венгерского лидера сделать некое продолжение их антироссийского инструментария. Сможет ли он выдержать такое давление — я не знаю.

Зато знаю, что скорее всего подобное заявление он сделал в качестве вынужденной меры. Потому что многое в предвыборной агитации его противника Орбана было построено на том, что, если Орбан проиграет, Будапешт немедленно приберут к рукам киевляне и будут командовать всей Венгрией. Поэтому Мадьяр и делает такие заявления, чтобы показать, что для него венгерские интересы важнее всего, а риторика его оппонента была ошибочной. То есть он не нам это говорит, а своему же народу. Но, повторюсь, тут конкретные выводы можно будет делать только по итогам каких-то конкретных действий.