Безопасность гарантируется

ФГУП «Элерон» — крупнейшее в стране научно-исследовательское, проектно-конструкторское и монтажно-наладочное предприятие по созданию технических средств охраны, систем безопасности и оснащению ими

Безопасность гарантируется

Николай ШЕМИГОН / Фото Юрия ПАРШИНЦЕВА, «РФ СЕГОДНЯ»

ФГУП «Элерон» — крупнейшее в стране научно-исследовательское, проектно-конструкторское и монтажно-наладочное предприятие по созданию технических средств охраны, систем безопасности и оснащению ими особо важных государственных объектов, в том числе в атомной отрасли, в системе Минобороны, других силовых ведомств и спецслужб, в эти дни готовится отметить свое 50-летие.
 
О богатой истории и сегодняшнем дне предприятия рассказывает в нашем журнале генеральный директор «Элерона», кандидат технических наук, доцент Николай ШЕМИГОН.
 
Существует такое понятие — «критически важные объекты», то есть такие, нарушение или прекращение функционирования которых угрожает национальной безопасности, ведет к потере управления экономикой, может нести серьезную и долговременную угрозу жизнедеятельности населения. Сюда входят объекты нефтегазового, энергетического и оборонного комплексов, крупные инженерные сооружения, гидроузлы, металлургические и химические производства, надводный, воздушный и трубопроводный транспорт и т.д. Нетрудно представить масштабы человеческих потерь и материального ущерба в случае техногенной катастрофы или диверсии на любом из них.
 
Особо в этом ряду стоят предприятия атомной отрасли, родившейся после войны и набравшей динамику в 50-е годы. Невиданными темпами росло количество объектов, вводились производственные мощности, как военного, так и мирного назначения, осваивались новые технологии. Все, что имело отношение к атому, было засекречено, производства охранялись внутренними войсками, города, где строились атомные объекты, все практически были закрытыми, «режимными», за колючей проволокой. Часовые, КПП, бойцы охраны… Союзный Минфин подсчитал: если и дальше следовать такой схеме, к 1970 году в охране критически важных объектов будет стоять третья часть работоспособного мужского населения.
 
Идеологию и практику обеспечения их безопасности требовалось кардинально менять. Был взят курс на разработку и широкое использование автоматизированных систем и технических средств охраны. Работу, в конечном счете, возложили на тех, кому такая аппаратура требовалась в первую очередь, а именно на Министерство среднего машиностроения — Минсредмаш, в чьем ведении находилась львиная доля атомных объектов, на которые соответственно требовалось привлекать больше всех охраны. 13 марта 1963 года приказом по министерству в составе ВНИИ химической технологии (ВНИИХТ) была образована специализированная лаборатория со штатом в 7 человек — с этого все и началось. Возглавить работу в Минсредмаш был откомандирован кадровый офицер-связист, фронтовик, участник Сталинградской битвы Евгений Трофимович Мишин. Именно он стоял у истоков зарождения и развития нового направления работ в отечественной науке и приборостроении — создания электронных технических средств охраны — и бессменно возглавлял эти работы на протяжении четырех десятилетий.
 
К концу года в лаборатории трудились уже более 30 человек — главным образом выпускники МЭИ, МИФИ и МЭИС — и первая продукция не заставила себя ждать: в короткий срок были организованы серийное производство и установка сигнализационных датчиков различного принципа действия в здании самого Минсредмаша, главного штаба РВСН, на ряде объектов КГБ СССР.
Пусть первые приборы были далеки от совершенства, выпускались некомплектно, но оснащение ими «режимных зон» свидетельствовало: функции свои они выполняют, и выполняют надежно. Оборудование ими атомных объектов позволило отказаться от часовых сначала внутри, а затем и по «периметрам». В 1967 году техническими средствами охраны и теленаблюдения была оборудована открывшаяся в Кремле выставка Алмазного фонда. В апреле 1968 года во исполнение постановления руководства страны на базе лабораторий ВНИИХТа и Пензенского приборостроительного завода были созданы спецотделы по разработке систем сигнализации для охраны государственной границы, закрытых зон, периметров, зданий и помещений с максимальным учетом требований пограничных войск и других служб КГБ СССР.
 
Охрана госграницы стала, безусловно, самым грандиозным и, как сказали бы сейчас, амбициозным проектом того времени. Никто в мире до нас такую по объему и сложности задачу не решал, опыта выполнения работ на столь протяженных участках, различных по климатическим и природным условиям (и горы, и леса, и болота), вдали от населенных пунктов и, как правило, без какой-либо инфраструктуры, разумеется, не существовало. На одну заставу приходился участок границы от пяти до двадцати километров плюс десять километров в глубину. На них нужно было обеспечить работу приборов, их питание, устойчивую передачу и прием сигналов, защиту от помех. Объем работ был колоссальный, но за 10 лет сухопутная граница протяженностью 14,5 тысячи километров, в том числе почти 700 километров в горных и прочих труднодоступных местах, была оборудована.
 
Выполнение этой задачи дало толчок целому ряду новых разработок, уникальных даже по сегодняшним меркам: например, мы вышли на потребляемую мощность 1 ватт на километр, сумели организовать передачу питания без потерь на расстояние от 20 до 40 км, создать воздушные линии, устойчивые к грозовым разрядам, промышленным помехам, аппаратуру, способную работать в температурном диапазоне от плюс 50 до минус 60 градусов и т. д.
 
Вторым направлением были особо важные объекты Минобороны и всех 9 оборонных министерств, прежде всего атомной отрасли — хранилища ядерных боеприпасов, ремонтно-технические базы в видах Вооруженных Сил, причем не только на территории нашей страны, но и там, где СССР весомо «присутствовал», прежде всего в военном плане: в странах Организации Варшавского договора, на Кубе, в Афганистане, Южном Йемене.
 
Одной из задач, которую также пришлось решать в чрезвычайно сжатые сроки, стал Чернобыль. Наши группы одними из первых прибыли туда после аварии, чтобы закрыть сначала 30-километровую зону, а затем 200-километровую. Надо было, с одной стороны, не допустить попадания на зараженную территорию людей, с другой, наоборот, обеспечить безопасный вывоз оттуда загрязненной техники, оборудования, материалов, продуктов.
 
Таким образом, к концу 80-х годов вопросы создания и использования технических средств охраны в системе Минсредмаша получили самостоятельное научно-техническое и производственное направление. Лаборатория за это время успела вырасти в отдел, затем в Специальное конструкторское бюро, в 1977 году на его базе был создан Всесоюзный научно-исследовательский институт физических приборов (ВНИИФП). Сложилась сплоченная профессиональная команда из кадровых офицеров, инженеров-конструкторов, опытных разработчиков из НИИ и специалистов из промышленности. В конце 80-х годов коллектив насчитывал порядка трех тысяч человек, трудившихся в Москве, в Научно-исследовательском и конструкторском институте радиоэлектронной техники (НИКИРЭТ) в Пензе, а также в Дубне, Лермонтове и Силламяэ. В 1989 году по инициативе Мишина правительственным постановлением на их базе в структуре Минсредмаша создается единый научно-технический и производственный комплекс — Государственное унитарное предприятие «Специальное научно-производственное объединение «Элерон» (ФГУП «СНПО «Элерон»).
 
Самый сложный период в полувековой истории для «Элерона», как и для всей страны, начался после 1991- 1992 гг. Практически прекратилось бюджетное финансирование, подобно остальной науке и промышленности нас оставили выживать самостоятельно. Тот факт, что в 1993 году правительство назначило «Элерон» головной организацией по оборудованию средствами и системами безопасности особо важных государственных объектов, мало что изменил. Если раньше мы работали по правительственным заданиям и плановым заказам, то теперь приложение своим силам пришлось искать самостоятельно. Хорошо, что никуда не делись объекты, где наша техника оставалась, по-прежнему, востребована, продолжали поступать какие-то небольшие заказы, что позволяло хоть как-то финансировать и науку.
 
Разумеется, не обошла нас стороной и кампания конверсии всего и вся. Но выпуск товаров народного потребления и спецтехники — это все же, как говорится, две большие разницы. Не было стартового капитала, и взяться ему было неоткуда: до конца советской эпохи 98 процентов поступавших нам средств составляло бюджетное финансирование. Не было своих производственных мощностей: ведь раньше мы создавали лишь опытные образцы. Наконец, работали мы всегда по военным стандартам, и не просто военным, а по стандартам ядерной отрасли, жестче которых просто не существует. Выход же на рынок товаров массового пользования и завоевание своей ниши на нем требовали совсем иных навыков и качеств, многие специалисты не готовы были от творческой «штучной» работы переключаться на конвейер, люди уходили. В итоге, с одной стороны, мы создали свое производство, с другой, выпуск товаров массового пользования ни финансово нас не спас, ни коллектив качественно не усилил. Ситуация поменялась, когда руководителем Минатома был назначен Евгений Адамов. Что бы потом о нем ни говорили, он очень много сделал для сохранения атомной отрасли. При нем Минатом первым среди всех российских ведомств и производств превзошел показатели, предшествовавшие распаду СССР. При нем нам в 1,8 раза было увеличено финансирование на НИОКР. У «Элерона» словно открылось второе дыхание: мы перестали быть только лишь научным учреждением и разработчиком техники.
 
После того, как мы создали сначала инжиниринговый отдел, а в 2006 году собственное строительное управление, появилась возможность выполнять работы «под ключ», включая разработку общей концепции безопасности с учетом возможных рисков и прогнозируемого ущерба, разработку модели нарушителя и потенциальных угроз, технико-экономическое обоснование, проектирование, поставку аппаратуры, монтаж, наладку, обучение персонала. Среди основных наших заказчиков — Росатом, Министерство обороны, ФСБ и Пограничная служба, ФСО, СВР, Федеральная таможенная служба, министерства иностранных дел, юстиции, финансов, культуры, Центробанк и коммерческие банки, Газпром, важнейшие энергетические объекты и предприятия нефтехимического комплекса.
 
СНПО «Элерон» — единственное в РФ предприятие, создающее информационно защищенные сети радиосвязи, оснащенные сертифицированными ФСБ России средствами криптографической защиты информации. Наши сети предназначены для обеспечения взаимодействия с привлекаемыми к обеспечению безопасности объектов подразделениями МВД и других ведомств, как при штатной работе объектов, так и при возникновении аварийной или чрезвычайной ситуации, связанной с радиацией. Они также могут использоваться для обеспечения радиосвязью администрации предприятий, производственных и обслуживающих подразделений (энергоснабжение, водоснабжение, медицина, транспорт и др.). Участвуем мы и в специальной федеральной подсистеме конфиденциальной сотовой связи.
 
Комплексная защита информации, которой мы занимаемся, включает в себя разработку моделей нарушителя и угроз информационной безопасности; оборудование системами и дальнейший автоматизированный контроль зданий, кабинетов, рабочих мест с целью выявления и устранения радиоэлектронных закладных устройств; защиту информации с помощью технических и программных средств в системах связи, звукоусиления, ПЭВМ и ЛВС от утечки и любых попыток несанкционированного доступа; проектирование, монтаж и наладку техники, вычислительной техники и оргтехники, удовлетворяющих требованиям по защите информации; сервисное, гарантийное и послегарантийное обслуживание.
 
9 октября 2007 года Правительством Российской Федерации ФГУП «СНПО «Элерон» присвоен статус Федерального центра науки и высоких технологий. Создана своя аспирантура, поскольку специалистов высшей квалификации по нашим специфическим направлениям деятельности, к сожалению, не готовит никто. Трудно назвать область физики, особенно радиотехники, в которой мы не работали бы, очень много разработок ведется на стыке направлений физической науки или нескольких наук: низкочастотные и высокочастотные системы, ультразвуковые, магнитометрические, сейсмические, системы обнаружения взрывчатых веществ, биологических агентов. Созданы системы, позволяющие отслеживать под водой аквалангистов-диверсантов даже с полностью пластиковым снаряжением, обнаруживать маломерные и практически бесшумные летательные аппараты — беспилотники, парапланы, дельтапланы. У нас работают 22 доктора и 35 кандидатов технических наук, в нашей аспирантуре начались первые защиты. Всего же в коллективе трудятся почти 3100 человек, уже без филиалов и аффилированных организаций, которые успели обрести самостоятельность. Мы сегодня зарабатываем достаточно, чтобы и в развитие производства деньги вкладывать, и научные исследования финансировать.
 
В рамках международных ядерно-экологических и двусторонних программ мы довольно тесно сотрудничаем со многими европейскими странами — Великобританией, Германией, Францией, Италией, Норвегией, Финляндией, а также США (ведущие лаборатории департамента энергетики), Канадой, Японией. Начиная с нами работать в 90-е годы, американцы вообще предлагали взять все на себя: обследование наших объектов, разработку конкретных проектов для них, поставку техники, ее наладку и пуск. Это означало бы фактически отдать под их полный контроль всю нашу атомную отрасль, на что, разумеется, наша страна не пошла.
 
В конце девяностых — начале нулевых провели с ними совместные сравнительные испытания техники, результаты которых уже тогда показали: наши системы ничуть не уступают, а в чем-то и превосходят американские. Например, при минус 10 градусах на испытаниях в Дубне их техника охраны периметров замерзла и перестала работать. И что с ней делать тогда на наших сибирских объектах, где и 50-градусные морозы не редкость? Сегодня мы предлагаем сотрудничать на равных в рамках международных программ и сами активно участвуем в проектах МАГАТЭ, обучаем иностранных специалистов.
 
В качестве иллюстрации класса аппаратуры, производимой «Элероном», приведу хотя бы мобильную микроволновую систему охраны периметра, используемую, в том числе для охраны госграницы в лесистой местности. Два бойца за два часа способны ее развернуть и обезопасить полтора километра границы или внешнего контура охраны объекта: любое пересечение этой незримой линии включает сигнал тревоги. Система беспроводная, радиолуч, обнаруживающий нарушителя, одновременно выполняет функции радиорелейной линии, передавая сигналы. Весь Дальний Восток, Камчатка, Сахалин были «закрыты» с ее помощью при том, что никто в мире до нас в лесу с микроволновыми системами работать не умел. И сегодня она вполне работоспособна, хотя уже создана и внедряется ее новейшая модификация, рассчитанная на полгода непрерывной работы без подзарядки или замены элементов питания. Система способна определять, индивидуальный ли обнаружен нарушитель или группа, с оружием или без, а также транспортные средства, и передавать видеосигнал в момент прохождения.
 
Таким образом, сегодня «Элерон» — общепризнанный лидер российской индустрии безопасности, участвующий в реализации ряда крупных национальных и международных проектов по обеспечению безопасности, эффективному техническому противодействию экстремизму и терроризму. Мы не только удержали планку своей традиционной востребованности, но и подняли ее на новую высоту. Оставаясь в составе ядерно-оружейного комплекса Росатома, мы обеспечиваем безопасность ключевых объектов многих других отраслей и ведомств, работаем в интересах всей страны.
 
Просмотров 4069

24.02.2013 15:56



Загрузка...

Популярно в соцсетях