Сахаровский центр открыл цикл лекций об эпохе гласности

Цикл лекций и дискуссий, посвящённый 30-летию эпохи гласности, стартовал в Сахаровском центре. Воспоминания будут звучать в центре весь июнь по вторникам и четвергам. На лекциях, вход на которые свободный, слушателям расскажут о том, как в прессе разрушались советские табу, о создателях новых медиа, о главных событиях в журналистской жизни эпохи перестройки.

— Моё детство пришлось на советское время, — сказал, открывая первую встречу, директор Сахаровского центра Сергей Лукашевский. — Тогда школьникам надо было сдавать макулатуру. А у меня её не было, потому что родители газет не выписывали. Зачем? Газеты были все похожи одна на другую. А в середине восьмидесятых вдруг возникло много новых газет с интереснейшими, острыми статьями. Их стали читать, ими стали обмениваться. Наступило совершенно другое время, оно захватывало, ошарашивало.

Цикл лекций и дискуссий придумала автор проекта «Рождение российских СМИ. Эпоха Горбачёва (1985—1991), журналист и исследователь Наталия Ростова. Она считает, что мы должны быть очень благодарны Михаилу Сергеевичу за начало движения к демократии, за принятие законов о свободе вероисповедания, свободе собраний, свободе кооперации и свободе слова. Последняя, по мнению Ростовой, была дана «сверху», запроса на неё «снизу» не ощущалось. Но как же выросли тиражи газет, получивших возможность без оглядки на цензора публиковать расследования, критику в адрес чинуш, материалы о дефиците, приписках, взяточничестве! И сколько возникло непривычных для прежнего ТВ программ!

Стремление к нормальному разговору  с народом впервые продемонстрировал сам Михаил Горбачёв, когда 7 мая 1985 года остановил машину на Невском проспекте в Ленинграде и вышел к оторопевшим прохожим, чтобы рассказать им, какие цели у нового генсека ЦК КПСС. «Держитесь ближе к народу», — сказала ему тогда одна женщина. «Куда уж ближе», — ответил Горбачёв.

В ноябре 1985-го в «Известиях» появилось большое интервью президента США Рональда Рейгана — подобных интервью в советской печати не было 25 лет, со времён Джона Кеннеди. И хотя часть ответов Рейгана (особенно его оценки войны в Афганистане) отцензурировали, оно всё равно стало примером невиданной открытости. Через два года по ТВ показали интервью с британским премьером Маргарет Тэтчер. Трое маститых советских журналистов всячески пытались «ущучить» гостью, доказать ей преимущества социализма, но она их, что называется, «размазала». Это признал и сам Горбачёв в разговоре со своими помощниками.

За время правления Михаила Сергеевича сменились почти все крупные теленачальники. Многолетнего главу Гостелерадио, консервативнейшего Сергея Лапина заменил Александр Аксёнов. Несмотря на то что он до того возглавлял белорусское КГБ, именно при нём на ТВ пришёл Владимир Познер, ставший проводить телемосты с Америкой, появились программы «12-й этаж», «Взгляд». Кстати, ушёл Аксёнов с поста в 1989 году после одного выпуска «Взгляда», где режиссёр Марк Захаров впервые предложил захоронить Ленина. Это даже по перестроечным временам считалось крамолой, но вскоре такие предложения зазвучали повсюду.

Испытанием для гласности стал апрель 1986 года, когда произошёл взрыв на Чернобыльской АЭС. Краткое сообщение о нём в программе «Время» прозвучало только на третий день после трагедии, причём в Политбюро многие были вообще против того, чтобы информировать народ о случившемся. Журналист «Правды» Виталий Губарев, направленный в командировку в Чернобыль, встретился перед поездкой с главным партийным идеологом Егором Яковлевым, который попросил Губарева по возвращении рассказать ему, что он там увидел. И Яковлев, И Горбачёв понимали, что местные власти их попросту обманывают.

На ТВ 7 марта 1987 года возникла передача «До и после полуночи» с интеллигентным ведущим Владимиром Молчановым, неожиданными темами и зарубежной музыкой, прежде с телеэкрана не звучавшей. Гостем первого выпуска стал любимец публики артист Андрей Миронов. В августе этого же года его не станет. «И в программе «Время» о смерти его ничего не сказали, — вспоминает Молчанов. — Потому что было правило объявлять о кончине только народных артистов СССР, а Миронов дослужился только до народного РСФСР. Представляете, какой идиотизм!»

Цензура, по словам Наталии Ростовой, окончательно исчезла в декабре 1991 года с прекращением существования Советского Союза. А гласность постепенно стала завоёвывать всё новые позиции. И о том, как это было, в течение июня в Сахаровском центре будут вспоминать сам Владимир Молчанов, бывший председатель Гостелерадио СССР Леонид Кравченко, президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов и экс-председатель Союза журналистов России Эдуард Сагалаев.


Просмотров 1554

08.06.2016

Популярно в соцсетях