Инвалиды будут работать чаще, больше и лучше

Поиск работы для миллионов людей с ограниченными возможностями  - задача не то что сложная, а практически невыполнимая. По оценкам экспертов,  из четырёх миллионов инвалидов трудоспособного возраста в нашей стране  работают чуть больше миллиона.  Как помочь этой категории россиян «найти себя» в профессии, парламентарии и эксперты обсудили 19 ноября на заседании Совета по делам инвалидов при Совете Федерации.

Амбициозная задача

Заместитель председателя Совета Федерации Галина Карелова сообщила, что после ратификации Россией Конвенции ООН о правах инвалидов для обеспечения профессиональной реабилитации людей с ограниченными возможностями были внесены изменения в 25 национальных законодательных актов. Новшества затронули сферы социальной защиты, культуры, транспорта, здравоохранения, жилищной политики, избирательного права. «Кроме того, с 2011 года реализуется государственная программа «Доступная среда». На новом, третьем, этапе её реализации, который начнётся в 2016 году, особое внимание предлагается уделить увеличению доли занятых инвалидов», — констатировала сенатор.

Стремиться участникам процесса есть к чему: поставленные перед ними задачи, на первый взгляд, кажутся чрезмерно амбициозными: предполагается, что к 2020 году численность работающих людей с ограниченными возможностями должна приблизиться к 40 процентам от общего количества инвалидов трудоспособного возраста. Первые шаги для этого делаются уже сегодня. К примеру, формируется адресный механизм создания  специально оборудованных рабочих мест для инвалидов — за три года создано более 39 тысяч, а за восемь месяцев 2015 года  — около 8 тысяч рабочих мест. Это помогло увеличить занятость людей с ограниченными возможностями на 6,3 процента.

Голос практиков

Заместитель министра труда и социальной защиты населения Григория Лекарев уверен: один из важных аспектов успешного трудоустройства инвалидов — профориентация. «Часто службы занятости упрекают в том, что они работают только с теми инвалидами, кто к ним обратился, всех остальных они просто не видят», — сказал он. Эту недоработку власти попытались исправить. Так, уже с 2016 года установлены новые правила, согласно которым специалисты медико-социальной экспертизы будут обязаны отправлять информацию о работоспособных инвалидах в службы занятости. Предполагается, что будет отлажена и «обратная связь»: специалистам службы занятости придётся сообщать о том, какой результат показывают их  «подопечные», сотрудникам медико-социальной экспертизы. 

Эксперты уверены: одними усилиями служб занятости проблему не решить. И если уж говорить о профориентации, то начинать её нужно намного раньше. Так, президент регионального благотворительного общественного фонда «Качество жизни» Мария Кулик рассказала об уникальном опыте привлечения инвалидов с тяжёлыми патологиями к работе в одной из столичных типографий. «Там работают люди с нарушением слуха, ДЦП, психическими расстройствами. Уже в ходе работы выяснялось, что у порядка 40 процентов сотрудников есть ограничения для работы в типографиях. В частности, у людей с диагнозом ДЦП — слабые руки. При этом большинство из них устраивались туда на работу после окончания профильных типографских колледжей», — сказала она. 

По опыту эксперта, на трудовую адаптацию инвалидов, как правило, уходит около года, причём проходить она должна без отрыва от производства: многие из тех, кто только начинает трудиться, не имеют понятия ни о трудовой дисциплине, ни об ответственности. Нередко учить их работать приходится «с нуля». И справиться с такой нагрузкой могут далеко не все коммерческие предприятия. 

Первый заместитель министра социального развития, опеки и попечительства Иркутской области Алексей Макаров обратил внимание собравшихся на проблемы с образованием инвалидов. По приведённой им статистике, 55 процентов инвалидов, обращавшихся в региональные службы занятости, не имели вообще никакого образования, 35 процентов получили среднее образование, а высшее образование было лишь у 10 процентов людей с ограниченными возможностями. В этих условиях помочь им с трудоустройством может отнюдь не бизнес. Так, в регионе пекарню, швейный и обувной цех создал местный психоневрологический интернат. Трудятся в них, разумеется, инвалиды. А подопечные иркутского «Комплексного центра социального обслуживания населения» занимаются производством деревянной мебели и пластиковых окон.

Поддержка должна быть разной!

Председатель Комитета Совета Федерации по социальной политике Валерий Рязанский предложил государству активней вмешиваться в решение проблем с трудоустройством людей с ограниченными возможностями. «Стоимость арендной платы за убогий цех в Москве, созданный специально для трудоустройства инвалидов, составляет 22 млн. рублей в год, — рассказал сенатор. — Такой счёт руководству предприятия выставил один известный предприниматель, и многочисленные наши обращения не помогли эту сумму снизить». В связи с этим Рязанский предложил предусмотреть господдержку таких предприятий через Российский фонд имущества. «Можно находить пустующие помещения и передать им», — призвал он. 

С такой позицией коллеги сенатора согласились.

По мнению Галины Кареловой, для повышения профессиональной реабилитации инвалидов сегодня необходимо использовать весь спектр возможностей — от развития системы профессионального образования для инвалидов до государственной поддержки социально ответственных предпринимателей, создающих для них рабочие места, более широкого использования дистанционных технологий и  введения гибких режимов рабочего времени. «Трудности, с которыми сталкиваются инвалиды при устройстве на работу, очевидны. Не всегда уровень их профессиональной подготовки отвечает современным запросам рынка труда, не всегда они могут конкурировать с другими работниками, Однако есть немало примеров того, как благодаря своему трудолюбию, стойкости и мужеству люди, страдающие тяжелыми недугами, добивались успеха и были востребованы», — цитирует сенатора пресс-служба Совета Федерации.