Статусная МАКЛОЧИХА

Спустя поч­ти 40 лет люди стали возвращаться в избы, где выросли. И пошли в сельпо с шапками и заявлением о возрождении… Это если верить Интернету. А вот что в действитель­ности стоит за «возрождением российской деревни».

В Маклочиху не доехать и не дозвониться. Она и не дерев­ня еще, а хутор — пока по­становление облдумы от 1 марта не заверят в Москве, в Росреестре. Ближайший передатчик мобильной связи — в 30 километрах. Дорога — одно название, но статус деревни обяжет муниципалитет оканавить и отсыпать 1,5 километра, ведущие от трассы регионального значения. Двадцать пять тысяч рублей зало­жено на дорожные знаки «д. Маклочиха». К слову, название идет от слова «маклачить» — торговать, спе­кулировать. Этим занимались тут с XVIII века, когда деревня пребывала в составе Заборовской волости Тих­винского уезда Новгородской губер­нии. В Российском государственном историческом архиве хранится кни­га Минфина за 1862 год, в которой местные раскрепощенные расписы­вались по выкупу земли за госсчет у дворянского рода Белевичей-Стан­кевичей.

«В разные годы — с 1968 по 1972-й — здесь было от четырех до двенадцати домохозяйств. По тем меркам небольшая деревня, — рас­сказывает Нина Ефимова из ар­хивного отдела Любытинского рай­она. — Люди стали переселяться в райцентр, в Новгород, и 26 декабря 1977 года облисполком «в связи с выездом жителей, отсутствием жи­лых домов и надворных строений» решил снять с госрегистрации боль­ше шестидесяти деревень области».

 

В Генплане района записано: «Маклочиха. Численность постоянного населения — 0 чел. Проектируемо­го — 300 чел.». Глава района Тимофей Гусев, написавший проект постанов­ления о возрождении, в шоке: «Это ошибка в сторону увеличения, а по сути верно — мы открываем больше деревень, чем закрываем, прирост населения в прошлом году — 56 че­ловек, для района численностью 8900 жителей это хорошо. Тем более что 70 процентов приехавших трудо­способные, занимаются садом, ого­родом. Людей стало тянуть обратно, к земле, и мы их поддерживаем. Рос­сия всегда была сильна деревней, ее нельзя потерять».

 

Глава местного Совета депутатов Артем Миронов, внесший проект по­становления, родился через десять лет после того, как упразднили Маклочиху. Он не питает особых чувств к этому проекту: «Вот если завод от­крыть, производство, тогда был бы очень рад. Тогда деревня оживет, и не одна. Мы стараемся заинтере­совать крупных инвесторов, но это время… А пока работаем, стараем­ся возрождать. Сейчас это больше дачные деревни, хотя многие жи­вут круглый год. Однажды побывав здесь, люди возвращаются и остают­ся навсегда ради природы, памятни­ков культуры. Чувствуют энергети­ку сильных людей, некогда живших в этих местах. Есть и те, кому ни света, ни дорог не нужно, а только единение с природой. Город угнетает людей, а они хотят тишины».

 

Вообще Маклочиху возродила семья педиатров из Петербурга. Не­сколько лет назад они продали дачу в пригороде, чтобы помочь детям деньгами. На оставшиеся по объяв­лению купили в Маклочихе чудом сохранившуюся пятистенную избу 1903 года, подлатали дореволюци­онную штукатурку, отремонтиро­вали классическую русскую печь. На «Ладе Калине» добираются туда за четыре с половиной часа. Заве­ли гусей, уток, кур. В прошлом году впервые заехали на всю зиму. В спи­ске лесничества они на 32-м месте по объему полученной в прошлом году древесины — 64,8 куба. Из нее поставили новый сруб 6 на 7 метров и подвели его под крышу.

«С местной архитектурой строй­ку согласовали, а закончить не по­зволяют финансовые обстоятель­ства, — рассказывает 55-летний хозяин Андрей Пученкин. — А ведь ее еще надо будет регистрировать, про­писываться, поэтому и нужен статус деревни. Так что пока зимуем в из­бе: на улице и XXI век, и удобства. Планы — построить хлев и завести овец или коз, достать тракторную телегу, а она стоит, как легковушка».

 

У Пученкиных многодетные сын и дочь, и прошлым летом Маклочиха разрослась: приехали все шестеро внуков. Педиатрам подарили трактор, что помогло подровнять дорогу в деревню и покосить траву… Так вот и растут деревни сегодня.