Премьера в годовщину провала

"РФ-сегодня"

Премьера в годовщину провала

Комической оперной миниатюре «Мавра» Игоря Стравинского катастрофически не везло со сценическими воплощениями, не везло катастрофически. Однако Михаил Кисляров, возглавляющий Московский Государственный  Академический Камерный музыкальный театр имени Б.А.Покровского, рискнул не только поставить эту изящную тридцатиминутку по мотивам пушкинской поэмы «Домик в Коломне», но к тому же выбрать для премьеры день своего 60-летия, совпавший с днем первого провала «Мавры» в парижской «Гранд-опера».
Игра с числами любопытна еще и потому, что в этом году исполняется еще и 60 лет неудачного исполнения оперы в США. Словом, слишком много совпадений для того, чтобы даже при полном безразличии к суевериям, слегка призадуматься над их обилием. Судя по всему, Кислярова подобный букет предупреждающих примет не смутил, хотя в добавление к жонглированию датами можно вспомнить, что предыдущие версии «Мавры» и в Москве на сценах подолгу не продержались.
На предпремьерной пресс-конференции Михаил Кисляров сказал, что сама по себе постановка /притом для двух составов/ заняла всего три дня. Другое дело, что режиссер и художник-постановщиr Ася Мухина несколько месяцев искали сценическое решение, позволившие сохранить фривольную легкость стихотворного оригинала и непринужденную ясность музыки. В справедливом итоге — искренние и продолжительные, как на съездах времен КПСС, аплодисменты.
Особенность этой оперы Стравинского в том, что, по словам Кислярова, композитор добился такой плотности в звучании оркестра, что слов порой и не различить. Поэтому при первых подступах к «Мавре» на своей сцене, готовя концертный вариант оперы для «Декабрьских вечеров» в ГМИИ имени А.С.Пушкина, режиссер пригласил Сергея Юрского, который с привычным для его поклонников блеском прочел перед началом вховновившую Стравинского поэму. Но оперная сцена слишком отличается от музейного зала и авторы спектакля отказались от предваряющей спектакль декламации, а ввели в состав персонажей не предусмотренного композитором «Автора», весьма напоминающего внешне своего гениального прототипа. Его непринужденное исполнение фрагментов поэмы прекрасно задало тон для остальных «действующих лиц и исполнителей» и прежде всего для Александры Мартыновой. Ее Параша — засидевшаяся в девках под бдительным материнским надзором искательница любовных радостей  - во всем легка на подъем и в меру пародийна внешне, чем-то напоминая дымковскую игрушку «барыню». 
Особо непростая миссия выпала в премьерный вечер исполнителю партии гусара Бориславу Молчанову. Ему в полном смысле слова довелось трижды за вечер менять облик и манеру пения. Дело в том, что перед «Маврой» была исполнена одноактная опера Бенджамина Бриттена «Блудный сын», в которой Молчанов предстал с партией Искусителя. Перестроиться в течение часа с амплуа  персонажа в бриттеновской музыкальной притчи на образ героя анекдота было, конечно же, очень непросто. Перефразировав слегка Высоцкого, скажу: но это же просто другой человек, а он тот же самый! 
…Сам Пушкин именовал свою поэму «водевильным приключением». Без приключений не обошелся и путь оперы Стравинского от Парижа до сцены основанного Борисом Покровским театра. Зато о забвении «Мавры» теперь речи быть не может. В новом сезоне она появится еще в одном московском театре. Идут разговоры и о других постановках, так что у «Мавры» вполне есть шанс побить рекорд толстовской пьесы «Живой труп», шедшую когда-то сразу на четырех московских сценах.
 
Олег Дзюба
Просмотров 1148

09.06.2014 11:20