Льготы для бизнеса могут продлить до апреля

А карантинные ограничения из-за распространения коронавируса — наоборот, усилить

Льготы для бизнеса могут продлить до апреля

ФОТО: МИХАИЛ НИЛОВ / ПГ

В октябре депутаты собираются внести в Госдуму законопроект, позволивший бы бизнесменам воспользоваться льготами по налогам, кредитам и аренде, введёнными из-за пандемии, до 1 апреля следующего года. Кроме того, предполагается расширить круг предприятий, имеющих право на послабления, — чтобы ими могли воспользоваться любые предприниматели, серьёзно потерявшие в выручке… О новых мерах поддержки бизнеса, а также о том, стоит ли ждать, что кафе и фитнес-клубы снова закроют на карантин, рассказал «РФ сегодня» председатель Комитета Госдумы по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству Сергей Жигарев.

- Сергей Александрович, пандемия длится уже более полугода, и бизнесу приходится несладко. Как вы оцениваете текущую ситуацию? И сколько закрылось предприятий, в том числе малых?

- Я бы оценивал ситуацию более глобально. Не надо забывать, что мы уже несколько лет находимся под международными финансово-экономическими санкциям, которые серьёзно влияют на бизнес. Плюс турбулентная ситуация со стоимостью углеводородов. И в довершение — пандемия, которая на несколько месяцев остановила многие сферы предпринимательства во всём мире.

Сколько конкретно закрылось, трудно оценить — мы ввели мораторий на банкротство, поэтому неизвестно, сколько представителей малого, среднего бизнеса заявят о своём банкротстве.

Но это можно оценить с бытовой точки зрения. Допустим, на центральной столичной улице — Тверской, где магазины, кафе, рестораны всегда были открыты и востребованы, сегодня 30 процентов помещений сдаётся в аренду. Это очень много. Так что навскидку сказать, что малый бизнес на треть ушёл в пике.

В целом же в большинстве своём бизнес жив во многом благодаря финансовой поддержке государства. Хотя он и боится второй волны пандемии, точнее, возможности повторного введения карантина.

- Насколько всё-таки вероятно, что снова закроют кафе, фитнес-центры и так далее?

- Это возможно. Посмотрите, сколько людей находится в масках и перчатках в общественном транспорте. Когда я сегодня ехал, то в масках были только два человека, включая меня. А сколько людей, у которых с собой есть дезинфектор? Минимальное количество, хотя, казалось бы, несколько месяцев назад они были у каждого. Это неправильно. Болезнь мы ещё не победили, а для этого нужны время, терпение и дисциплина.

Если будут приняты жёсткие карантинные меры, в первую очередь они будут приниматься из-за того, что многие не восприняли ситуацию правильно

Поэтому, если будут приняты жёсткие карантинные меры, в первую очередь они будут приниматься из-за того, что многие не восприняли ситуацию правильно. Это касается и малого, среднего, крупного бизнеса, который говорит, что не переживёт вторую волну. Начните с себя — защищайте масками, перчатками, профилактическими мероприятиями и своих сотрудников, и своих клиентов. Тогда мы имеем шанс избежать карантинных мер. А когда торговые центры штрафуют за то, например, что они пускают людей без масок, то тогда владельцы этих ТЦ должны пенять лишь на себя.

- Весной Госдума приняла несколько законов, которые ввели временные льготы для малого и среднего бизнеса, чтобы помочь ему остаться на плаву. Насколько меры поддержки оказались эффективными?

- Такие меры касались налоговых льгот, льготной ставки на аренду федерального, регионального, муниципального имущества и по кредитам на поддержку бизнеса. Где-то к середине лета налоговые льготы, единовременные выплаты получили шесть миллионов человек из тех 16 миллионов, которые задействованы в малом бизнесе.

Но здесь очень много зависело от работы региональных властей. Что касается Москвы, претензий нет, просто потому, что бюджет у города самый большой, и он мог себе позволить выделять деньги. А во многих субъектах, например, не являющихся донорами, не выполнили те обещания предприятиям, в том числе малому и среднему бизнесу. Собственных средств в бюджетах у них не оказалось, а местные администрации не обратились вовремя в Минфин за деньгами, хотя федеральный Центр был готов выдавать субвенции. Тем самым пошла волна обращений предпринимателей, в том числе и в адрес нашего комитета.  Люди жаловались, что поддержку, финансовые ресурсы обещали, а на деле ничего нет.

Я пообещал, что, если эта ситуация не будет исправлена к 1 ноября, озвучить на площадке комитета названия субъектов с фамилиями губернаторов, которые проволокитили ситуацию с получением денег из госбюджета для поддержки наиболее пострадавшим предприятиям в своих регионах. Эта информация пойдёт в Минфин и Правительство.

- Сроки, в течение которых действуют, например, налоговые и кредитные каникулы, истекают в этом году. Вы говорили, что нужно их продлить, так как бизнесу нужно время, чтобы восстановиться. Уже принято какое-то решение?

- В комитете мы разработали такой законопроект и рассчитываем внести его в середине октября. Необходимо пролонгировать уже существующие меры поддержки и льготы, которые заканчиваются либо в конце осени, либо в конце декабря, как минимум до 1 апреля следующего года. Если продлят на более длительный период — замечательно, мы только поддержим это.

Также будем добиваться, чтобы такие возможности коснулись всех предпринимателей. К сожалению, Правительство пошло по пути определения пострадавших отраслей по кодам деятельности. Объясню — когда предприниматели регистрировались в налоговой, то отмечали, что будут заниматься определёнными бизнесами, и в соответствии с этим им присваивались коды. Впоследствии предприятия могли начать работать и по другим направлениям. Здесь главное, чтобы они вовремя платили налоги, вели бизнес честно и прозрачно. Но сейчас в итоге фактически они могут вести дела в отрасли, которая пострадала из-за пандемии, но не иметь право на льготы.

Считаю, что нужно определять пострадавшее предприятие по объёму упавшей выручки. Если на текущий период по сравнению с предыдущим выручка упала больше, чем на 30 процентов, значит оно и есть пострадавшее. И не надо делить их на малые, средние и крупные, так как большим организациям, в которых работают десятки, сотни тысяч человек, сейчас тоже нужна поддержка.

Вот «Аэрофлот» — пострадавшее предприятие? Пострадавшее. Потому что самолёты стояли, никуда не летали, а лизинговые платежи за самолёты платились, как и зарплаты людям. А «Булочная Караваевых»? Хлеб не продавался, а аренда за помещения выплачивалась. По объёму выручки эти компании несопоставимы, но, если сравнить в процентном соотношении, и у одних, и у других выручка упала больше чем на 30 процентов — прибыли вообще не было.

Или другая ситуация. Есть огромная компания «Евроцемент» — цементные заводы, снабжающие строительную отрасль.  Компания имеет валютные кредиты на рублёвую выручку. Стройки были остановлены, цемент не поставлялся, и с таким курсом доллара её может ждать плавный исход. А это тысячи рабочих мест.

- На какой стадии находится обсуждение решения, чтобы поддерживать предпринимателей в зависимости от их финансовых потерь, а не отрасли?

- Мы заявили свою позицию Правительству — причём было выработано консолидированное мнение председателей комитетов Госдумы. Сейчас идёт диалог с первым вице-премьером Андреем Белоусовым, и, надеюсь, осенью этот вопрос решим.

В сегодняшнем бюджете затраты на социально-экономическую сферу впервые за 20 лет превысили затраты на оборону.

Но надо, конечно, исходить из финансовых возможностей. Бюджет не резиновый, а раскачивать инфляцию никто не хочет, иначе деньги обесценятся как в 90-е. Хотя надо констатировать, что никакие социальные выплаты, материнский капитал и так далее никому не срезаны и не задержаны. К тому же в сегодняшнем бюджете затраты на социально-экономическую сферу впервые за 20 лет превысили затраты на оборону.

- Какие ещё решения для развития бизнеса необходимо принять, в том числе в долгосрочной перспективе?

- В комитете при взаимодействии с бизнес-сообществом разрабатываем новый пакет мер по поддержке предпринимательства, чтобы снять большое количество преград на пути их развития. В том числе речь идёт о доступе к кредитным ресурсам.

Например, мы рады, что «Сбербанк» стал «Сбером» — не просто банком, но и технологической платформой. Но почему на публичных площадках он транслирует идеологию, что у бизнесмена, у которого есть неуспешные проекты, больше опыта и возможностей открыть новый успешный стартап, а на деле бизнесмен, прогоревший один раз, с новым бизнес-проектом в этом же банке гарантированно получит отказ? Такие административные барьеры мы должны снимать.

- Вы говорите о дешёвых деньгах. А кредиты с какой ставкой можно считать дешёвыми?

- Каждое снижение ставок на долю процента вызывает бурный рост. Вот снизили проценты по ипотеке, и насколько сразу выросли объёмы строительства. Так что можно взять инфляционную ставку и прибавить к ней несколько процентов — тогда и общество выиграет, и государство получит свою прибыль с налогов, которые будет платить бизнес с увеличивающегося производства, и банк, получивший свою прибыль с оборота финансовых средств… Это немаловажно, ведь необязательно получать прибыль от процентов.

- Снижение ставки — это хорошо. Но как этого добиться?

- В случае со Сбербанком требуется решение его главного акционера — Правительства РФ. И больше ничего. Такую инициативу я постоянно озвучиваю на заседаниях правления Центрального банка, членом правления которого являюсь, и регулярно при встречах с министрами Правительства.

- А как можно поддерживать сбыт продукции?

- Здесь требуется дополнительное снятие ограничений, количества проверок. Это тоже будет заложено в наш законопроект. К тому же надо удерживать объёмы финансирования инвестиционных программ госкорпораций.

Дело в том, что основной потребитель продукции малого и среднего бизнеса — государство. Это либо федеральные, региональные или муниципальные закупки для нужд государства, либо заказ госкорпораций. Объёмы каждый год растут — сейчас малый и средний бизнес продаёт товаров и услуг на несколько триллионов рублей. И если в самом начале он поставлял лампочки, туалетную бумагу, скрепки и ручки, то сейчас производит, в том числе, высокотехнологичный товар и продаёт его всем корпорациям — Роснефти, Росатому, РЖД, Газпрому и т.д. Поэтому и Президент, и Госдума обращают внимание, что в период кризиса инвестиционные программы госкорпораций не должны быть урезаны ни на копейку. В противном случае будут сокращены закупки, предприятия-партнёры потеряют возможность сбывать продукцию и будут разорены.

- Законом установлена доля товаров и услуг, которую госзаказчики и госкорпорации должны приобретать именно у малого и среднего бизнеса — не меньше 20 процентов от общего объёма закупок. Это оптимальная цифра?

- Думаю, что надо её увеличить до 40 процентов. Но сегодня представители малого и среднего бизнеса к этому не готовы. Здесь надо идти по другому пути.

Так, к категории «малый и средний бизнес» предприятия относят по двум критериям — по числу работников и объёму финансового оборота. Можно расширить эту категорию. Например, увеличив предельную численность работников и максимальный оборот для представителей лёгкой промышленности, чтобы можно было туда включить предпринимателей с доходом и штатом сотрудников побольше… Надо расширять понятие МСП и дальше, чтобы росло количество предприятий, подпадающих под него, и они могли воспользоваться предусмотренными льготами.

- Какие ещё законопроекты в портфеле комитета?

- Сейчас работаем над Инвестиционным кодексом, принятом в базовом варианте. Это важный пакет законов, поддерживающих стабильную инвестиционную среду для российских и иностранных инвесторов, которые вкладываются в новые предприятия и новые технологии.

Например, инвестор приходит, вкладывает деньги, а ему гарантируют, что налоговая ставка на период 15-20 лет в зависимости от направления бизнеса для него не изменится. Это — уже стабильная тихая гавань. Но тихая гавань нам нужна только первоначально, в будущем периоде понадобится пространство для развития. Поэтому мы продолжаем работать над законами.

В первую очередь, инвесторам нужно дать права, налоговые льготы, уверенность в стабильности, предусмотреть возможности сбыта продукции и вложения государства в серьёзную инфраструктуру. Именно на этом поднялся Китай. Они привлекли стабильностью, дешевизной рабочей силы, льготами, вложениями государства в инфраструктуру. Сегодня, по сути, многие компании, которые производят у них продукцию, являются заложниками их промышленных предприятий. И это сделало Китай второй крупнейшей экономикой в мире…  Почему бы и нам не привлечь инвестора?

Но нужен баланс. Частный бизнес, если будет иметь возможность съесть побольше, а отдать поменьше, то так и сделает. Поэтому нужно проработать взвешенное отношение государства и инвестора.

Просмотров 1480

02.10.2020 00:00

Пример



Загрузка...

Популярно в соцсетях