Геополитическая основа будущего России

«Не каждому дано так щедро жить

Друзьям на память города дарить»

советская песня

Контекст

Пандемия коронавируса приблизила мир к порогу новой геополитической эпохи — к структурному суперциклу, который продлится несколько десятилетий и начнется с периода беспорядка, и хаоса. Мы станем свидетелями многомерного соперничества великих держав в эпоху глобальных катастроф: экономических кризисов, войн, масштабных кибератак, пандемий и стихийных бедствий, связанных с изменением климата. Наступает очень жесткое, а возможно, и жестокое время холодных и горячих конфликтов. Это время продлится как минимум все третье десятилетие XXI века.

Следующий мировой экономический кризис уже на горизонте и он будет намного мощнее кризиса 2008 года, и коронавирусной рецессии 2020 года. Он вызовет социально-политические потрясения в большинстве стран мира, а разрушительная сила этих потрясений будет обратно пропорциональна качеству государственного управления, социально-политическим мерам, и экономическим стимулам и усилиям по выводу каждой конкретной страны на траекторию устойчивого развития в меняющемся мире.

Державы, которые смогут сохраниться и выстоять в этот период, создадут новые правила и новый миропорядок. Проигравшие отстанут навсегда, а некоторые останутся лишь в истории, как это произошло с великими империями античности или некоторыми европейскими государствами в ХХ веке.

Как России не проиграть, выстоять и двинуться вперед?

География как судьба

В поисках ответа обратимся к истории. Причем древней. Пример Рима — точнее Западной Римской Империи — которая пала в 5 веке н.э. и Византии — Восточной Римской Империи, которая просуществовала еще тысячу лет после гибели Западной Римской империи — поучителен для России именно сегодня! Почему? Об этом подробнее.

Тогда — на закате античности — великая средиземноморская цивилизация столкнулась практически с теми же вызовами, что стоят перед русской цивилизацией ныне. Превращение римской аристократии из государственников и воинов в торгашей и латифундистов, безудержный рост города Рима как агломерации на фоне одряхления остальной территории Италии, сегрегация и резкий рост неравенства — как по сословному, так и по территориальному признаку, а также масштабная коррупция — привели к деградации армии и системы управления. Окраины слабели, орды варваров разоряли целые провинции Западной империи. Римские граждане не желали служить, и армия империи состояла из наемников-федератов варварского происхождения, один из вождей которых — Одоакр — в 476 году н.э. отстранил от власти последнего императора Ромула Августула. Европа на долгий период погрузилась в «темные века».

В то же время Византия — Восточная Римская Империя — находясь на значительном удалении (Sic! — «география как судьба!») от варваризирующейся Европы, напротив, расцветала, развивая имперскую систему управления эпохи домината. Там была укреплена центральная власть, сформировано единое экономическое и культурное пространство, которое защищала сильная дисциплинированная армия. Служение империи было императивом византийских элит — во времена нашествия внешних врагов в средневизантийский период (641-1204) военная элита объединялась с гражданско-административной и с оружием в руках защищала государство. 

Но и Византия спустя тысячелетие пришла в упадок и одряхлела, причем в прямом смысле — империя к XV веку попросту выродилась, проиграв демографическую войну пассионарным кочевникам. Убыль собственного — как сейчас бы сказали «коренного» — населения на территории Малой Азии и на Балканах, замещение людей греческого происхождения и христианской культуры тюрками и прочими пришлыми племенами «размыло» культурный код и традиции, лишило византийскую империю исторического духа и воли к сопротивлению врагам, внешним и внутренним.

Итог печален.

Имперскую традицию Византии приняла на себя Русь, оформив это в 1472 году заключением брака между Иваном III и Софьей Палеолог, а идеология защиты православия и концепция Москва — Третий Рим закрепила легитимность передачи миссии к России.

С тех пор и на протяжении веков Россия — особая цивилизация имперского типа, создавшая внутри и вокруг себя порядок, противостоящий хаосу, готовая и способная — в разные времена по разному — этот порядок защищать. Благодаря сильному государству и нашей армии, Россия и сегодня имеет возможность действовать по своему усмотрению, а порядок в ней зависит от её собственной воли.

Однако волна мирового хаоса нарастает, грозя перехлестнуть наши границы и разрушить Россию.

Смена эпох

Мы живем в момент смены эпох…

Существующий миропорядок радикально меняется, грозя погрузить в хаос весь так называемый «цивилизованный мир». И в центре этого разлома — западная либеральная цивилизация во главе с империей-гегемоном последних десятилетий — США.

Запад на экзистенциальной развилке…

Об этом — вышедшая недавно книга COVID-19: The Great Reset («Covid-19: великая перезагрузка»), написанная Клаусом Швабом в соавторстве с журналистом Тьерри Маллере. Напомним, Клаус Шваб — основатель и председатель Всемирного экономического форума в Давосе, мекки глобальных корпораций, места, «куда миллиардеры приезжают объяснять миллионерам, как должны жить бедные». Шваб — один из главных и самых влиятельных идеологов глобализма. 

Основная мысль его книги — мир уже никогда не будет прежним, проект «Covid-19/коронакризис» изменил его безвозвратно, а потому (в этом суть!) глобальные элиты намерены его переустроить строго по собственному разумению. Тут уместно привести обширную цитату — ибо этот политический каминг-аут глобалистов предельно откровенен! Клаус Шваб пишет: «Многие спрашивают, когда мы, наконец, сможем вернуться к нормальной жизни. Если вкратце: никогда!.. Жизнь никогда не вернется к ощущению «сломанной» нормальности, царившему до кризиса. Пандемия коронавируса знаменует собой крутой поворот нашей глобальной траектории. Мира, каким мы его знали в первые месяцы 2020 года, больше нет — он рассыпался на фоне пандемии. Произошли радикальные сдвиги с такими последствиями, что некоторые эксперты уже говорят об эпохах «до коронавируса» и «после коронавируса»… Мир больше не будет прежним, капитализм примет иную форму, у нас появятся совершенно новые виды собственности помимо частной и государственной. Крупнейшие транснациональные компании возьмут на себя больше социальной ответственности, они будут активнее участвовать в общественной жизни и нести ответственность ради общего блага».

Иными словами, по мнению Клауса Шваба, благодаря пандемии Covid-19 наступает иная эпоха, и путь назад отрезан. Ради достижения своих целей глобалисты не собираются «сюсюкаться» с человечеством и готовы предъявить ему ультиматум. Их инструментарий — «черный лебедь» коронакризиса и «зеленая повестка»…  

Шваб понимает, что разрушение мировой экономики причинит людям огромную боль, но при этом учит политиков, чтобы они были готовы подавлять всякое сопротивление и беспорядки: «Проблема рассинхронизации между двумя группами (теми, кто принимает решения, и общественностью), чей горизонт сильно разнится, стоит остро, и справиться с ней в разрезе пандемии будет непросто. Стремительность шока и глубина причиненной боли несопоставима с политической стороной вопроса.

Это сложно, потому что это своего рода «колыбель для кошки» — взаимозависимость и взаимодействие. Всё приспосабливается и адаптируется — в том смысле, что «общественное поведение» определяется взаимодействием участников… А они могут смутиться от стресса и стать «непослушными».

Шваб открыто дает установку политикам не ослаблять ограничений, призывая их не снимать карантин, с каким бы сопротивлением те ни столкнулись. Более того — подчеркивает Шваб — сопротивление непослушных надо давить, и способов здесь сколько угодно! Ни у кого не должно оставаться и тени сомнения — о возврате к нормальной жизни даже нельзя помышлять. Этого не будет, потому что этого не может быть никогда! Шваб — циничен, как тот санитар из анекдота — «ДОКТОР СКАЗАЛ В МОРГ — ЗНАЧИТ В МОРГ!». Вот что он пишет: «На микроуровне, в отдельных отраслях и компаниях, «великая перезагрузка» повлечет за собой сложную систему перемен и корректировок. Столкнувшись с этим, некоторые лидеры отрасли и руководители захотят остановить перезапуск, рассчитывая вернуться к старым нормам и восстановить то, что когда-то работало: традиции, устоявшиеся процедуры и привычный способы ведения дел. Короче говоря, к обычной реальности. Этого не произойдет, потому что этого не может быть… Наш долг — взять быка за рога. Пандемия дает нам этот шанс: это узкое окно возможностей для размышлений, решений и перезагрузки нашего мира».

Журнал The American Thinker, анализируя ситуацию, обращает внимание на очевидное: уничтожает общества не столько вирус, сколько те самые карантинные меры, которые Шваб требует и дальше насаждать силой для того, чтобы мир доломать.

Таким образом, новая глобализация может принять вид мрачной антиутопии, когда беднеющее население планеты окажется под цифровым контролем частно-государственной диктатуры, распределяющей сокращающиеся ресурсы по своему усмотрению.

«Великая перезагрузка» глобалистов — это по сути проект передачи власти и богатства от национальных государств к наднациональным корпорациям, от населения стран к узкой группе глобальных элит… Шваб не скрывает, что национальному государству в его дивном новом мире места нет: «Если демократия и глобализация будут расширяться, то национальному государству места не останется». Отметим, как удивительно глобал-либералы смыкаются здесь с троцкизмом.

Проект «Covid-19», нагнав страха на людей, дезориентировав национальные элиты, — «снес» Трампа, разбалансировав национальные экономики и системы здравоохранения — и свою основную задачу выполнил. Теперь гейтсам, цукербергам, безосам и тому подобным швабам — этим общечеловекам — нужна дополнительная платформа для десуверенизации стран — России и Китая, прежде всего. 

Очевидно, для этого глобалисты начали продвигать «зеленую повестку», для того чтобы сдержать развитие промышленности во всем мире и ослабить конкурентов.

Объявленное Байденом назначение политического тяжеловеса Керри на пост «представителя по экологии» — лишь один из признаков начала этого наступления.  

Но победа глобалистов вовсе не предопределена. Скорее наоборот. Их возрастающая агрессивность — свидетельство «ухода почвы из-под ног».

Гегемония США встречает нарастающее сопротивление стран, стремящихся обеспечить свой суверенитет. Как отмечал в своей теории мир-системного анализа И.Валлерстайн: «Государство теряет гегемонию не потому, что слабеет, а потому что другие набирают силу».

Более того — империя США столкнулась с внутренним экзистенциальным кризисом, расколовшим страну пополам. Америка теряет геополитическую мощь на глазах… Впереди ее ждет борьба против всех за стратегическое доминирование в политике, экономике, энергетике и технологиях, — борьба с высокими ставками и непредсказуемым результатом. 

Образ будущего — народная империя

Где же место России в этом меняющемся на наших глазах мире?

Сначала о ценностях и скрепах — об идеологии и образе будущего. И начнем, как говорят математики — от противного. Пандемия коронакризиса обнажила хрупкость ценностных приоритетов Запада. Камуфлирующая позолота «Храма свободы на Холме» — того, на что молились наши российские обер-либералы — облезает буквально на глазах, обнажая ужасную коррозию… Впрочем, началось это не в 2020 году. Коронакризис лишь обострил кризис социальной и культурной идентичности Запада. Выдающийся социолог и философ современности Зигмунд Бауман еще в 2017 г. отмечал: «Мечта западного человека о «лучшей жизни» расторгла свой заключенный на небесах брак с будущим. А в процессе развода мечту еще и превратили в товар, пустили по потребительским рынкам, гнусно обобрали».

Неспособность (реальная или внедренная в общественное сознание — не суть!) национальных государств обеспечить защиту населения от глобальных проблем (как антропогенного, так и естественного характера) имеющимися инструментами и ресурсами привела, если не к крушению, то точно к подрыву политики глобализации, которую Клаус Шваб предлагает перезагрузить вновь. Под угрозой коронавируса государства вынужденно приостановили производства и закрыли свои границы, экономическая политика, в основе которой лежат процессы глобализации — усиление взаимозависимости национальных экономик, в связи с увеличением скорости движения и объемов товаров и услуг, технологий, капиталов, а также рабочей силы через государственные границы, — оказалась в неработоспособном состоянии. Итак — Запад в экзистенциальном кризисе и уже не образец даже для самых твердолобых либералов…

Что в этой ситуации делать России, суверенитет которой закреплен Конституцией, обеспечен нашей армией и основывается на тысячелетней истории.

В новой глобальной игре Россия теперь может двигаться только вперед и вверх, постоянно наращивая свою мощь, потому что в случае остановки или свертывании достижений последних лет в области обороны и безопасности Россия получит от США удар непропорциональный по силе и навсегда перестанет быть субъектом, как мировой политики, так и мировой экономики.

В случае победы антироссийских сил в этом новом противостоянии никакого «плана Маршалла» для России и ее граждан не будет.

Запад с высокой степенью вероятности будет реализовывать новый «план Моргентау» или новый «план Ост» — в основе которого ликвидация российской цивилизации, расчленение нашей страны на мелкие субъекты и территории, переход важных промышленных и нефтегазовых районов под международный контроль, свертывание обрабатывающей и металлургической промышленности, запрет или серьезные ограничения внешней торговли и демилитаризация.

В случае реализации худшего сценария население России может сократиться на несколько десятков миллионов — останутся лишь работающие «за еду» «служебные люди», необходимые для обеспечения работы «трубы», через которую на Запад будут перекачиваться природные ресурсы. Можно не сомневаться — компрадорская финансово-экономическая «элита» сдаст страну и отправится доживать на свои средиземноморские ривьеры… Такова будет цена поражения. Ставка в этом противостоянии — будущее существование России в мире.

Форсированный переход России, вслед за Западом, к информационному «цифровому» обществу лишь усугубляет риски. Коронакризис блестяще продемонстрировал эффективность технологии манипулирования общественным сознанием — миром стали править паранойя и страх. В итоге — он снизил доверие между властью и обществом, а «самоизоляция» лишь усугубила атомизацию общества.

Что нам делать, каковы наши цели и стратегия их достижения?

Увы — на сегодня внятного контура будущего элиты российскому обществу не предъявили — они продемонстрировали несостоятельность, действуя рефлексивно, постфактум и вслед за обстановкой.

Необходимо искать точки кристаллизации социально-экономической ткани на новых солидарных основах — в территориальном, экономическом и социальном измерении.

Для начала признаем, что нынешний кризис носит ГЕО-экономический характер и должен решаться не за счет изменения монетарных оснований экономического развития, как это принято сейчас, а через трансформацию геоэкономического пространства.

Логистическая уязвимость России, наличие у потенциальных геоэкономических конкурентов России возможностей оказывать давление на российские экспортные потоки, значение которых в обозримой перспективе возрастет в силу общего сжатия несырьевого сегмента мировой торговли и повышения значимости ресурсного экспорта.   

Возможность возникновения «серых зон влияния» вблизи границ России, не контролируемых на уровне постсоветских национальных государств, способных стать анклавами для вызревания радикально-деструктивных тенденций — усугубляет риски.

Одним из уроков коронакризиса должно стать пространственно-территориальное переосваивание страны, потому что, сбалансированное пространственное распределение населения — это элемент национальной безопасности России. Необходимо формирование встроенной в систему государственного управления социально-экономической модели мобилизационного типа дублирующей/страхующей на случай возникновения разного рода гибридных кризисов, типа коронавируса или техногенных сбоев в будущем.

Подчеркнем — для России регионализация экономики в условиях кризиса важна не сама по себе, а как процесс, открывающий новые возможности для развития ее как цивилизации. Высокое внутреннее напряжение, связанное с удержанием огромных неоднородных пространств, постоянное пребывание России в гуще геополитической борьбы — делают задачу консолидации общества и власти, обеспечения национальной безопасности и развития государства важнейшей и решающей сегодня. Необходима национализация экономического роста, затрудненная в существующем геоэкономическом контексте доминирующей финансово-инвестиционной либеральной модели.

Это категорически усиливает запрос на суверенность, стратегичность и комплексность государственного управления, собирающего «в пучок» внутренние и внешние скрепы и факторы роста России.

России нужно сосредоточиться на себе! Модель «Россия будущего» — это «внутренняя» народная империя, основанная на принципе «самодержавия» не в смысле восстановления монархии, а в смысле истинного народовластия, где мы — россияне — во главе с сильным Лидером САМИ СЕБЯ ДЕРЖИМ. Для реализации этой модели необходима новая стратегия социально-политического и пространственного устройства страны, базирующейся на трёх составляющих — безопасности, сбережении народа и территориально-экономической эффективности. Суть этой системы в реализации Конституционного Положения о народовластии через единство вертикали власти всенародно избранного национального Лидера и горизонтали власти, вытекающей из сильного местного самоуправления.

Цивилизация пространства

Сформировавшаяся ныне стратегия концентрации ресурсов в мегаполисах, навязанная России извне и противоречащая ее цивилизационному коду, закладывает социальную бомбу под наше будущее. Сейчас на Москву и Санкт-Петербург приходится треть ВВП России. Но любая конструкция устойчива, когда есть минимум три опоры. Такой третьей опорой России должны стать города и территории развития Сибири и Дальнего Востока, где уже имеются многие виды ресурсов, промышленный и научный потенциал, но наблюдается и дефицит кадров и управленческих компетенций, а также главная проблема и угроза — депопуляция.

Решение этих вопросов крайне актуально, ибо отсутствие социально-пространственного мышления в политике уже привело к депопуляции территорий, формированию социальных пустошей и созданию «поясов отчуждения» — городов-спутников и пригородов, населенных пауперами, зачастую этно-окрашенными.

Напрашивается прямая историческая аналогия с древним Римом, в котором московская мега-агломерация — та самая «Западная Римская Империя», находящаяся под ударом «гибридных варваров». Для устойчивости страны необходимо развивать «Восточную Римскую империю» за Уралом, где сосредоточена большая часть энергетики, ресурсная база страны, лес и запасы пресной воды, значительный промышленный потенциал, при наличии достаточно качественных университетов.

Для этого целесообразно пересмотреть политику развития территорий — перейти от укрупнения и концентрации к разумному рассредоточению, к формированию единого стандарта управления и качества жизни по всей территории РФ. Рабочие места, школы, поликлиники, ФАПы, аптеки, магазины, дома культуры, дворовый спорт, досуг и другие — всё это должно быть восстановлено на местах, на их содержание должны тратиться государственные деньги, даже если, с точки зрения «радикального экономизма», которым мы руководствовались последние 30 лет, это невыгодно. Слово «невыгодно» должно быть убрано, как приоритет, из государственной политики России и заменено словом «безопасно».

Социологи свидетельствуют — мегаполис комфортен для жизни лишь в условиях общественного согласия, иначе он превращается в каменные джунгли. И если жители, его населяющие, оказываются в конфликте друг с другом, ад начинается гораздо быстрее и в гораздо бОльших масштабах, чем на «лоне природы» — в средних/малых городах и деревнях. Все массовые протесты последних десятилетий — «цветные» революции, национально-освободительные движения, бескровные и кровавые перевороты — все они своей центральной сценой имели столичные города.

Кроме того, гигантские мегаполисы — типа московской агломерации — «производят одиночество», отчуждают людей друг от друга. Это снижает доверие и солидарность в обществе. 

Мегаполисы крайне уязвимы для эпидемий и разного рода техногенных катастроф…

Принципы рационального «многослойного» социально-территориального планирования должны быть взяты за основу при формировании понятного обществу образа будущего России. Это теснейшим образом увязывается с нашим цивилизационным кодом, поскольку Россия — цивилизация пространства, цивилизация простора, так формировались наши ценности и наш образ мышления. «Скученность» и концентрация — это разнонаправленный с русским менталитетом тренд.

Необходимо уже в ближайшее время приступить к развитию альтернативных Москве «узлов роста» за Уралом — в восточной части российской империи. Для этого можно модернизировать существующие, но скорее надо строить новые города в комфортных природно-климатических зонах, города современного типа, логика размещения и развития которых, будет привязана к природным ресурсам. Это не должны быть города вахтовиков или моно-города индустриально-фабричного типа — это будут города самой передовой архитектуры с развитой инфраструктурой и наукой, образованием и здравоохранением, города комфортные, привлекательные и интересные для жизни — молодежи, прежде всего. Эти города народной империи станут точками «сборки русского мира»! Это вовсе не утопия. Россия всегда «вытягивала себя за волосы» из болота большими проектами — от похода Ермака и покорения Сибири — до Транссиба, космоса, Арктики и воссоединения с Крымом…

Заключение — миссия выполнима

Надо понимать — угрозы и риски для российской государственности в уже ближайшем будущем приобретут экзистенциальный характер.

Чтобы не повторить печальную судьбу древнего Рима, и победить в новом противостоянии с США — России необходима трансформация в современную державу — народную империю — где вместо «невидимой руки рынка», будет действовать разумный экономический дирижизм и реальный контроль над использованием ресурсов. Необходимо не просто выдержать давление, но и подготовиться к геостратегическому реваншу. Необходима национализация элит, мобилизация внутренней и внешней политики для максимальной защиты национальных интересов.

Задача национально-ориентированной части российских элит — осознание нашей роли в мире как державы-цивилизации, державы-мироносца.

Власть — центр кристаллизации России. Она не имеет права быть слабой, оторванной от народа и неуверенной в перспективах страны на десятилетия вперед. Великий русский философ Василий Розанов писал: «Единственный порок российского государства — это его слабость. Слабое государство не есть уже государство, а просто его нет». Народная империя — это добрая сила, основанная на традиции, справедливости и доверии. Отсюда вытекает наша политическая, внутренняя и внешняя, стратегия обеспечения суверенитета России. Именно эта стратегия, выдвинута Президентом В.В. Путиным в Посланиях и закреплена поправками в Конституцию. Её суть — сохранение и преумножение Земли и Народа России, защита нашего русского мира в онтологическом понимании. В этом смысл Государства Российского. Это трудное дело, но это наша великая историческая миссия. 


Авторы: 

Андрей Ильницкий
Андрей Ильницкий советник Министра обороны Российской Федерации, действительный государственный советник 3-го класса, член Совета по внешней и оборонной политике, г. Москва

Александр Лосев
Александр Лосев член Президиума Совета по внешней и оборонной политике, г. Москва

 

Ещё материалы: Андрей Ильницкий

Просмотров 16930

14.12.2020 00:00

Пример