Загудели, заиграли провода

На российское бескрайе заглянула зима. Со своими первыми буранами, проверяющими, как мы к ней готовы. Оказалось, как всегда, то есть не очень.

Сотни тысяч россиян — от Карелии до Сахалина, включая Подмосковье — остались без света. Конечно, это случайно, но именно сразу после ночных вьюг. 

Загудели, заиграли провода
 

Члены Совета Федерации пригласили для разговора министра энергетики Александра Новака. Вот уж точно — дорого яичко к Христову дню. Тема «правительственного часа» — «Состояние и перспективы развития электроэнергетики в Российской Федерации

— Состояние электроэнергетики в значительной мере предопределено результатами прошедшей отраслевой реформы. Ее первоочередными целя­ми были повышение эффективности электроэнергетики и обеспечение бес­перебойного снабжения экономики и населения электроэнергией. Эти цели были реализованы, сформированы и работают оптовые и розничные рынки электроэнергии. Действующая модель российского рынка является одной из наиболее развитых в мире…

Так без раскачки начал выступле­ние министр. Члены Совета Федера­ции, несомненно, знают, что приори­теты «реструктуризации» РАО «ЕЭС России» были совсем другие. Поэтому ни эффективного, ни надежного элек­трообеспечения страна не получила. Об этом говорят «московское замы­кание», трагедия Саяно-Шушенской ГЭС, «ледяной дождь», погасивший свет в Подмосковье и еще нескольких регионах. Именно после этих событий Кремль и Белый дом повернули элек­троэнергетику к надежности и беспе­ребойности. И несомненны перемены последних лет, прежде всего в сетевом комплексе, создание того же холдинга «Россети» — заслуга не реформаторов, а бюрократов. На что, впрочем, намек­нул и Александр Новак: «ЕЭС России» сохранилось как технологический комплекс и получило новый импульс к развитию».

По убеждению министра, наиболее значимый результат реформы — при­ход в отрасль инвестиций, в том числе и иностранных. За 5 лет (2008-2012 гг.) вложения в энергетику выросли в 2,8 раза по сравнению с 2003-2007 года­ми и составили 4,2 триллиона рублей. Вдвое увеличился ввод генерирующих мощностей — 16,1 гигаватта за 5 лет. Новые агрегаты позволили снизить на 2 процента расход условного топлива на производство электроэнергии. В 2012 году Россия выработала электроэ­нергии практически столько же, сколь­ко и в 1990 году. С ростом ввода гене­рирующих мощностей удалось впервые за постсоветское время остановить старение основных фондов. Началось обновление и магистральных ЛЭП.

Несколько повысилась доступность энергетической инфраструктуры. В рейтинге по доступности (то есть по возможности потребителей подклю­читься к энергетике) Россия поднялась за год на 67 позиций. Достижение? Если учесть, что в этом рейтинге мы были ниже многих африканских стран, в самом его конце, — вряд ли. Но и то хорошо, что пошли вверх. Срок под­ключения к электричеству снизился с 295 до 195 дней.

И принципиально важно — стои­мость электроэнергии за 2003-2012 го­ды для населения возросла в 3,3 раза, для остальных потребителей — в 3,2 раза. При этом, подчеркнул Александр Новак, стоимость топлива увеличи­лась: газа — в 4,2, угля — в 2,7 раза. То есть цены на электроэнергию повы­шались медленнее, чем на топливо. И это, безусловно, хорошо. Плохо то, что они росли, и росли быстрее, чем в Ев­ропе или США. Интересная параллель — энергетики США покупают более дешевый газ, чем российские. И про­дают электричество промышленникам тоже более дешево. Это к вопросу о конкурентоспособности экономики. По мнению знакомых энергетиков, коллег-журналистов, главный энерге­тик страны, кстати, в его подчинении не только электроэнергетика, но и ТЭК с дорогим газом и углем, очень хоро­шо считает, разбирается в финансовых схемах, в денежных потоках. Сжатое, информационно насыщенное, набитое цифрами, как обойма патронами, вы­ступление подтверждает это мнение.

Его статистика, характеризующая сегодняшнее лицо отрасли, ее облик к 2018 году, безусловно, точна. Сбудутся ли расписанные планы? — Вопрос не к Александру Новаку. Как и вопрос, по­чему представленные им перспективы развития до 2018 года гораздо скром­нее Генеральной схемы размещения объектов электроэнергетики, утверж­денной правительством где-то 5 лет назад и ориентированной все на тот же 2018 год. Перспективы, и не толь­ко в энергетике, у нас пересматрива­ются так быстро, что они не успевают пережить день сегодняшний. Хочется верить, что оптимизм министра — ис­ключение из всего предыдущего опыта.

Отрасль действительно динамич­но развивается в последние годы. И по каждому направлению деятельности, обозначенному в моем докладе, уже имеется хороший задел. Уверен, на­ша общая работа принесет ощутимую пользу российской экономике…

Александр Валентинович, не­сколько лет назад мы приняли закон об энергоэффективности. Я тогда горя­чо выступал в его защиту. Видимо, поэ­тому мой коллега Новиков предложил: «Если за 3 года закон не заработает, ты прилюдно съешь его текст». Теперь донимает: «Не пора ли съесть закон?» Скажите свое министерское слово: ра­ботает закон или не работает? — По­просил Олег Пантелеев, первый заме­ститель председателя Комитета Совета Федерации по регламенту и организа­ции парламентской деятельности.

Это федеральный закон № 261, принятый в 2010 году. Он уже частич­но работает. Сама по себе проблема очень важна — энергоемкость рос­сийского ВВП недопустимо велика по сравнению с другими странами. Мы сегодня работаем над корректировкой закона…

Если по-честному, Олегу Пантелееву пора приниматься за пережевывание закона, который, к несчастью, очень объемный. Профессионалы еще в 2010 году назвали документ наивно-диле­тантским. И если бы не активность Комитета Госдумы по энергетике, нас всех замучили бы предусмотренными законом штрафами за отсутствие счет­чиков, за не те лампочки. Те, кто заин­тересовался, могут подробнее узнать о законе в июньском номере нашего журнала.

Александр Валентинович, три года прошли, и даже, по вашему мне­нию, кардинальных изменений в этой сфере не произошло — эффективность закона, к сожалению, очень низкая. Министерству тоже нужно бы более энергетично действовать. Хотелось бы как можно быстрее увидеть ваши предложения по корректировке зако­на и более энергичные действия по его реализации, — прокомментировала Ва­лентина Матвиенко…

— В июле 2008 года прекратило свое существование РАО «ЕЭС России» — распалась на 23 независимых компа­нии, оставив нас под крестом Чубайса. С тех пор и не прекращаются споры о качестве реформы, ее эффективно­сти… На мой взгляд, главной ошиб­кой была поспешная ликвидация РАО. Многие задачи реформирования еще не были решены. И в первую очередь в теплоэнергетике, в которой сегодня сосредоточены огромнейшие социаль­ные и экономические проблемы. За 5 лет многое сделано, но остается один нюанс. Все новые мероприятия ори­ентированы на утвержденную модель реформирования электроэнергетики. Но в действительности ее нет, она не реализована полностью. Крест Чубайса — это пересечение кривой потребности в электроэнергии и кривой предельной выдачи ее генерацией. Точка пересече­ния кривых — стагнация экономики. Расхождение линий — это падение. На­до сделать все, чтобы реальная генера­ция всегда была выше нагрузки…

Так, фактически, подвел итог «парламентскому часу» Виктор Рогоцкий, член Комитета Совета Федерации по экономической политике (энергетик по профессии).

Леонид Левицкий

Просмотров 6535