Суд Люксембурга встал на сторону российских инвесторов

Своим решением он отменил запрет Минфина страны на возврат ценных бумаг гражданам, не попавшим под санкции

Хорошая новость для тысяч российских инвесторов: их ценные бумаги, заблокированные в Европе из-за санкций против Национального расчетного депозитария (НРД), могут быть разморожены. Суд Люксембурга постановил вернуть доступ к активам тем гражданам и компаниям, которые не находятся под персональными санкциями.Создаст ли решение прецедент и откроет ли дорогу для возврата соотечественникам дорогостоящего имущества — «Парламентская газета» разбиралась вместе с экспертами.

Как были заблокированы активы

Проблема с заблокированными активами российских инвесторов в Европе возникла в 2022 году после введения ЕС санкций против ключевой финансовой инфраструктуры страны. Совет Евросоюза внес НРД и Национальный клиринговый центр (НКЦ) в санкционный список, что фактически отрезало российских держателей ценных бумаг от доступа к своим активам, хранящимся в европейских депозитариях через цепочку НРД — Euroclear — Clearstream.

В общей сложности ЕС и страны G7 заморозили российские активы на сумму около 300 миллиардов евро. Большая их часть хранится в Euroclear.

Президент РФ Владимир Путин 8 ноября 2023 года подписал указ, согласно которому часть заблокированных в нашей стране средств иностранных инвесторов можно «обменять» на заблокированные активы россиян.

Чуть раньше, в сентябре 2023 года, министерство финансов Люксембурга разъяснило, что разморозке подлежат только деньги российских клиентов, но не ценные бумаги. Фактически это лишило инвесторов доступа к их портфелям акций и облигаций, даже если сами они не попали под персональные санкции.

Решение подлежит отмене

Однако суд Люксембурга не согласился с позицией Минфина страны. В постановлении от 5 ноября 2026 года подчеркивается, что действующие нормы европейского законодательства позволяют разблокировать активы российских компаний и граждан, не находящихся под персональными санкциями ЕС, причем речь идет не только о денежных средствах, но и о ценных бумагах.

Истцом выступила компания, клиенты которой пострадали после введения санкций против НРД. Название компании в постановлении не раскрывается, но сам факт успешного оспаривания позиции Минфина создает важный прецедент. «Суд пришел к выводу, что сама компания и ее клиенты в 2023 году не находились под санкциями ЕС, — отмечается в постановлении. — Решение Минфина Люксембурга от 26 сентября 2023 года подлежит отмене».

Первый зампредседателя Комитета Совета Федерации по бюджету и финансовым рынкам Сергей Рябухин назвал решение суда Люксембурга важным, но предупредил, что оно не снимает всех проблем. По его словам, заморозка российских активов странами Запада — это грубейшее нарушение международного права. На это обращали внимание непредвзятые эксперты и даже руководители отдельных государств, в том числе Швейцарии. Они понимали: открыв ящик Пандоры и узаконив произвол, Европа подрывает сами основы международного права.

«Решение суда Люксембурга — это первый шаг. Но обольщаться не следует, впереди еще большой путь, — подчеркнул Рябухин. — К сожалению, политики Евросоюза руководствуются не здравым смыслом и не интересами своих государств, а политическими амбициями отдельных лидеров, которые, на мой взгляд, аффилированы с киевским преступным режимом».

Сенатор отметил, что европейские политики не случайно часто посещают Киев, получая там своеобразные «премии» и «дивиденды», и потому являются заинтересованными лицами. Тем не менее, по его мнению, случившееся в Люксембурге — важный прецедент.

Системная работа над чужими ошибками

Банк России с самого начала разрабатывал механизмы возврата замороженных активов россиян. Глава ЦБ Эльвира Набиуллина неоднократно подчеркивала, что регулятор работает над решениями этой задачи.

В сентябре 2024 года первый зампред ЦБ Сергей Швецов сообщил, что Банк России совместно с НРД прорабатывает возможность возврата активов через суды иностранных государств. По его словам, «уже есть первые успешные прецеденты, которые позволяют надеяться на массовый возврат активов».

В 2025 году ЦБ подал иск в московский арбитраж с требованием взыскать с Euroclear 200 миллиардов евро убытков, связанных с блокировкой российских активов. В мае 2026-го суд удовлетворил иск, а решение о взыскании вступило в силу немедленно.

5 ноября Банк России подал в суд в Брюсселе иск об изъятии документов в штаб-квартире бельгийского депозитария Euroclear. Регулятор обвинил Euroclear в сговоре с Еврокомиссией и Советом ЕС. Об этом сообщает «Коммерсант» со ссылкой на газету Les Echos. Претензии ЦБ связаны с поправками к санкционным правилам Евросоюза от 23 июля. С их помощью европейские суды могут запрещать истцам добиваться исполнения решений российских судов за пределами ЕС.

Кроме того, Москва подготовила план дополнительных мер на случай изъятия Евросоюзом большейключевой части замороженных российских активов, с тем чтобы минимизировать возможные потери. сообщил директор департамента экономического сотрудничества МИД России Дмитрий Биричевский. «Наготове дополнительные меры защиты российских интересов на случай, если основная часть наших активов все же будет изъята. Преждевременно раскрывать их суть считаем нецелесообразным», — сказал дипломат в интервью РИА «Новости».

Оттепель в отношениях?

Решение суда Люксембурга создает важный прецедент для тысяч российских инвесторов, убежден финансовый аналитик Михаил Беляев. Однако «ключом к решению всех проблем» с замороженными российскими активами его назвать сложно.

Аналитик обратил внимание на важные детали решения: речь идет именно о Люксембурге и о ценных бумагах, а не о денежных средствах. Кроме того, решение касается отдельных лиц, которые не попали в санкционные списки западных стран.

«Раньше было общее решение о том, что надо блокировать все российские активы, и попадали все общим списком. Теперь начинают применять более избирательный подход», — отметил Беляев.

Он подчеркнул, что говорить о полном решении проблемы пока нельзя. Однако это первый шаг к тому, что европейская сторона начинает избирательно подходить к вопросу и понимать, что проблему с замороженными активами все равно необходимо решать.