Откуда и куда течёт крымское вино

Как снова превратить полуостров в край садов и виноградников

Николай Донцов живёт в селе Крайнем, но он не из тех, чья хата с краю — особенно когда речь заходит о судьбе виноградарства и виноделия в Крыму. Да и как может быть иначе, если Николай Карпович — винодел с более чем полувековым стажем. Старейший из фермеров-виноделов полуострова, сохранивший дедовские технологии производства.

Несмотря на название, село Крайнее в Сакском районе — не то чтобы невероятная глухомань. Однако мобильная связь у нас на подъезде к деревне исчезает. Как будто специально для того, чтобы никто не отвлекал звонками от дегустации и застольных разговоров. Благо, дом Донцова здесь знают все. Так что находим мы его без проблем.

Хозяйство Николая Карповича — это вам, конечно, не «Массандра», не «Инкерман», не «Коктебель» и не «Золотая балка». Всего-то навсего восемь гектаров виноградников. «Вы не боитесь, что эти монстры просто сожрут ваше маленькую ферму?», — спрашиваю я. «Под жарким крымским солнцем найдётся место всем, — философски отвечает Донцов. — У меня свои плюсы. На больших заводах ведь как — кнопку нажали, и вино течёт. А где у этого вина душа? Вот в чём вопрос».

Недавно законодатели наконец-то вспомнили о существовании малого (или как его еще называют — авторского) виноделия и снизили стоимость лицензии для фермеров-виноделов с 800 тысяч до 65 тысяч рублей. «Но дело не только в деньгах, а и в том, что сейчас для того, чтобы собрать все документы, необходимые для получения лицензии, надо пройти семь кругов ада, — говорит Донцов. — Первый — санэпидемстанция, второй — пожарные, ну и так далее. Надо максимально упростить эту процедуру, иначе толку не будет. Во Франции, например, как — фермер подаёт в департамент заявление на лицензию. К нему присылают трёх дегустаторов, они оценивают вино, дают своё заключение, и в течение 10 дней человек получает лицензию. Всё! А у нас…»

Под охраной бронзового Феликса

Первым делом Донцов ведёт нас в свой винный подвал. Вход туда охраняет 350-килограммовый… «бронзовый Феликс». Да-да, тот самый Феликс Эдмундович Дзержинский. Бюст легендарного основателя ЧК Донцову подарил в начале 90-х годов прошлого века директор одного из санаториев КГБ — иначе памятник все равно отправили бы на переплавку. А у фермера «бронзовый Феликс» прижился, да и вино — под присмотром.

В прохладной тишине подвала лежат пыльные бутылки с вермутом, портвейном, каберне. Вызревают в больших пузатых бочках мускаты и кагоры. Любимое вино — кагор — Донцов назвал в честь своего учителя Эммануила Абрамовича Верновского. «У Эммануила Абрамовича учились три поколения нашей семьи — сначала мы с женой, потом наши дети и, наконец, внук», — рассказывает винодел. На пятом международном конкурсе «Золотая гроздь» вино «Кагор Верновского» было удостоено золотой медали.

А вот уже любимое вино вашего покорного слуги — Николай Карпович по-гусарски отбивает ножом горлышко с бутылки собственного игристого. Пенящийся напиток льётся в бокалы. «Мне виноделом на роду было написано стать, — говорит Донцов. — Я своё первое вино сделал, когда мне было девять лет от роду». Семья Донцовых жила в урочище Ачиклар под Судаком, в здании, где когда-то располагалась первая в России школа виноградарства и виноделия, открытая Петром Симоном Палласом в 1804 году. Сам Николай окончил сначала Сельскохозяйственный техникум в Магараче, а потом Сельскохозяйственный институт в Симферополе. Работал виноделом в совхозе-заводе «Солнечная долина», а потом главным агрономом в колхозе имени Жданова в селе Крайнем Сакского района. В годы перестройки ушёл на вольные хлеба (ну, или точнее — на вольные гроздья). С тех пор — фермер. 12 августа, в день рождения отца-основателя отечественного виноделия Льва Сергеевича Голицына, фермерское хозяйство Донцовых отметило свой четвертьвековой юбилей.

«В том, что в российском законодательстве прорастают малые изменения, открывающие путь к возрождению классического виноделия, есть твоя заслуга, Николай Карпович, — написал по этому случаю председатель Агрокомитета при Торгово-промышленной палате Крыма Юрий Комов. — Пусть твоя неистощимая энергия станет центром притяжения всех российских единомышленников, и сотни тысяч энергетических капель превратятся в мощный энергетический родник, который обязательно выбьет бюрократическую пробку, блокирующую его свободное излияние, и будет служить россиянам источником здоровья многие века».

От деда до внука

Пробка вылетает из очередной бутылки игристого. Ферма Донцовых — семейное предприятие. Николай Карпович здесь — простой «консультант». Управляют хозяйством его сыновья — Михаил и Леонид. Сейчас оба в отъезде по делам. Зато рядом крутится внук Сергей.

Мы перебираемся в дегустационный зал. На полках и на стенах — многочисленные призы, грамоты и благодарности. На Крымском республиканском фестивале «Золотая гроздь винограда» хозяйство Донцова было удостоено Кубка Гран-при за развитие авторского виноделия, имеет также 4 золотые медали и более 20 дипломов за первые места в различных отраслевых конкурсных профессиональных дегустациях.

«Нужен «Закон о винограде и вине», — уговаривает меня Николай Карпович, как будто я не журналист, а депутат Государственной Думы. — Федеральный Закон №171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», принятый ещё в 1995 году, уже не отвечает требованиям сегодняшнего дня — даже со всеми внесёнными в него поправками». А ещё Донцов переживает о том, чтобы крымское виноделие сохранило своё уникальное лицо, чтобы европейские сорта винограда, которые в последние годы активно завозят на полуостров, не вытеснили Кокур, Эким-Кара, Джевад-Кара, Сары пандас, Кок пандас, Кефесию и другие аборигенные сорта, составившие славу отечественного виноградарства и виноделия.

Ну и, конечно, самое главное — восстановить площади виноградников. Когда-то их на полуострове было около 150 тысяч гектаров. Сейчас осталось не больше сорока, а плодоносят и вовсе меньше двадцати. Иначе чем катастрофой эту ситуацию не назовёшь.

Отличная иллюстрация в миниатюре — собственно село Крайнее. Когда-то в здешнем колхозе было 300 гектаров виноградников, сейчас осталось… восемь, и все — в хозяйстве у Донцова.

Семь лет отмерь

«У нас некоторые «винзаводы» делают вино из просроченной пепси-колы», — задыхается от возмущения Николай Карпович, приправляя свои слова парой непарламентских выражений.

Восстановить площади виноградников хозяйствам, даже крупным, куда там ферме Донцовых, без помощи государства не под силу. Нужна программа возрождения виноделия, примерно такая же, как та, что была реализована в Крыму в послевоенные годы.

«Чтобы виноградник начал приносить деньги, надо семь лет, — объясняет Донцов. — Это очень длинные деньги. Зарабатывать на производстве пива и водки намного легче».

«Сейчас есть программа компенсации за каждый посаженный гектар винограда, но опять же — пока ты соберёшь все документы, пока пройдёшь все инстанции — никаких денег не захочется», — рассказывает фермер, показывая молодой виноградник, за посадку которого компенсацию так и не получил.

«Превратим Крым в край садов и виноградников». Сегодня надо вновь вывешивать этот старый добрый лозунг и браться за работу, доказывая, что мы можем исправлять собственные ошибки. Благо, пока ещё есть люди, которые могут эту работу осилить.

Кстати:

Виноградарство и виноделие в Крыму существует с античных времён. Среди руин Херсонеса обнаружены остатки памятника, на котором была высечена надпись: «Народ почтил статуей Агасикла, размножившего виноградники на равнине» (период VI в. до н.э.).


Просмотров 4999

29.08.2016

Популярно в соцсетях