Депутат спросил. Чиновник отмолчался

Наша тема: Парламентский контроль

Почему действие пока порождает бездействие

Парламентский контроль за деятельностью исполнительной власти - непременный атрибут любого правового цивилизованного государства. Существует он и в России. В арсенале Федерального Собрания есть такие его формы, как парламентские расследования, депутатские запросы, «правительственные часы». Как они используются и что нужно для того, чтобы такой контроль был по-настоя­щему эффективным?

Зачехлённое орудие не стреляет

Пожалуй, самое тяжёлое «орудие» из вышеперечисленного - парламентское расследование. Но оно практически остаётся «зачехлённым». На памяти только два громких расследования, вызванных чрезвычайными происшествиями, - террористическим актом в Беслане и аварией на Саяно-Шушенской ГЭС. По последней в 2009 году работала парламентская комиссия, которую возглавлял депутат Государственной думы Владимир Пехтин.

«Парламентские расследования и парламентские комиссии обязательно должны быть», - уверен он. Почему? «Потому что представители исполнительной власти из различных ведомств в какой-то степени заинтересованные лица, так как отвечают за состояние дел в той или иной сфере. А парламентарии, - подчёркивает ВладимирПехтин, - проводят независимое расследование, которое имеет совершенно другой статус».

По результатам расследования причин и обстоятельств аварии на Саяно-Шушенской ГЭС парламентская комиссия сделала вывод, что Ростехнадзор должен быть независимой структурой, подчинённой напрямую председателю Правительства, а не министерству. Были внесены изменения и в действующее законодательство по безопасности эксплуатации гидротехнических сооружений, в Уголовный кодекс и другие документы. Кроме того, комиссия обратилась в Генпрокуратуру и Следственный комитет по привлечению к ответственности людей, виновных, по её выводам, в аварии, повлекшей гибель людей.

Бумажная карусель

Наша небогатая пока практика парламентских расследований подсказывает: наверное, надо чаще использовать такое «орудие». Тогда оно будет «стрелять» эффективнее. Сегодня, например, стало почти экзотикой летать на отечественных самолётах. Мы неудержимо теряем позиции одного из трёх мировых лидеров в авиастроении. Почему бы не провести парламентское расследование на эту тему?Наиболее часто в своей работе парламентарии используют такую форму, как депутатский запрос. Его в зависимости от содержания можно адресовать компетентным лицам и в Правительство, и в самое небольшое муниципальное образование. Поднимаемые вопросы - от банкротства предприя­тия до дырявой крыши. Поэтому депутаты и сенаторы широко применяют депутатский запрос, чтобы активизировать решение большой или маленькой проблемы. Тем более что представителей регионов в высшем законодательном органе страны народ буквально бомбит устными и письменными просьбами и жалобами. Активные парламентарии трансформируют этот поток в запросы от своего имени органам исполнительной власти. Те, в свою очередь, дают ответы о принятых мерах или просто отписываются. В последнем случае обычно следуют новые запросы, и бумажная карусель продолжает вертеться.

«Есть ведомства, которые отвечают на наши запросы взвешенно, ответственно, реально подключаются к делу. Но часто получаем и отписки», - говорит член Совета Федерации от Алтайского края Сергей Белоусов. В качестве примера он поведал такую историю. Из края в центр России направили девочку в специализированный интернат, откуда она по какой-то причине сбежала. Искали пропавшую ни шатко, ни валко. Уже не надеясь на благополучный исход, родственники обратились к сенатору. После его запроса в правоохранительные органы сразу было задействовано всё, что только можно, и ребёнка через несколько дней нашли. Как выяснилось, те, к кому попала в руки девочка, уже собирались отправить её тайно на Кавказ.

Министерское соло

К сожалению, такой исход дела по запросу следует нечасто. По словам парламентариев, менее половины запросов достигают желаемого результата. Поэтому, чтобы дать делу ход, они не упускают возможность обратиться к профильному министру или главе ведомства, когда тот в стенах парламента отчитывается по заданной теме в рамках «правительственного часа».Конечно, трибуна пленарного заседания палаты не лучшее место для решения какого-то местного вопроса. Но, наткнувшись на стену чиновничьего равнодушия и увязнув в бесперспективной переписке, депутат или сенатор часто вынужден идти на такой шаг. Видимо, поэтому, перед тем как задать наболевший вопрос, некоторые парламентарии часто рассыпаются перед вышедшим на трибуну высокопоставленным чиновником в комплиментах за сделанный им «очень содержательный», «компетентный» доклад, после чего, рассчитывая на благосклонность, обращаются со своей просьбой. Хотя, честно скажем, нередко доклады на «правительственном часе» бывают слабоватыми. Это даже вынуждало главу палаты напоминать министру: вы пришли в высший законодательный орган страны, так будьте любезны как следует готовиться к отчёту перед парламентариями.

Нужны реальные рычаги

Итог каждого «правительственного часа» - постановление, в котором парламентарии могут обратиться по какому-то вопросу даже к президенту, что-то рекомендовать Правительству и только Счётной палате дать поручение. Ну, ещё можно принять решение о подготовке парламентского запроса. Наверное, такого набора средств всё-таки маловато для решения поставленных законодателями насущных проблем. Поэтому назревший шаг - появление законопроекта «О парламентском контроле», который, как надеются многие, поднимет этот контроль на более высокий уровень.Наряду с положительными оценками в адрес обсуждаемого законопроекта звучит критика. Так, депутат Государственной думы Виктор Таранин, приветствуя то, что по новому закону парламентарии наконец-то получат право на антикоррупционную экспертизу принимаемых правовых актов, сетует на отсутствие у Федерального Собрания действенных инструментов контроля, которых, по его мнению, нет и в подготовленном документе. «В нём, - считает законодатель, - присутствует длинный перечень государственных институтов, в работу которых депутат вмешиваться не может. При этом чёткого ответа на вопрос, что же тогда может быть объектом депутатского контро­ля, нет. Поэтому я считаю, что закон о парламентском контроле по-настоящему заработает только после принятия необходимых поправок, которые уже подготовлены. Смысл их прост: инструменты парламентского контроля должны быть действенными, а не формальными».

справка

Парламентский контроль - конституционная возможность Федерального Собрания осуществлять контроль за деятельностью Правительства.

Парламентский запрос - право палаты парламента обратиться к определённому законом кругу органов и их должностным лицам с целью получения информации по вопросам компетенции палаты.

Депутатский запрос - обращение депутата представительного органа власти к государственным органам, их должностным лицам с требованием предоставления информации и разъяснений по вопросам, относящимся к компетенции данного представительного органа власти.

мнения

Александр Торшин, первый заместитель председателя Совета Федерации:

«Эффективность парламентского контроля оставляет желать лучшего. Понятно, что оружие это достаточно грозное и использовать его надо с умом. Однако я не сторонник того, чтобы по каждому поводу проводить парламентские расследования. Иначе мы девальвируем этот институт и от него не будет никакого толку.

Крупнейшие трагические события, будь то террористический акт или техногенная катастрофа, требуют парламентского расследования. Для этого создаётся комиссия из депутатов Государственной думы и членов Совета Федерации, которая должна работать обстоятельно. Никогда не надо её торопить. Мировой опыт показывает, что парламентские комиссии быстро работать не могут. Например, такая комиссия по расследованию убийства президента Кеннеди до сих пор работает, спустя полвека после произошедшей трагедии. Никто её не торопит. Хотя иногда большая затяжка времени девальвирует работу таких комиссий. Вот почему необходимо принимать закон о парламентском контро­ле, искать его адекватные формы, так как контрольных органов в России много, а у парламентариев есть Счётная палата. Она работает достаточно результативно, выявляя факты неэффективного использования бюджетных средств, но нужно, чтобы каждое её решение обязательно влекло за собой какие-то последствия. Это наш главный ресурс.

Конечно, какими-то контрольными полномочиями должен обладать каждый депутат и сенатор. В соответствии с Регламентом Совета Федерации сенаторским запросом является только тот, который поддержан голосованием всей палаты. Парламентарий же имеет право написать письмо, но статус его - вроде письма трудящегося, который является ещё и сенатором. Конечно, к такому письму обычно проявляют особое внимание, но нужно придать таким обращениям какой-то статус. Также в нашем законодательстве есть норма, согласно которой можно получить серьёзный тюремный срок за предоставление парламенту заведомо ложной информации. Я не уверен, что за всю новейшую историю нашего парламентаризма никто не пытался нас обмануть. И то, что эта статья закона ни разу не сработала и даже не пытались возбудить уголовное дело по этому мотиву, говорит само за себя. С учётом всего этого и надо строить дальнейшую работу по совершенствованию парламентского контроля».

Комментарий законодателя

Ирина Яровая

председатель Комитета Государственной думы по безопасности и противодействию коррупции:

«В российском законодательстве впервые появляется нормативный акт, который определяет понятие парламентского контроля. А это — важнейший инструмент народного представительства, элемент обеспечения баланса различных ветвей власти.

В действующем законодательстве уже существуют различные формы парламентского контроля в виде 26 полномочий законодательной власти. Законопроект о парламентском контроле дополняет их антикоррупционной экспертизой вступающих в силу правовых актов, а также делает обязательной процедуру направления в Госдуму отчёта или информации о том, разработаны ли соответствующие подзаконные акты или нет, и насколько они соотносятся с ранее принятыми законами. Одна из новаций — взаимодействие со Счётной палатой. Это прежде всего контроль за использованием бюджетных средств. В ближайшее время состоится заседание нашего комитета с участием председателя Счётной палаты Сергея Степашина, где будут обсуждены акты проверок по прошлому году.

В настоящий момент закон о парламентском контроле находится в Комитете по конституционному законодательству и государственному строительству, в ходе подготовки ко второму чтению идёт обсуждение вносимых поправок. Как автор, я, конечно, заинтересована, чтобы он был рассмотрен Думой как можно быстрее. Думаю, что мы увидим его в повестке дня ближайших пленарных заседаний».

ДИАЛОГ ПО СУТИ

Большие деньги требуют большого внимания

Сергей Жигарев - первый заместитель председателя Комитета Государственной думы по обороне, член Комиссии Госдумы по правовому обеспечению развития организаций оборонно-промышленного комплекса Российской Федерации, член Комиссии Госдумы по рассмотрению расходов федерального бюджета, направленных на обеспечение национальной обороны, национальной безопасности и правоохранительной деятельности. Названные должности не оставляют сомнения в компетентности нашего собеседника по вопросу парламентского конт­роля за исполнением государственного оборонного заказа.

- Сергей Александрович, расходы на обеспечение безопасности страны, составной частью которых является государственный оборонный заказ, в федеральном бюджете составляют внушительную долю. Можете ли вы назвать незакрытые данные, позволяющие составить представление о масштабе выделяемых средств?

- Из выделяемых на эти цели в трёхлетнем федеральном бюджете средств гособоронзаказ занимает примерно 30 процентов. В прошлом году по Министерству внутренних дел он был выполнен на сто процентов, по Министерству обороны - на 99,6 процента. Значительное увеличение средств на перевооружение и военную реформу произошло благодаря президентской программе в этой сфере: на оснащение армии новым оружием планируется выделить 20 триллионов рублей, на модернизацию предприятий оборонно-промышленного комплекса - три триллиона рублей. Под эти большие задачи и деньги мы как раз и приняли новый закон - о государственном оборонном заказе. Он, на наш взгляд, в максимальной степени исключает возможность коррупции и сговора при использовании выделяемых средств, обеспечивает прозрачность формирования цены на поставляемую продукцию, даёт возможность предприятиям и государству фиксировать минимальную прибыль, видеть всю цепочку производителей, а также повышает их ответственность перед заказчиком.

Что касается закрытых статей бюджета, вы хорошо знаете, что у нас есть специальная комиссия, заместителем руководителя которой я являюсь и в которой депутаты в закрытом режиме могут ознакомиться с соответствующей информацией.

- Мы как раз подошли к вопросу о депутатском контроле за расходованием бюджетных средств. Каким бы прекрасным ни был закон, но, очевидно, его обязательно должны сопровождать мониторинг правоприменительной практики, парламентский ­контроль за исполнением, спрос с конкретных персон разного уровня за эффективность использования выделенных бюджетных денег. Обладает ли этими возможностями наш парламент?

- Сегодня он обладает этими возможностями только в той степени, в какой складываются отношения с Правительством. К счастью, отношения с вице-премьером Дмитрием Рогозиным, отвечающим сейчас за эту сферу, у нас более чем положительные, как и с Министерством обороны. Могу сказать, что к упомянутому мной закону о гособоронзаказе Правительство готовит принятие примерно двадцати подзаконных актов. Депутаты думского комитета выразили желание включиться в такую работу, и Дмитрий Рогозин согласовал этот вопрос. К нашим коллегам могут присоединиться и другие заинтересованные депутаты и члены Совета Федерации, что, безусловно, повысит влияние парламентариев на положение дел в этой сфере.

- В палатах российского парламента постоянно проходят «правительственные часы», на которых представители исполнительной власти отчитываются перед законодателями о положении дел в подведомственных им областях. В частности, в минувшую среду вице-премьер Дмитрий Рогозин выступил перед членами Совета Федерации с отчётом о выполнении государственного оборонного заказа в прошлом году. Кроме «правительственных часов» возможно ли и нужно ли, на ваш взгляд, использовать в таком вопросе, как гособоронзаказ, другие формы парламентского контроля - депутатский запрос, парламентское расследование?

- Я считаю, что это делать нужно. Причём необходимо упростить процедуры парламентского контро­ля. Сегодня они более чем сложные. Но ведь иногда на ту или иную ситуацию надо реагировать очень оперативно. Если бы упростили эти процедуры, то и вес, и статус депутата, да и значимость того же депутатского запроса повысились бы однозначно. А вообще, депутатских обращений поступает много. Другой вопрос - что будет достигнуто в результате? Поэтому можно только приветствовать то, что в Государственной думе сейчас рассматривается законопроект о парламентском контроле.


Просмотров 41

07.02.2013