Тайные омуты «Тихого Дона»

Десятилетия шли споры: принадлежит ли перу Михаила Шолохова великий роман ХХ века «Тихий Дон».

Тайные омуты «Тихого Дона»

Профессор  Александр Ушаков / Фото Юрия Инякина

Очень редко случается, когда само литературное произведение — история его написания или имя автора — становятся основой для детективной истории. Десятилетия шли споры: принадлежит ли перу Михаила Шолохова великий роман ХХ века «Тихий Дон». Точку в этой дискуссии не удавалось поставить даже после того, как еще в 30-е годы Шолоховым была представлена рукопись романа. Поползли слухи о том, что рукопись романа уплыла на запад. Сотрудникам Института мировой литературы имени А.М.Горького пришлось провести целое расследование, буквально идти по следам рукописи, чтобы выяснить сначала, у кого она находится, а затем найти деньги для ее выкупа. Итог — в свет выходит первое научное издание романа. О работе над этим уникальным проектом, о тайнах «Тихого Дона» и его автора рассказывает научный руководитель «шолоховской» группы исследователей, профессор Александр Ушаков.

- Александр Миронович, работа над научным изданием «Тихого Дона» заняла восемь лет. Но почему она стала возможной только в начале двухтысячных годов, хотя роман уже несколько десятилетий был признан одной из вершин мировой прозы XX столетия, а его автора отметили Нобелевской премией?

- Решение задачи такого масштаба напрямую связана с изучением рукописей произведения, о котором идет речь. А вот рукописей в руках исследователей творчества Михаила Александровича Шолохова и не было. Считалось, что все черновики и беловой текст первых книг эпопеи безвозвратно пропали в годы Великой Отечественной войны. Кстати сказать, именно отсутствие этих бесценных для шолоховедения материалов одна из причин инсинуаций и спекуляций на темы авторства романа…

- Вы имеете в виду скандальную книжечку «Стремя «Тихого Дона», автор которой предпочла укрыться под псевдонимом?

- Уже давно не секрет, что эта попытка бросить тень на литературное имя создателя эпопеи о донском казачестве предпринята ленинградским литературоведом Ириной Томашевской. Этому способствовал Александр Солженицын, написавший, кроме всего прочен: предисловие и послесловие к этом труду. Не берусь судить, что побуждало писателя своим авторитетом стимулировать антишолоховскую кампанию. Поначалу его отношение к великому земляку было совершенно иным. Уже после публикации «Одного дня Ивана Денисовича» он отправил Шолохову письмо, в котором не скупился на комплименты. Шолохов же отнесся к солженицынской прозе достаточно спокойно, хотя и признавал талант автора. Это ли стало поводом к изменению мнения Солженицына или что-то иное, мы не знаем. Возможно, сказалось отношение к недавней истории страны. Шолохов — в отличие от своего оппонента — видел в прошлом не только тени, но и свет. В любом случае факт остается фактом — Александр Исаевич приложил немало усилий для опровержения того, что, как мы знаем теперь, опровержению не подлежит.

Впервые версия о том, что «Тихий Дон» написан не Шолоховым, а иным человеком, возникла в конце 20-х годов. Была собрана комиссия, которая и отвергла обвинения»

- Если не ошибаюсь, то впервые отстаивать свое авторство Шолохову пришлось сразу после публикации первых двух книг романа?

- Впервые версия о том, что «Тихий Дон» написан не Шолоховым, а иным человеком, возникла в конце 20-х годов. Была собрана комиссия под председательством Александра Серафимовича, которая и отвергла обвинения тех, кто считал, будто молодой литератор просто не в состоянии проявить такое мастерство.

Этой комиссии, как ни странно, мы обязаны и тем, что рукопись «Тихого Дона», представленная Михаилом Александровичем в доказательство своей правоты, не исчезла во время войны, а благополучно таилась более полувека в одной из московских квартир.

По неизвестным причинам Шолохов не увез рукопись в Вёшенскую. Может, он просто хотел, чтобы это важнейшее доказательство было всегда под рукой. Так или иначе, а эти драгоценные ныне листы он доверил своему другу, писателю Василию Михайловичу Кудашёву, жившему тогда в Камергерском переулке, напротив МХАТа. Шолохов познакомился с ним, когда приезжал в Москву, надеясь поступить в университет. Кудашёв тоже стремился стать студентом — и у него, как и у Шолохова, это не получилось. Во время экзаменов они познакомились и подружились. Одно время, приезжая в Москву, Михаил Александрович не раз останавливался у Кудашёва в его полуподвале, но так и не собрался забрать оригинал романа. Есть версия, что Шолохов своему другу его попросту подарил. После начала войны Кудашёв ушел в народное ополчение. О доверенном ему бесценном для автора достоянии он не забывал и перед отправкой на фронт передал жене карандашную записку с просьбой узнать у Шолохова, как быть с рукописью «Тихого Дона». Ответа он, видимо, не получил. А следы самого Кудашёва затерялись под Вязьмой, где он угодил в окружение. Впоследствии появились сведения о том, что он умер в немецком концлагере в 1944 году. О существовании рукописи долгие годы не знал никто, кроме его жены Матильды Емельяновны. И наконец, уже в девяностые годы ее удалось найти известному журналисту-москвоведу Льву Колодному, который в одной из своих книг опубликовал факсимиле многих страниц шолоховского автографа, не указав однако места, где удалось обнаружить шолоховский текст. Оставить без внимания такую сенсацию наш институт никак не мог, и возглавлявший его тогда Феликс Феодосьевич Кузнецов поручил мне сделать все возможное и невозможное для разыскивания рукописи.

Фрагмент рукописи великого романа

- И вы обратились к Колодному?

- Это было бы проще всего, но он надолго уехал из Москвы. Я прочел его книгу, но Лев Ефимович не назвал в ней ни одной фамилии и никакого адреса. Медлить, однако, не приходилось. По Москве пошли слухи, материализовавшиеся в заголовке одной из газетных статей «Тихий Дон» плывет на Запад». Позднее выяснилось, что несколько ксерокопий действительно попали в Австрию. Пришлось мне предпринять воистину детективные поиски следов вдовы Кудашёва, которая к тому времени вместе с дочерью переехала в новую квартиру. На мои телефонные расспросы она отвечала весьма уклончиво, но не возражала против встречи через какое-то время. К несчастью, увидеться с ней мне так и не удалось. В очередной раз, набрав ее номер, я услышал в ответ незнакомый голос, который сообщил, что Матильда Емельяновна… умерла, а я говорю с ее дочерью. Мы снова уславливаемся о встрече, но по жуткому стечению обстоятельств дочь, страдавшая, как и мать, от онкологического заболевания, тоже уходит из жизни. Не буду утомлять читателя рассказом, каких трудов стоило выяснить, что наследницей Кудашёвых стала их родственница, которую зовут Ольга Юрьевна. Скажу лишь, что пришлось использовать все свои знакомства и самые невероятные связи. Но вот разговор с ней состоялся, и главное я услышал: рукописи Шолохова действительно у нее, хранятся в банковском сейфе. Наконец поиски завершились позитивным результатом.

- Вы словно пересказываете сюжет авантюрно-мистического романа…

- Мне и самому теперь с трудом во все это верится… Мы договорились, что владелица цели наших поисков в ближайшее время подъедет в институт. Вскоре в кабинете директора состоялся решающий разговор. Ольга Юрьевна согласилась, что рукописи должны остаться в России, но предложение Кузнецова подарить их институту у нее восторга не вызвало. Пришлось мне взять инициативу в свои руки, и мы договорились о сумме в 50 тысяч долларов. Дело за малым, где эти деньги взять. Обратились в одну высокую инстанцию — отказ. Тогда направляем письмо на имя Владимира Путина, в то время возглавлявшего Правительство России. Ответ последовал удивительно быстро, и необходимые резолюции на нашем обращении не заставили себя ждать. Но деньги надо еще получить, а на дворе сентябрь, близится конец года, не то потом все придется начинать сначала.

Вдруг звонок от Ольги Юрьевны. Она должна срочно уехать с сыном на лечение и готова передать рукопись до окончательной расплаты. Еду к ней. Встречаемся у подъезда и она протягивает мне… обыкновенную авоську, в которую уложила то, что исчезло из виду еще в тридцатые годы! Позднее мне приходилось давать интервью «Нью-Йорк таймс», и американцы, узнав все эти подробности, готовы были немало заплатить за то, чтобы заснять реконструкцию этого события. Я предложил Ольге Юрьевне расписку, но она стала отказываться, сказав, что мне верит. Пришлось долго настаивать.

Мы сразу же отдали рукопись на почерковедческую экспертизу. По ходу дела выяснилось, что бумаги требуют реставрации. Опять же, где деньги взять? На этот раз нам очень помог Виктор Степанович Черномырдин.

- Среди некоторых кругов либеральной интеллигенции одно время стало как бы признаком хорошего тона противопоставлять с виду безоблачную литературную судьбу Шолохова непростым судьбам некоторых его современников, пострадавших в годы культа личности.

- Между тем Шолохов не раз оказывался на волоске от опалы, последствия которой невозможно было предугадать. Роман сразу нашел читателя, но отношение властей и критики однозначным не назовешь. Александр Фадеев, друживший с Шолоховым, например, прямо советовал тому безоговорочно привести в конце концов Григория Мелехова в лагерь большевиков. Многих раздражало, что красные описаны в романе без особого почтения, как, впрочем, и белые. Вспомним сцену, когда красный отряд, вошедший в станицу, ведет себя ничуть не лучше противника: грабит, мародерствует. Командир не знает, что делать. Тогда подъехавший комиссар распоряжается вывести бойцов на ночлег в чистое поле, где они сразу ощущают на себе последствия своей недисциплинированности…

Не так давно в Интернете появились воспоминания сотрудника тогдашних спецслужб, которому в командировке на Дон дано было поручение присмотреться к Шолохову. Этот человек сам был не чужд слову, его заметки написаны хорошим языком, он на одном из мест работы в провинции пытался и сам что-то сочинять. К счастью, его отзыв о Шолохове, с которым он познакомился в Вёшенской, оказался вполне благоприятным для Михаила Александровича. Конечно, эта публикация могла вызвать и сомнение. Но проверка показала, что записки не фальсифицированы и действительно хранились в одном из служебных архивов. Есть вполне обоснованное предположение, что на Запад эта рукопись попала в «лихие девяностые». Она подтверждает, что за писателем присматривали. Достоверно известно, что была попытка покушения на Шолохова, после чего знающие обстановку люди дали ему совет уехать из Вёшенской. И он отправился в Москву, совершенно не представляя, что его там ждет.

- Теперь известно, что вероятные страхи оказались напрасными.

- Тогда же они были вполне обоснованными. О дальнейшем мы знаем, благодаря ростовскому литературоведу Константину Прийме, восстановившему ход событий. Приехав в Москву, Шолохов позвонил помощнику Сталина Поскрёбышеву, который наказал ему устроиться в гостинице и ждать телефонного звонка. Поселившись в «Гранд-отеле», в самом центре столицы, Шолохов позвонил Фадееву, который его тут же навестил. Когда через какое-то время позвонил Поскрёбышев и потребовал срочно прибыть в Кремль, друзья были уже несколько навеселе. Но делать было нечего и писатель пешком отправился через Красную площадь и Спасские ворота на аудиенцию с непредсказуемым продолжением. От Поскрёбышева он получил совет немедленно выпить чаю покрепче, после этого был введен в зал, где находилось около тридцати человек, в том числе руководство государства во главе со Сталиным, а также и вся верхушка ОГПУ во главе с Ягодой. Сталин внимательно посмотрел на гостя Кремля и неожиданно спросил: «Говорят вы много пьете?» Писатель же ответил: «От такой жизни поневоле запьешь!» Рискованная шутка, тем не менее, пришлась ко двору, встреча закончилась благоприятно для Шолохова. Подчеркну, что он вообще не боялся отстаивать свое мнение. Сталин как-то высказал ему некоторое недовольство характеристикой генерала Лавра Корнилова, сочтя, что тот получился слишком симпатичным. Михаил Александрович на это сказал, что Корнилов был не из богатых казаков, а в походах из одного котла с рядовыми щи да кашу ел.

Великий роман Михаила Шолохова был не раз экранизирован. Впервые это было сделано режиссером Сергеем Герасимовым в 1958 году, фильм которого вошел в сокровищницу мирового кинематографа. Кадр из кинофильма «Тихий Дон». В главной роли Григория Мелихова – актер Петр Глебов ( на снимке слева) / Фото ИТАР ТАСС

- Но вернемся к подготовленному вашим коллективом научному изданию «Тихого Дона». Я ничуть не сомневаюсь в сложности и уникальности проделанной работы. Можно ли хотя бы частично выразить ее языком цифр?

- Принципы современной текстологии требуют проведения анализа всех без исключения автографов и сопоставления их со всеми прижизненными изданиями. Прежде всего, предстояло определить, сколько их всего вышло в свет. Оказалось, что «Тихий Дон» в СССР издавали 342 раза общим тиражом более 20 миллионов экземпляров. Затем понадобилось разобраться, какие из них автор мог хотя бы бегло просмотреть перед согласием отдать книги в печать. О некоторых было известно по сохранившимся документам, другие удалось выявить по косвенным признакам. Таких изданий набралось не более тридцати. В итоге мы выявили около пяти тысяч разночтений, на основе которых в окончательный текст внесено около пятисот поправок. Иногда речь шла просто о знаках препинания, влияющих на смысл, другой раз мы сталкивались с недочетами другого рода. Есть, например, в романе персонаж по имени Антипка, который вроде бы погибает, но позднее вновь появляется на страницах. Был случай, потребовавший обращения в Главное управление геодезии и картографии: Григорий Мелехов ведет конят на водопой и под ногами у него то «сырая», то «серая» галька. Какое определение истинно шолоховское?! Нам ответили, что в местах действия романа берег Дона сложен белой меловой породой. Недаром в тексте говорится об окаменевших кусках белой глины. Значит… серой гальки там быть не могло. Непривередливый читатель этого не заметит, но поэтическая картина в чем-то да меняется.

- Роман создавался в эпоху, говоря словами Сталина, «великого перелома». Потом тридцатые годы: началось развенчивание одних героев, возвышение других. Повлияло ли это на содержание эпопеи?

- Несомненно и заметно. Начиная с 1933 года в изданиях третьей книги романа исчезает ряд фрагментов с упоминанием Троцкого. Позднее цензура безжалостно убирает имена репрессированных исторических личностей: сначала в 1936 году С.И.Сырцова, далее Д.Б.Жлобы, Н.В.Крыленко — каждый год исчезает по человеку. Потом трехлетний перерыв — и в 1941 году приходит черед В.А.Овсеенко и И.А. Дорошева. Зато появляется вставка, в которой говорится о важной роли И.В. Сталина в разгроме Добровольческой армии. Этот фрагмент добавлен в четвертую книгу в 1938 году, в нем подчеркивается весомость мнения вождя при выборе вариантов наступления. После XX съезда КПСС и знаменитого доклада, сделанного на нем Н.С.Хрущевым, упоминание о Сталине исчезает, а сам эпизод сокращен. Идеологические запросы эпохи сказываются и в других случаях. Возьмем страницы, связанные с Ильей Бунчуком. В первых изданиях этот шолоховский герой произносит перед казаками целую речь о перерастании империалистической войны в гражданскую, по сути дела пересказывая работы В.И. Ленина. Позднее Шолохов этот пересказ заметно урезал.

Бывали и другие «требования момента». В первых изданиях Шолохов и в авторской речи, и в разговорах персонажей использует слово «хохол». После 1933 года, когда проблема национальных взаимоотношений стала восприниматься партийным руководством острее, чем прежде, он сохраняет ставшее сомнительным слово в передаче разговоров казаков, а в других случаях пишет «украинец», но делает это мастерски, плавно переходя от слов автора к просторечию.

- Все ли выявленные разночтения вы восстановили в окончательном тексте?

- Проблема авторизации чрезвычайно сложна — тем более что большая часть автографов третьей и четвертой книг романа не сохранилась, не удалось (за редким исключением) обнаружить верстки романа с правками автора и редакторов. А цензурное или редакторское вмешательство порой очевидно. Известно, что некий Потапов в Гослитиздате по-своему правил шолоховский текст. Замечу, даже авторские переработки далеко не всегда на пользу книге, они бывают и во вред. Вспомним случай с Леонидом Леоновым. В двадцатые годы он написал блестящий роман «Вор», а через тридцать лет собственноручно переделал его, при этом сильно исказив и ухудшив первоначальный вариант. Нам тоже приходилось делать непростой выбор.

Возьмем первый абзац «Тихого Дона». Мало кто знает, что у романа было три начала. В одном из них Григорий возвращается с игрищ. Сам Шолохов перенес его затем в третью главку, предпочтя другой, куда более соответствующий эпическому размаху романа вариант: «Мелеховский двор — на самом краю хутора. Воротца… ведут на север к Дону. Крутой спуск… меж замшелых в прозелени меловых глыб и вот берег… дальше перекипающее под ветром вороненой рябью стремя Дона…» Далее рассказ о том, что располагалось к западу, к югу и к востоку от хутора. И лишь потом мы узнаем, почему Прокофий Мелехов поселился на околице, и следует рассказ о его необычной семье. Здесь не возникает сомнений, как следует начинаться столь грандиозной эпопее. В других случаях сложнее. Немало впечатляющих строк в черновиках. Вдумчивый читатель прочтет их теперь в примечаниях. В целом же мы стремились при выборе вариантов текста учитывать, прежде всего, степень их вероятности. Если же удастся найти новые материалы и сведения о работе Шолохова при подготовке окончательного текста, то я не исключаю возможность уточнения наших решений другими исследователями.


МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ ШОЛОХОВ

Фото Василия Турбина/ТАСС
Родился 24 мая 1905 г. в хуторе Кружилине станицы Вёшенской Донецкого округа области Войска Донского (ныне Шолоховский район Ростовской области).

В 1920-1922 гг. работал служащим в станичном ревкоме, учителем по ликвидации неграмотности среди взрослых в хуторе Латышеве, делопроизводителем в заготконторе Донпродкома в станице Каргинской, налоговым инспектором в станице Букановской. В составе продотряда ездил по хуторам, добывая хлеб по продразверстке. В 1922г. переехал в Москву. В 1923-1924гг. в газетах «Юношеская правда» и «Молодой ленинец» опубликованы его фельетоны и рассказы, позже составившие первые прозаические сборники. В 1925г. приступил к созданию романа «Тихий Дон» (в 1928г. две первые книги эпопеи вышли в журнале «Октябрь», в 1932г. — третья, в 1937-1940 — четвертая). В 1932г. вышла первая книга романа «Поднятая целина». В годы Великой Отечественной войны работал военным корреспондентом Совинформбюро, газет «Правда» и «Красная звезда», публиковал фронтовые очерки, рассказ «Наука ненависти» (1942), а также незаконченный роман «Они сражались за Родину» (1943-1944). В 1956г. вышел рассказ «Судьба человека». В 1959г. опубликована вторая книга «Поднятой целины». В 1965г. стал лауреатом Нобелевской премии по литературе «за художественную силу и цельность эпоса о донском казачестве в переломное для России время» (премию передал на постройку школы на своей родине — в станице Вёшенской). Был депутатом Верховного Совета СССР первого-девятого созывов, с 1934г. — член правления Союза писателей СССР. Член Всемирного Совета Мира. Почетный доктор филологических наук Ростовского и Лейпцигского университетов, почетный доктор права Сент-Андрусского университета в Шотландии. С 1939г. — действительный академик Академии наук СССР. Дважды удостоен звания Герой Социалистического Труда (1967, 1980), лауреат Государственной премии СССР (1941), Ленинской премии (1960). Среди его наград — шесть орденов Ленина, орден Октябрьской революции, орден Отечественной войны I степени, медали «За оборону Москвы», «За оборону Сталинграда».

(На основе информации РИА «Новости» и открытых источников)


Опрос:ТОП самых популярных писателей

Читайте наши новости в Яндекс.Дзен

Автор: Олег Дзюба

Просмотров 110

07.06.2018 13:37

Загрузка...