Анатолий Вассерман: Бизнес должен делать отчисления на науку
Российская система образования движется в правильном направлении, считает депутат
ЕГЭ — это полезный стресс для ребенка, а формат экзамена позволяет объективно оценить знания выпускника. Упрощенную систему поступления в колледж после девятого класса нужно реформировать, чтобы она не была только инструментом решения кадровых проблем регионов. А учителей избавит от бюрократической нагрузки централизация системы образования. Об этом в интервью «Парламентской газете» рассказал член Комитета Госдумы по просвещению Анатолий Вассерман.
— Анатолий Александрович, почему, несмотря на все ранее принятые решения и развитие цифровых технологий, проблема бюрократической нагрузки на учителей остается актуальной?
— Цифровизация, к сожалению, проблему не решила, а лишь привела к тому, что учителя те же данные, что раньше подавали на бумаге, стали вводить в формы на сайтах, а объем требований остался прежним. Действительно, вступивший в силу в 2025 году закон ограничил количество обязательных бумаг, но не настолько, чтобы учителя это почувствовали. Мы в комитете этот вопрос анализировали, но пока не очень понятно, какие из этих отчетов приносят пользу педагогическому процессу, потому что каждый орган, который требует какого-либо отчета, заверяет, что это необходимо для правильного управления педагогическим процессом.
Выход, который я вижу, — это радикальное изменение самой структуры управления учебной деятельностью.
Необходимо изменить закон об образовании, чтобы сделать эту сферу общегосударственным делом, то есть поменьше вопросов отдавать на откуп регионам, оставив в их ведении только местные задачи. Все остальное должно быть централизовано, включая требования к школам, педагогам, единые образовательные программы, чтобы все граждане, где бы они ни жили, понимали друг друга.
— Федеральные образовательные стандарты действуют и сейчас…
— Да, но, как оказывается, их недостаточно, потому что что в рамках одного стандарта можно создать учебники, радикально друг от друга отличающиеся. Сейчас и этот вопрос решается — единые учебники готовятся, но это работа еще всерьез и надолго. И все-таки мне кажется, что главное — это создавать единую управленческую вертикаль, чтобы не генерировать раздельные информационные потоки.
— Как вы оцениваете первые результаты эксперимента по расширению доступности среднего профессионального образования?
— В разных регионах к новым возможностям отнеслись по-разному. Где-то их восприняли как возможность расширить спектр доступного детям, а есть места, где закон использовали как средство решения местных проблем с рабочей силой.
Мы проводили обсуждение закона, и уже есть понимание, что требуется его доработка. Это задача для нового созыва Госдумы, потому что в целом направление выбрано правильное, но реализация пока отстает от идеи — раскрыть новые возможности для самореализации молодых людей.
— Еще одна тема, к которой Комитет по просвещению и Госдума в целом регулярно обращаются, — ЕГЭ. Как трансформируется экзамен?
— Первое, что хочу сказать: я не считаю не то, что нужной, а даже возможной отмену ЕГЭ просто потому, что сам формат позволяет охватить значительно более широкий спектр знаний и понимания, чем формат вопросов по билетам, где все-таки слишком многое зависит от случайности. Большая часть нареканий к ЕГЭ — это претензии к образованию в целом, а не к инструменту проверки знаний. По мере того, как система образования оздоравливается, в правильную сторону развивается и ЕГЭ.
— Много вопросов было к формату проведения экзамена, якобы все эти досмотры, камеры, наблюдатели, невозможность пересдать экзамен в текущем году и прочее вгоняют ребенка в стресс.
— А часто ли жизнь предоставляет нам возможность пересдать свои действия? Надо еще в детстве понимать, что твои действия могут давать необратимые результаты. А что касается стресса — в жизни нас постоянно что-нибудь в него вгоняет, и если ребенка с детства от стрессов оберегать, рано или поздно он все равно попадет в стрессообразующие обстоятельства, но не будет понимать, как в них действовать. Поэтому, да, экзамен — это действительно стресс. Вот и хорошо. Пусть ребенок привыкает.
— Как стимулировать развитие научных исследований?
— Этой теме я посвяти немало времени, работая в восьмом созыве Госдумы. В частности, добивался установления в законе минимальной доли отчислений от дохода компаний на проектно-конструкторские работы и минимальной доли из этих отчислений — на научно-исследовательские работы. Ограничения сверху на эти расходы не установлено, но мне важно, чтобы было ограничение снизу. Чтобы компании обязаны были отчислять часть своих доходов на обеспечение будущего, и не только своего. Я отправил соответствующее предложение в профильные комитеты Госдумы, получил возражения против этой концепции, и сейчас обдумываю и надеюсь, что найду дополнительные доводы. Работу в этом направлении буду продолжать и после окончания своих полномочий депутата Государственной Думы.
— Над какими еще проектами работаете?
— Работа депутата требует большой вовлеченности и не оставляет времени для собственных проектов, поэтому я принял решение вернуться к своей непосредственной деятельности и не избираться в новый состав Госдумы этой осенью.
Сейчас у меня в работе черновые материалы для двух книг, подготовленные по моим просьбам коллегами. Тематику раскрывать не буду, и не потому, что секретничаю, а потому, что материалы еще черновые и мне самому пока не ясно, что из собранного может выйти.
Есть парочка ресурсов для публицистики, где я мог бы писать довольно регулярно, но только после появления достаточного свободного времени. У меня есть довольно много тем для рассказов о неожиданном, о любопытных мелочах.
— Думская практика дала пищу для таких историй и мелочей?
— Пока об этом трудно говорить, потому что изнутри оценить, что заслуживает рассказа не только в кругу коллег, я не могу. Со временем это станет понятно.
Ещё материалы: Анатолий Вассерман
