А станет ли платная рыбалка бесплатной?

Задумал я намедни зарыбить свой небольшой дачный прудик. Благо, и оказия подходящая подвернулась. Ближайший к моей деревне рыбхоз ещё в апреле объявил о распродаже карпов-сеголетков. Рыбка в таком возрасте невелика, от силы граммов 50. Зато представьте, сколько этого сеголетка в килограмме и во сколько раз увеличится сеголеточный килограмм годик, допустим, спустя!

Желающих приобрести «пятачка», как ещё называют сеголетка, в конторе рыбхоза оказалось немало. В отличие от моих скромных запросов ограничиться двадцатью килограммами малька народ брал рыбу центнерами, подогнав для этой цели специальные рыбовозки. Впрочем, столь широкий размах стал понятен, когда я нос к носу столкнулся с арендатором крупного водоёма, что километрах в 60 от рыбхоза. А таких в округе — пруд пруди.

С Николаем Сергеевичем (назовём арендатора так) мы знакомы лет пять. Сначала заочно ругались на крупнейшем портале, посвящённом платным водоёмам. Потом ругались уже очно, когда я с удочками приезжал в его хозяйство. В конце концов, наш конфликт сошёл на нет. Может, этому поспособствовало то, что я работаю в газете, плотно связанной с законами и законодателями, и гнать меня взашей Николай Сергеевич не решался. А может, и на меня сошло какое-то умиротворение.

Примерно в это время в Госдуме вновь началось активное обсуждение многострадального закона о любительском рыболовстве. И всё шло к тому, что коммерческая рыбалка на общедоступных водоёмах, разрешённая по недоразумению почти два десятка лет назад, будет прикрыта — окончательно и бесповоротно. Шутка ли — в некоторых регионах страны в частные руки попало до 90 процентов рек и озёр, а акватории, где рыбачить можно исключительно за деньги, нынче исчисляются миллионами гектаров и тысячами километров береговых линий.

С принятием закона о любительском рыболовстве в конце прошлого года, если посмотреть на заключительные положения документа (статья 18), упомянутому недоразумению должен прийти конец. То есть договоры аренды водоёмов для организации любительской и спортивной рыбалки должны быть расторгнуты до 31 декабря 2020 года.

Это значит, что приеду я после этого срока в хозяйство Николая Сергеевича и буду ловить рыбу бесплатно — как это и было когда-то на запруженной местным колхозом реке, которую «приватизировал» Николай Сергеевич. И ничего мне Николай Сергеевич не скажет, поскольку ограничить моё право бесплатно рыбачить на освобождённом от арендаторов водоёме он уже не сможет. Придётся ему охрану распустить, снять шлагбаумы и заборы, гостевые домики вдоль берега ликвидировать, хотя они и прежде были вне закона.

Одно только пока смущает меня во всём этом деле. Арендаторы, несмотря на то что сроки, в общем, уже поджимают, особо не чешутся. Во всяком случае, на профильных форумах, где обитают десятки тысяч фактических обладателей государственных и муниципальных рек, озёр и целых водохранилищ, нет даже признаков беспокойства. А такие, как Николай Сергеевич, продолжают к тому же затариваться центнерами рыбопосадочного материала.

Эх, знать бы мне, что ларчик с платной и бесплатной рыбалкой открывается просто. Дело в том, что существуют разные формы арендных договоров. Точнее — две разновидности хозяйственной деятельности на арендованном водоёме. С первой — оказанием платных услуг по любительскому и спортивному рыболовству — всё понятно. После 31 декабря 2020 года, как уже сказано, такая деятельность по закону прекращается. Но есть другая форма аренды — под товарное рыбоводство. Взял водоём, зарыбил — выращивай для последующей реализации. Закон такую аренду не запрещает. И что это будет значить в контексте обещанной государством бесплатной рыбалки, мне Николай Сергеевич доступно растолковал, пока мы ждали своей очереди на получение карпов-сеголетков.

- Я просто перезаключаю договор аренды. — пояснил он, — Поменяю «платную рыбалку» на «товарное рыбоводство».

- То есть препятствовать бесплатной рыбалке на «вашем» водоёме не будете?

- Конечно, не буду. Но за пойманную рыбу придётся заплатить.

- Это как?

- Очень просто. Приезжаете вы на «мой» водоём, который я арендовал под товарное рыбоводство, — имеете полное право. Однако за вашими действиями следит моя охрана. Закинуть удочку можете, конечно, бесплатно. А вот за каждую выловленную голову придётся заплатить. Понимаете почему?

- Не совсем.

- Объясняю. Рыба, которую я запустил в водоём, арендованный под товарное рыбоводство, — моя собственность. Вот документы на эту рыбу. Вот договор аренды, предусматривающий моё право на выращивание и реализацию этой рыбы. А уж как я её реализую — через магазин или в виде пойманной вами, — это моё личное дело.

- То есть сиди и лови. Но если поймал — заплати.

- Ну к таким, как вы, может быть и иной подход. Пожалуйста, сиди и лови, если рыбалка, когда над душой стоит охранник, вам по вкусу. Но если поймал, будем разбираться в полиции. Я не могу запретить вам забрасывать удочку или требовать за это деньги. Но я могу не разрешить брать то, что принадлежит мне. И если вы нарушаете мои правила, на которые я имею полное право, присвоенная вами моя собственность — это даже не кража, а кое- что посерьёзнее. Например, ограбление.

- «Разрешать — не разрешать» будет касаться какой-то определённой рыбы?

- Это будет касаться всей рыбы, какая водится в водоёме. Включая сорную. На каждый вид рыбы у меня есть документ — я могу выпустить хоть ведро. И присутствие любого вида рыбы объяснено нуждами товарного рыбоводства. Так что из всех прелестей рыбалки на моём водоёме у вас останется одна — смотреть на поплавок с голым крючком. Или — попросить у меня разрешения что-то поймать. Лично вам я сделаю скидку, и каждая выловленная плотвичка обойдётся вам всего в тысячу рублей.

Я не стал задавать Николаю Сергеевичу вопросов насчёт его профита с такими подходами. Не только потому, что сейчас он, безусловно, обозлён. Как и подавляющее большинство его коллег-арендаторов, предполагавших получать доход с платной рыбалки как минимум 25 лет, а теперь занимающихся перезагрузкой какого-никакого, но бизнеса. Джинн из бутылки был выпущен с началом эры прихватывания общедоступных берегов в 2001 году. Кто же, спустя столько лет, от этого просто так откажется? Тем более что при новом раскладе фактически ничего не меняется. Деньги за рыбалку брать нельзя, но их в таком же количестве можно брать за пойманную рыбу.

Что касается берегового самостроя — заборов, гостевых домиков, харчевен и даже саун, — ну простояли они почти 20 лет и ещё 120 лет простоят. Ни у кого нет права без решения суда трогать самострой даже пальцем. А учитывая гигантские масштабы этой самодеятельной и постоянно растущей инфраструктуры, огромные расстояния и относительно ограниченный доступ к большинству арендованных акваторий, надеяться на какие-то перемены в этой сфере не приходится. На всех судов не хватит. Это не московские ларьки, снесённые за одну приснопамятную ночь «длинных ковшей».

Но честно говоря, в какой-то мере я на стороне Николая Сергеевича, хотя и ругался с ним не однажды. Да, мне не нравится такая рыбалка, когда я не могу палатку поставить, разжечь костёр, наладить уху, послушать вечерних соловьёв и встать до зари, чтобы не прозевать утренний клёв. На большинстве платных водоёмов и рыбачить-то можно лишь с 7 утра и до 8 вечера. С лодки — ни-ни. С дополнительными снастями — тоже ни-ни. На выезде охранники обшаривают машину — не прихватил ли ты лишку при оплаченной путёвке. Это, конечно, не рыбалка.

Однако в какой-то мере я на стороне Николая Сергеевича потому, что с уходом таких, как он, мы наверняка получим бесхозные, а значит, и загаженные берега, сети вдоль и поперёк, выбитую на корню рыбу.

Какое из этих двух зол лучше — хозяин на реке со своими правилами и прейскурантами или, как это у нас водится, варварская «рыбалка», — я, увы, сказать не готов.

Автор: Марат Абдуллаев

Ещё материалы: Марат Абдуллаев

Просмотров 1082

17.05.2019 00:10



Загрузка...

Популярно в соцсетях