Угроза из нейросети: на выборах в России готовятся к дипфейкам

Сенатор Андрей Климов рассказал о новшествах, которые ждут россиян в Единый день голосования 2024 года

24.06.2024 00:00

Автор: Никита Вятчанин

Угроза из нейросети: на выборах в России готовятся к дипфейкам
Андрей Климов. © Тимур Ханов/ПГ

Российский опыт в защите государства от внешнего деструктивного влияния сегодня все более востребован в других странах — как минимум два десятка государств из Азии, Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока готовы его перенимать уже сегодня. При этом на выборах в России в 2024 году будут применены некоторые новшества, которые должны обеспечить прозрачность и объективность голосования. Об этом «Парламентской газете» рассказал глава Комиссии Совета Федерации по защите госсуверенитета и предотвращению вмешательства во внутренние дела РФ Андрей Климов.

Иноагентам укажут на выход

- Андрей Аркадьевич, в России начинаются предвыборные кампании в преддверии Единого дня голосования (ЕДГ), который в 2024 году придется на 8 сентября. Какие главные вызовы для этих выборов с точки зрения защиты госсуверенитета можете назвать?

- Считаю, что прежде всего это использование технологий искусственного интеллекта. Например, использование дипфейков, когда с помощью нейросетей набирают данные для формулирования чего-либо от некоего виртуального лица, чтобы создать у избирателей иллюзию нелегитимности выборов, чтобы дискредитировать кандидатов. Это очень опасные вещи, с ними мы еще в такой степени не сталкивались — говоря простым языком, это более глубокий уровень лжи.

- Сенаторы вместе с депутатами Госдумы будут дальше работать над инициативой о возможности признания нежелательной деятельности в России зарубежных и международных организаций, чьими учредителями или участниками являются государственные органы иностранных государств. Какие именно организации попадут в эту категорию и насколько это увеличит списки нежелательных в РФ иностранных структур?

- Дело не в количестве таких организаций. Предлагается новый дополнительный критерий для определения организаций, чья деятельность нежелательна в России, а если говорить в практическом плане — чья работа в России должна быть запрещена. Мы и раньше расширяли эти критерии для иноагентов — сначала это были только неправительственные организации, потом в список таких лиц, который формируется Минюстом и который насчитывает несколько сотен, стали попадать физлица, структуры без образования юрлица. Все это как тогда, так и сейчас продиктовано правоприменительной практикой. Делается это для того, чтобы максимально защитить страну от деструктивных влияний, цель которых одна — разрушить Россию. При этом работа в каждом случае будет вестись адресно, учитывая те или иные нюансы деятельности конкретной организации.

- Какие новшества с точки зрения защиты госсуверенитета появятся на предстоящих выборах в рамках ЕДГ-2024?

- Мы внесли очень важный пункт в наше законодательство — о невозможности регистрации в качестве кандидата на выборную должность лица, внесенного в реестр иноагентов в РФ. При этом, если человек до регистрации на выборах освободился от такого «титула», зарегистрироваться как кандидат он сможет. Напомню, что у нас в стране уже есть несколько случаев, когда люди освобождались от статуса иноагента, выполняя необходимые для этого законодательные требования.

- Будет ли в информационных материалах о таком кандидате упоминаться, что он — бывший иноагент?

- Этот вопрос недавно был поставлен перед нами экспертами и пока остается открытым. Могу высказать свое личное мнение — считаю, что здесь можно пойти по аналогии с тем, как погашается судимость. Человек снимается с учета через какой-то срок. Возможно, с иноагентами может быть востребован такой же механизм — пока не прошло, скажем, год-два, кандидат на выборах должен маркироваться как бывший иноагент. Представляется, что это даже лучше для него, чем о таких фактах биографии человека будут писать «желтые» СМИ. Но пока все это — дискуссионные вещи, решение будет приниматься позже.

Таиланд подал заявку на участие в БРИКС

- На днях во Владивостоке прошел форум, в котором приняли участие руководители правящих партий из порядка тридцати государств. Вы были одним из организаторов этого мероприятия, которое проходило в рамках председательства России в БРИКС. Обсуждались ли на форуме перспективы и конкурентные преимущества Банка развития БРИКС по сравнению с другими подобными международными банками?

- Тема финансово-экономического развития БРИКС была одной из центральных. Здесь надо понимать, что БРИКС — это не то, что в юридическом смысле является организацией, как, скажем, ШОС или Евросоюз. Это альянс государств. Между тем банк развития БРИКС — это, безусловно, юрлицо, причем с очень серьезным капиталом. Но целью быть кому-то конкурентом у этого банка нет, главная задача — обеспечивать запросы стран-участниц БРИКС и партнеров альянса, а также других стран, которые могут и не входить в него. Новый банк развития — открытая структура с самыми серьезными перспективами.

- Говорили ли во Владивостоке о том, какие страны готовы пополнить ряды участников БРИКС?

- Лично я принял участие в двухсторонних встречах с коллегами из двух десятков стран, и представители более половины из них просили нас о содействии в подаче заявки на присоединение к БРИКС. Называть страны пока не буду. Замечу, что решение о присоединении той или иной страны к альянсу принимается консенсусом тех, кто уже является участником БРИКС. А среди тех, кто уже официально подал заявку на вступление в альянс, назову Таиланд, которому после необходимых консультаций понадобилось около двух недель, чтобы подготовить все документы.

Отмечу, что для БРИКС главное — не количество стран-участниц, а присутствие в нем тех, кто не может снизить эффективность альянса. Мы должны учитывать ошибку Евросоюза — после того, как они потеряли независимость и согласились с диктатом США и НАТО, стали набирать к себе страны с тяжелыми социальными, экономическими и политическими проблемами. Теперь весь воз проблем тянут всего несколько стран, и мы видим, как от этого проседает ЕС.

Путин объяснил, почему Запад еще не избавился от Зеленского

- Также во Владивостоке прошло первое заседание постоянного комитета всемирного движения «За свободу наций». По его итогам вы говорили, что у стран-участниц мероприятий во Владивостоке был очень востребован опыт России по обеспечению госсуверенитета. А что именно из российского опыта другие страны хотят перенять?

- Тема активно поднималась на встречах с коллегами из стран Африки, Латинской Америки, Юго-Восточной и Центральной Азии, Ближнего Востока. В основном речь шла о законодательных аспектах, но иногда возникали темы сугубо технические или те, что касаются полномочий исполнительной власти, — здесь мы давали рекомендации, к каким нашим специалистам зарубежные коллеги могут обратиться. В том числе по вопросам кибербезопасности.

Запад надо «лечить»

- Владимир Путин совершил два знаковых визита на этой неделе — в КНДР и Вьетнам. Почему они вызвали довольно истеричную реакцию на Западе и, в частности, в Вашингтоне?

- Действительно, после визитов российского лидера и в Пхеньян, и в Ханой, и там и там реакция Запада была дикая и довольно варварская. Но в первом случае Запад набросился на Россию — как вы смели приехать в КНДР? А во втором — нападкам подвергался уже Вьетнам: как вы смели пустить к себе Путина? По большому счету, нам уже давно все равно, что говорят на Западе, — мы будем делать то, что соответствует нашим национальным интересам. И Вьетнам продемонстрировал то же самое — никакие вскрикивания Запада не являются для Ханоя руководством к действию.

Знаете, я как-то посчитал, что решения от имени коллективного Запада, а это страны с населением порядка 600 миллионов человек, сегодня принимают всего полторы тысячи людей в Вашингтоне и других западных столицах. И, судя по выкрикам этой горстки людей, она пытается управлять семью миллиардами человек на планете — по-моему, это полный «неадекват», их лечить пора.

Читайте также:

• Ядерную доктрину России хотят привести в соответствие с ситуацией в мире