США опять бьют по Ирану: кто останется в выигрыше

Сенатор Константин Косачев рассказал, кого затронет эскалация конфликта на Ближнем Востоке

Константин Косачев. © Пресс-служба Совета Федерации

В ночь на 8 июля США нанесли удар по объектам Ирана, которые наблюдатели назвали самыми масштабными с начала американо-израильской военной агрессии против республики. Таким образом установленный в июне режим прекращения огня был нарушен. В ответ Корпус стражей исламской революции Ирана атаковал 85 военных объектов США в Бахрейне и Кувейте. Комментируя это, глава Белого дома Дональд Трамп заявил, что «иметь дело» Вашингтону с Тегераном, с его точки зрения, «пустая трата времени». Кто выиграет, а кто проиграет от обострения ситуации вокруг Ирана и на какие процессы в мире это окажет наибольшее влияние? На вопросы «Парламентской газеты» ответил вице-спикер Совета Федерации Константин Косачев.

— Константин Иосифович, нарушение режима прекращения огня американцами стало для Вас неожиданным?

— Нет, не стало. Ранее уже говорил, что урегулирование, которое было зафиксировано в ирано-американском меморандуме, — это еще не завершение процесса. Меморандум — документ рамочный, а решение всех остающихся и, с моей точки зрения, самых сложных вопросов по иранской ситуации было оставлено переговорщиками на последующие 60 дней. Поэтому было понятно, что на данном периоде может начаться что-то тяжелое для ближневосточного урегулирования. Вот оно, собственно, и началось.

— МИД Ирана обвинил США в нарушении перемирия и назвал удары в ночь на 8 июля «агрессивным нападением», которое является «вопиющим нарушением пункта номер один меморандума о взаимопонимании», который предусматривает прекращение военных операций и был заключен между США и Ираном в июне. Вашингтон, в свою очередь, мотивировал атаку тем, что 7 июля иранские военные атаковали три коммерческих судна в Ормузском проливе. На Ваш взгляд, чем все-таки вызвано прекращение перемирия со стороны американцев?

— С моей точки зрения, ключевым является отсутствие прогресса в рамках переговорного процесса. Видимо, американцам стало понятно, что они не смогут добиться от Тегерана достаточно масштабных уступок, чтобы их представить в качестве собственной победы.

— В рамках иранского конфликта вновь происходит возврат с переговорного трека на военный. Как считаете, почему в Вашингтоне решили действовать силой оружия?

— Американцы, видимо, считают, что так они смогут додавить Иран, нанести ему поражение военным путем. И это, на мой взгляд, довольно странно. Потому что весь предыдущий опыт конфликта говорит о том, что американцам сделать это практически невозможно, с учетом той степени консолидации руководства и населения Ирана, которую мы наблюдаем вокруг проводимой Тегераном политики и в ближневосточном регионе, и в целом на мировой арене.

— Известно, что ситуация на Ближнем Востоке оказывает влияние на многие страны. Как считаете, какие процессы в мире может «запустить» возобновление военных действий против Ирана?

— Как мне представляется, во-первых, вновь произойдет консолидация антииранских позиций США и Израиля. Мы видели, что в последнее время между этими двумя странами нарастали противоречия: американцы пытались убедить израильтян проявлять сдержанность и в Ливане, и в Сирии, и в ряде других горячих точек, а Израиль этому не следовал. А сейчас, на мой взгляд, наступит некий ренессанс американо-израильского союзничества — с достаточно прискорбными, замечу, последствиями для всего ближневосточного процесса. Потому что Израиль будет еще более активно подавлять своих соперников в регионе, опять опираясь на поддержку Вашингтона — как минимум политическую, как максимум военную.

Во-вторых, очевидно, произойдет повторение тех событий, которые мы наблюдали два месяца назад — Иран будет атаковать базы США в регионе, которые находятся на территории государств, соседствующих с Исламской Республикой, государств Персидского залива. Понятно, что это станет еще одной и очень жесткой линией столкновения интересов на Ближнем востоке.

Наконец, третья тенденция, которая может возникнуть при возобновлении военных действий США против Ирана, — это общая нестабильность ситуации как минимум в Ормузском проливе, а как максимум в других ключевых регионах. Из-за этого мир ждет новая дестабилизация энергетических рынков, которая, очевидно, будет сопровождаться взлетом цен на нефть и на газ. В том, что так все и будет, сомнений нет, если, конечно, то, что сейчас заявляет господин Трамп в отношении Ирана, не является какой-то очередной его декларацией, за которой ничего серьезного не последует, но которая обозначит разворот подходов США в контексте диалога с Ираном или в отсутствии такого диалога.

— По кому больше всего в мире ударят последствия возобновления иранской войны?

— Скажем прямо, это так или иначе скажется на всех. Понятно, что больше других ближневосточный кризис затронет Европу и Китай. В меньшей степени — Россию и США: мы знаем, что американцы наращивают поставки своих энергоносителей на внешние рынки, и у России такая возможность также есть. Так что и для американцев, и для нас последствия точно не будут разрушительными. А вот для Европы и Китая они могут оказаться очень и очень чувствительными.