Пять лет назад в Киеве произошёл государственный переворот
Он подвёл черту под украинским периодом в истории Крыма
Пять лет назад на Украине произошёл переворот, который стал «точкой невозврата» для крымчан — оставаться жить в стране, где к власти пришли идейные наследники Степана Бандеры и Адольфа Гитлера, было невозможно.
Президент Виктор Янукович 21 февраля 2014 года подписал с лидерами оппозиции Виталием Кличко, Арсением Яценюком и Олегом Тягнибоком «Соглашение об урегулировании политического кризиса на Украине», гарантом которого выступили министры иностранных дел Германии и Польши, а также руководитель одного из департаментов МИД Франции. Однако майданные революционеры «гарантов» проигнорировали и в ночь на 22 февраля захватили здания администрации президента, Верховной рады и кабинета министров, после чего Януковичу пришлось спасаться бегством.
В тот же день, 22 февраля, в Симферополе у здания парламента Крыма пророссийски настроенные жители полуострова, не желающие признавать новые киевские власти во главе с Турчиновым и Яценюком, начали бессрочную акцию протеста, требуя выхода Крыма из состава Украины, а 23 февраля начало формироваться народное ополчение.
Чаша терпения крымчан переполнилась.
Обратная сторона майдана
События, которые привели к «крымской весне» 2014 года, уходят своими корнями глубже — в киевскую осень 13-го. «Второй майдан» (первый случился в 2004-м) начинался вроде бы с невинных студенческих акций протеста и патриотических «танцев», а завершился массовыми убийствами, распадом Украины и гражданской войной. Я был там, в Киеве, в конце осени — начале зимы 2013 года и собственными глазами видел «обратную сторону майдана». Оккупированную, разгромленную, пахнущую экскрементами революционеров столичную администрацию, баррикады на улицах, велосипедные цепи и куски арматуры в руках боевиков, молоко на губах юных бунтовщиков, прогуливающих пары в институтах и университетах, тысячи майданобайтеров с Западной Украины.
Среди сотен тысяч человек, прошедших через майдан, были самые разные люди: те, кто стоял на митингах за деньги, асоциальные персонажи или, попросту говоря, бомжи, вырядившиеся в жупаны члены различных националистических организаций, искренне заблуждающиеся, задуренные агрессивной пропагандой граждане, поверившие в сказку о светлом европейском будущем. Но главной ударной силой майдана стали боевики «Правого сектора» (запрещенная в России организация — прим. ред.), «Свободы», «Братства» и других неофашистских организаций. Именно у них на руках кровь десятков людей, погибших на майдане, и десятков тысяч, погибших позже в Донбассе.
За захватом власти на Украине явно чувствовалась «рука Запада». Чрезвычайный и Полномочный Посол США Джеффри Пайетт уже примерил к тому времени вышиванку и вместе с другими американскими дипломатами спел «Червону руту». А заместитель госсекретаря Виктория Нуланд накормила тремя печеньками оголодавших революционеров. Уши дядюшки Сэма торчали на майдане так, что не заметить их мог только слепой. А впрочем, о маскировке никто и не заботился. Все приличия были отброшены. Страну грубо, бесцеремонно ломали через колено. Ломали и сломали. Итогом государственного переворота 21-22 февраля стал распад Украины в её постсоветских границах: из страны ушли Крым и Донбасс.
Глас вопиющих в пустыне
В те драматические дни центром духовного сопротивления крымчан был Верховный Совет республики. Не случайно сегодня многие из депутатов того созыва - Сергей Цеков, Константин Бахарев, Светлана Савченко — представляют регион в Совете Федерации и Государственной Думе. Начиная с осени 2013 года из стен крымского парламента не раз, не два и не три звучали заявления с осуждением событий на майдане и призывами навести наконец порядок в Киеве.
«Мирный Крым крайне встревожен очередным всплеском насилия в центре Киева. Бойня на улицах столицы доказывает, что оппозиция восприняла многочисленные уступки со стороны власти как проявление слабости, — обращались накануне государственного переворота к Януковичу крымские депутаты. — Мы требуем от вас как главы государства решительных действий и принятия чрезвычайных мер. Этого ждут и сотни тысяч крымчан, которые голосовали за вас на президентских выборах в надежде на стабильность в стране».
Однако, увы, и сам президент, и вся вертикаль президентской власти на Украине, которых обычно представляли жёсткими, готовыми на крайние меры управленцами, оказались на удивление беспомощными. Это было, пожалуй, одно из самых неожиданных «разоблачений майдана» — «великий и ужасный» Янукович оказался обыкновенным политическим трусом. Первый раз этот глиняный колосс под два метра ростом дал слабину в 2004 году, в дни первого майдана, свалившись от брошенного в него куриного яйца. Второй раз, в феврале 2014 года, вместе с Януковичем рухнула вся страна.
Опасения депутатов Верховного Совета Крыма сбылись с пугающей точностью. «Всё произошло именно так, как мы рисовали в самых мрачных прогнозах. Это отражено в заявлениях крымского парламента. Если вы сейчас посмотрите эти документы, то поразитесь точности «предсказаний». «Уверен, если бы в первых числах декабря 2013 года, когда мы впервые обратились к Януковичу с призывом жёстко вмешаться в ситуацию, проявить политическую волю, предотвратить то развитие событий, которое угрожает стране распадом и гражданской войной и, если потребует ситуация, не останавливаться перед тем, чтобы ввести чрезвычайное положение — я цитирую практически дословно, — если бы тогда это было сделано, то не было бы тысяч жертв среди мирных жителей в Донбассе, не было бы той экономической, да и политической пропасти, в которой сегодня оказалось государство Украина. Но, к сожалению, никто нас не услышал. Это был глас вопиющего в пустыне», — говорит Константин Бахарев.
Не было бы счастья, да несчастье помогло
Тысячи жителей полуострова принимали участие в антимайдане на Европейской площади, во всех крымских городах проходили акции «Стоп майдан». Было понятно, что если украинские националисты придут к власти в Киеве, их следующим шагом станет попытка «усмирения непокорного полуострова».
«Ситуация на Украине развивалась таким образом, что мы должны были спасаться от большой беды, — отметил Сергей Цеков. — На территории Крыма развязалась бы очень серьёзная война. Я думаю, что здесь была бы гремучая смесь: приехали бы националисты, плюс вмешались бы сторонники меджлиса (запрещённая в России организация — прим. ред.). И конечно, здесь бы кровь лилась рекой».
Как говорят в таких случаях, не было бы счастья, да несчастье помогло. Киев, по сути дела, сам толкнул Крым в объятия России. Из безоговорочного неприятия крымчанами майдана родилось в итоге решение о воссоединении с Россией, пятилетие которого мы будем отмечать 18 марта. «Победа государственного переворота и бегство законно избранного президента Януковича означали юридическую смерть государства Украина, учрежденного в 1991 году на обломках СССР. Конституция была растоптана, наступил правовой коллапс. Президента нет, правительства нет, команда, которая захватила власть, нелегитимна. Своих целей они не скрывали: «москаляку на гиляку», республику ликвидировать. Это всё публично озвучивалось. Нас хотели уничтожить. Эта ситуация, с одной стороны, грозила Крыму хаосом и войной, а с другой — открывала реальную возможность на законных основаниях отчалить от охваченного нацистским мятежом украинского берега и пристать к российскому», — вспоминает Владимир Константинов.
Государственный переворот в Киеве фактически подвёл итог под украинской историей полуострова. Лидеры майдана пытаются обвинять крымчан в сепаратизме, но это был не сепаратизм, это была верность своим корням, истории, культуре, традициям, языку. «Ни у кого в Киеве не должно быть иллюзий, что Крым послушно смирится с навязанной нам чужой волей», — предупреждали крымские депутаты ещё в декабре 2013 года. Попытки заставить не только крымчан, но и миллионы людей по всей стране отказаться от своих корней могли привести только к одному — распаду Украины в её советских границах.
Ещё материалы: Сергей Цеков, Константин Бахарев
