Космос — это навсегда!

12 апреля — День Космонавтики… Россия издревле слыла страной крайностей. Эра приобщения к Вселенной начиналась с безудержного упоения Космосом. Упоение сменилось скептицизмом на грани с отрицанием

06.04.2013 15:56

Автор: Олег Дзюба

Космос — это навсегда!
Юрий Гагарин на защите диплома в Академии им. Н. Е. Жуковского(публикуется впервые), ФОТО ВИТАЛИЯ ШИТОВА

К счастью, и этот период канул в прошлое. Наконец, пришло время продуманного прагматизма, который нашел воплощение в проекте «Стратегии развития космической деятельности России до 2030 года и на дальнейшую перспективу»…

 — Околоземные пространства втор­глись в мою скромную жизнь в казах­станском Кустанае, волею эпохи ока­завшемся не слишком далеко от одно­го из популярных и поныне районов приземления «Востоков», «Восходов», а позднее и «Союзов»…

В один из прекрасных весенних дней у ворот нашего дома появились вежливый офицер и парочка штат­ских, ласково, но убедительно попро­сив срочно продать хотя бы дюжину пионов на букеты по особому случаю. Родители мои считались в городе од­ними из лучших цветоводов, но тор­говли этими природными прелестями избегали как по убеждениям, что кра­сота продаже не подлежит, так и бла­годаря воспоминаниям о не очень дав­ней налоговой политике, когда народу приходилось вырубать сады из-за же­стокого финансового бремени.

Пионы оказались в руках загадоч­ного визитера бесплатно, и в благодар­ность он прихватил меня с собой, не сказав, куда, и потому изрядно пере­пугав родителей. Тайна раскрылась на главной городской площади, украшен­ной бюстами дважды Героев Совет­ского Союза летчиков Ивана Павлова и Леонида Беды, где зашумел митинг по случаю благополучного возвраще­ния с околоземной орбиты космонав­та №5 Валерия Быковского. Здесь ему вручили первую и единственную его гражданскую награду — медаль «За освоение целинных земель» (ордена Красной Звезды за летную службу в Московском округе ПВО он удостоил­ся за два года до этого).

Второе соприкосновение с косми­ческой темой приключилось у меня на Камчатке, а еще точнее, на извержении вулкана Толбачик. Сопка эта молчала больше двух столетий, но летом 1975 года ожила. И за считаные дни непо­далеку от главного вулканического исполина среди кедрачовых рощ, по­крывших давным-давно застывшие и порядочно выветрившиеся лавовые потоки, воздвиглись новые вулкани­ческие конусы, над которыми чуть ли не до самой стратосферы поднялись султаны раскаленных газов, шлака и пепла. В ту пору я трудился в редакции «Камчатской правды» и каким-то чу­дом убедил редактора командировать меня на фантастическое по красоте и количеству выделенной энергии вул­каническое чудо. На обратном пути я с космосом и столкнулся.

Вертолет, взмывший над долиной из лагеря вулканологов, быстро взял курс на север, к реке Камчатке и го­родку Ключи, но чуть позже вдруг по­вернул восточнее, и высунувшийся из кабины второй пилот рыкнул на своих пассажиров с приказом после внепла­новой посадки в иллюминаторы не смотреть, а любоваться только иску­санными комарами да изъеденными мошкой физиономиями друг друга.

Вскоре мы оказались на бескрайнем поле шлака. Рискнув нарушить запрет, я скосил глаза в иллюминатор и уви­дел несколько палаток и балков, к ко­торым подъезжало никогда не видан­ное, но смутно знакомое сооружение на металлических колесах, над кото­рыми громоздилось нечто, смахиваю­щее на небольшую буровую установку.

Дверь салона, между тем, распах­нулась, и несколько небритых парней в штормовках втащили в наш Ми-8 странное устройство, внешне напоми­навшее огромный бадминтонный во­лан. Остального я увидеть не смог, так как из кабины вновь появился наш «цербер», молча, но убедительно дав­ший понять, что в наших интересах смотреть разве что под ноги. «Вулкан вас спугнул, что ли, — спросил коман­дир вертолета, выбравшийся наружу перекурить, — или на побывку летите. Тогда как свою лунную телегу повезете? Ми-6 придется вызывать». «Еще пока­тается, — беспечно ответил один из вне­плановых пассажиров, — Толбачик ког­да-нибудь да уймется. А с «фобками» пока все. Разве что к осени вернемся».

Диалог кое-что прояснил, посколь­ку и без того все в Ключах знали, что неподалеку от Толбачика не первый год обкатывали ходовую часть новых разновидностей лунохода. Что касает­ся «фобок», то смысл странного слова стал понятен гораздо позднее, когда в прессе появились первые сообщения о готовящемся запуске на спутник Мар­са Фобос автоматического зонда.

Камчатка же избрана была для ис­пытаний с легкой руки самого Короле­ва. Один из луноходчиков, с которым я столкнулся через несколько лет на их базе близ камчатского поселка Козыревск, поведал полуанекдотичную историю времен первых шагов к за­пуску на ближайшую нашу соседку по космосу первых исследовательских агрегатов. Дело в том, что никто досто­верно сказать не мог, насколько прохо­димой окажется поверхность Селены. Мнения разделились между привер­женцами фантаста Артура Кларка, на­писавшего популярный роман «Лун­ная пыль», и сторонниками версии, что Луна куда монолитней. На одном из обсуждений уставший от бесплод­ных прений Королев разрубил «гор­диев узел» резолюцией из двух слов: «Луна твердая»! А слежавшиеся за сто­летия пласты вулканического шлака представились в конце концов прием­лемым компромиссом.

А вот «фобки», которые метали в тех же краях с воздуха для проверки спо­собности оболочки сохранить приборы при падении, на спутники Марса так и не попали. Две станции с подобными конструкциями на бортах программы полетов не выполнили и растворились где-то в космической безбрежности.

Любая более или менее серьезная наука, как и техника, тем и примеча­тельны, что ничто в них не проходит бесследно, наперекор стихиям и тех­ногенным ужасам. Вспомним 60-е го­ды минувшего недавно столетия, ког­да стало ясно, что высадка человека на Луну, считавшаяся суперпризом космической гонки двух супердержав, станет достижением всего человече­ства, но отнюдь не подвигом советской науки. Работы прекратили, а уникаль­ные ракетные двигатели, созданные в Куйбышевском КБ академика Н.Д. Кузнецова, на высшем уровне велено было уничтожить. Но не перевелись строптивые ученые на земле русской, и упрятанные по приказу Николая Дми­триевича за семью замками его могу­чие детища вышли из заточения почти через четыре десятка лет и благополуч­но трудятся, увы, на американских ра­кетах. Сейчас идут разговоры о возоб­новлении их производства в модерни­зированном варианте. Правда, обой­дется это в четыре миллиарда рублей. Такова цена вынужденного забвения.

Так и новые модернизации «лунно­го трактора», прототип которых я увидел на Камчатке, наверняка окажутся в строю, поскольку в проекте «Стра­тегии развития космической деятель­ности России до 2030 года и на даль­нейшую перспективу» конкретно го­ворится об использовании луноходов при грядущих исследованиях Луны с доставкой на Землю образцов грунта. Очевидно, что пригодятся и какие-то разновидности «фобок», поскольку тот же документ пророчит в частности изучение Марса, системы Юпитера и астероидов, иные из которых по раз­мерам весьма похожи на марсианские сателлиты.

Ну, положим, к лунам Юпитера, а в особенности к Европе, вызывающей в последние годы особый интерес ввиду высокой вероятности существования на ней биологической жизни, мы до­беремся нескоро. Луна в качестве цели для новых космических бросков куда реальней, и в этой связи стоит при­смотреться не только к техническим, но также и к юридическим проблемам.

Речь прежде всего о торговле участ­ками лунных просторов, которая в Америке давно в порядке вещей. Клю­нул на эту удочку и кое-кто из новых русских, в чем-то повторяя коллизию из давней булгаковской поэмы «По­хождения Чичикова», герой которой продал помещице Коробочке московский Манеж. Годами воспринимавша­яся в порядке казуса, а то и бреда эта коммерция рассматривается в стране, полагающей себя пупом Земли, вполне серьезно.

Потому-то и обретает весьма не­двусмысленное значение тезис проекта Стратегии, согласно которому «Россия будет придерживаться принципа при­оритетности международного косми­ческого права над национальным и всесторонне способствовать его разви­тию. Россия не будет признавать пре­тензий государств на суверенитет над космическим пространством, его зона­ми и какими-либо небесными телами».

Иначе говоря, тешиться иллюзиями и вешать на стену сертификат о приоб­ретении в собственность, скажем, Мо­ря дождей или кратера Жюль Верна никому не возбраняется, но при этом надо бы твердо знать, что на россыпи алмазов, буде они там найдутся, или на залежи замерзшего гелия всерьез пре­тендовать не удастся.

Но бизнес бизнесом, на пути к Лу­не есть задачи потруднее. В Страте­гии прямо говорится о необходимости подготовки кадров, а с этим, как для космоса, так и для всех иных отраслей, дела обстоят не просто печально, а по­рой трагически.

Ни для кого не секрет, что «вели­кие» наши младореформаторы ничтоже сумняшеся упирали на целительную роль рынка, на свои познания в макро­экономике, но напрочь проигнори­ровали тех, кто экономику движет не умозрительно, а своими собственными руками. Старшее поколение элитарных умельцев и мастеров на все руки стре­мительно сходит со сцены. А молодежь на трудоемкие или требующие скру­пулезности производства не очень-то спешит. Уровень подготовки во все­возможных колледжах тоже весьма со­мнителен. В одно из довольно извест­ных подобных заведений Москвы не очень давно явились представители со­лидного предприятия, которым срочно понадобились операторы современ­ных станков. Доучить кандидатов до требуемого уровня заводчане собира­лись сами, интересуясь прежде всего общей подготовкой. Так вот ни одного претендента на стартовую зарплату в 100 тысяч рублей они найти не смогли.

Об одной из причин написано и ска­зано много, но воз и ныне там. Однако положение вряд ли заметно изменит­ся к лучшему, пока будет сохраняться система финансирования по общей численности учащихся, при которой откровенные лентяи или оболтусы вольготно ничего не делают, отбивая охоту к ученью у нормальных соседей по партам и аудиториям…

Размышлять над проектом рас­сматриваемой в Правительстве РФ Стратегии и уже утвержденной Госу­дарственной программой РФ «Косми­ческая деятельность России на 2013— 2020 годы» можно еще долго. В лю­бом случае не обойти принципиально важной, на мой взгляд, констатации о необходимости привлечения частного капитала, что предусматривает гибкую налоговую политику.

Самих летательных аппаратов это, кажется, пока не коснется, а между тем частный американский космогрузовик «Дракон» уже летает, и успешно лета­ет… Дальше — больше. Первый косми­ческий турист Деннис Тито в феврале объявил о своих планах послать зем­лян в облет Марса. Притом семиде­сятидвухлетний фанатик звездопла­вания намерен осуществить замысел всего через пять лет, во время очеред­ного сближения планет. Заокеанскому миллиардеру налоговых льгот никто не обещает, коммерческой выгоды он тоже не ждет. Никто не мешает ему опять же покупать в свое удовольствие баскетбольные или футбольные ко­манды, то бишь тратить деньги по сво­ему усмотрению.

Не знаю, что у него на душе и в уме, но, судя по всему, мистер Тито прекрас­но понимает бренность сиюминутных утех типа постройки шикарных яхт и чемпионских медалей. Яхты проржа­веют, почетные кубки будут пылиться в штаб-квартирах клубов. А вот слава продюсера первой марсианской экспе­диции останется на десятилетия, а мо­жет быть, и намного дольше. Деннис Тито мудр. Примут ли его мудрость к сведению наши доморощенные рок­феллеры? Хотелось бы верить, ведь космос — это навсегда!

Читайте нас в Telegram
Просмотров 7489