Как изменится мир после переговоров лидеров России, Китая и США
Депутат Андрей Климов назвал ключевые импульсы, которые даст другим странам трехсторонняя встреча
Такого в истории еще не было — 19 ноября запланирована очная встреча лидеров России, Китая и США. Переговоры Владимира Путина, Си Цзиньпина и Дональда Трампа пройдут в китайском Шэньчжэне на второй день работы 33-го саммита стран АТЭС. Что стоит ожидать от этой исторической встречи и как могут меняться международные отношения после Шэньчжэня-2026? На вопросы «Парламентской газеты» ответил первый зампредседателя Комитета Госдумы по международным делам Андрей Климов.
— Андрей Аркадьевич, говоря о встрече трех лидеров на саммите АТЭС, часто вспоминают Ялтинскую конференцию февраля 1945 года, на которой встретились Сталин, Рузвельт и Черчилль. Как считаете, сможет ли Шэньчжэнь-2026 стать «Ялтой 2.0»?
— Переговоры в Шэньчжэне — это первая подобная встреча за всю историю отношений наших государств. Если же говорить о Ялте-1945, то там была, по сути, встреча англосаксов с руководителями Советского государства. Новым центром англосаксонского империализма становились США, за что Лондон их, к слову, сильно недолюбливал. Китай же вышел на уровни развития, о которых сейчас все говорят, приблизительно к концу 1980-х годов.
Стоит обратить внимание, что в Ялте встреча была «два к одному»: два англосаксонских лидера и один представитель нашей державы. А сейчас между Россией и КНР уже сформировался мощный стратегический альянс — с двусторонней торговлей, совместными военными учениями, участием в таких крупнейших организациях, как ШОС и БРИКС.
По другую сторону — президент США, у которых разлад с Западной Европой, разлад внутри Америки, недовольство многими партнерами по различным причинам. То есть в Шэньчжэне уже соотношение «один к двум» не в пользу англосаксонского партнерства.
Повторюсь, встреча лидеров России, США и Китая — это уникальный для истории формат. Поэтому ждать, что они с одного раза выработают решения, которые будут приняты консенсусом, да еще и в разумные сроки реализуются, на мой взгляд, нельзя. Это потребует новых шагов от каждой из сторон. Но определенные важные и позитивные импульсы миру эта встреча дать может — по крайней мере в пределах президентства Трампа.
— В каких сферах эти импульсы проявятся наиболее явно?
— Могу предположить, что это экономическая безопасность и развитие мировой экономики, сфера глобальной безопасности с точки зрения избежания третьей мировой войны и, возможно, вопросы защиты среды обитания от техногенных катастроф. Все эти темы требуют глобального подхода к решениям на уровне очень мощных политических лидеров с реальными возможностями их государств. Встреча в Шэньчжэне этим критериям полностью отвечает.
— Может ли встреча изменить форматы больших мировых переговоров встреч? Была Большая семерка, Большая двадцатка — станет «Большая тройка»…
— Для медиа это было бы, конечно, привлекательно. Но, на мой взгляд, институционализация этого формата пока не должна быть предметом слишком глубокого анализа.
А технически такие встречи можно организовывать, например, на площадке G20 — все три страны являются участниками этого формата. Другое дело, что это будет происходить только в случае, если мы, американцы и китайцы увидим, что формат приносит успех.
Не стоит забывать, что Трамп будет подвержен жуткой критике со стороны G7, НАТО и разного рода других подобных политконструкций, в которых участвуют США и где есть очевидная западная доминанта.
— Многие наблюдатели говорят, что факт встречи окончательно вытесняет Евросоюз и Великобританию на периферию мировой глобальной политики. Это так?
— Да, перечисленные вами страны уже увидели свое истинное место в глобальной политике. Какие выводы они из этого сделают, не знаю.
Хочу заметить: у нас происходят намного более интересные и значимые события, чем обсуждение безрадостных перспектив Западной Европы. Например, в преддверии визита нашего президента в Китай в Москве 16-17 ноября прошла генассамблея движения «За свободу наций!», которая объединила руководителей ведущих политических партий 72 стран Африки, Азии, СНГ, Ближнего Востока, Латинской Америки и Европы. Среди них — Китай, Индия, Вьетнам, Турция, ЮАР, Мексика, Аргентина, Сербия, Белоруссия и другие страны, а также представители ООН и Африканского союза.
Приветственное письмо в адрес участников направил Владимир Путин, который перед тем, как улететь в КНР, встретился с рядом участников генассамблеи. Как один из организаторов, могу сказать, что это было самое представительное за всю историю собрание полномочных представителей очень уважаемых политических партий стран Глобального Юга. И это произошло не где-нибудь, а в Москве. И практически каждый выступавший участник говорил о поддержке нашего лидера, о том, что Глобальный Юг уже достаточно весомо заявил о себе, а западных империалистов давно пора отправить на обочину истории. В кулуарах же к нам подходили и говорили, что проведение подобного мероприятия в преддверии исторической встречи в Шэньчжэне — очевидный дипломатический успех России.
Ещё материалы: Андрей Климов, Владимир Путин





