Идеология настоящего

18.03.2023 00:00

«Не забивайте себе голову тем, что не имеет отношения к

настоящему, — сказал Чапаев. — В будущее, о котором вы

говорите, надо еще суметь попасть. Быть может, вы попадете

в такое будущее, где никакого Фурманова не будет. А может

быть, вы попадете в такое будущее, где не будет вас»

«Чапаев и пустота», Пелевин

Война — сложный феномен, где присутствуют философский, социологический, ментальный, исторический, военный и другие компоненты в различной пропорции. Увы, история свидетельствует: по мере развития человеческой цивилизации количество военных конфликтов только возрастает.

Разномасштабные войны становятся формой бытия социума.

Оруэлловское: «Война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила» — жестокая реальность западного мира, объявившего России цивилизационную войну.

Как выстоять и победить в этом экзистенциальном столкновении — об этом статья.

Мир — это война

Бывший министр обороны США Д. Рамсфельд озвучивал тезис о том, что для выхода из кризиса и создания нового мира необходимо «трансформирующее событие». Таковыми, по его мнению, могут быть эпидемии, революции/перевороты и, конечно же, войны.

После Второй мировой войны произошло более 250 военных конфликтов. Около 80% из них — дело рук США и НАТО.

Это не удивляет.

Выход из кризиса через войну — традиционный для них метод. Янки очень алгоритмичны: если что-то сработало, да не один раз, — почему бы не попробовать снова. Потому они регулярно и цинично поджигают мир, надеясь в дыму и хаосе прибрать все ресурсы себе, камуфлируя этот разбой завесой «борьбы за демократические ценности».

Анализ «Стратегии национальной безопасности США», принятой осенью 2022 года, однозначно показывает: Россия является для Запада принципиальным, качественным соперником, соперником номер один.

Аналитики из самого влиятельного британского think-tank — Королевского института международных отношений Chatham House еще в 2021 году в своем докладе Myths and misconceptions in the debate on Russia подчеркивали: Независимо от того, кто в конечном итоге сменит Путина, политическая культура России, без сомнения, будет и дальше препятствовать развитию более конструктивных отношений с Западом. Нормализовать отношения с Россией Западу не удастся из-за глубочайшей разницы в целях и ценностях.

Мы — камень преткновения, принципиальная цивилизационная помеха на пути развития Запада. Потому именно на уничтожение России будет направлена их политика в ближайшее десятилетие.

Популярная и широко цитируемая идеологема великого военного аналитика 19-го века Клаузевица о том, что война — продолжение политики иными средствами, — уже неактуальна!

Сегодня ВОЙНА — и ЕСТЬ САМА ПОЛИТИКА.

Война за гегемонию

Запад развязал против России гибридную войну с «горячим» прокси-конфликтом на территории бывшей УССР.

Войну — на уничтожение России.

Эта война уплотнила пространство, время и смыслы.

Она жестко сцепила настоящее с будущим, погрузив будущее в настоящее.

Все настоящее — подлинно. Иное — отбрасывается.

Образ будущего, обеспечение устойчивого развития, социальный прогресс и тому подобные политологические симулякры — уже неактуальны.

Что, кто и зачем мы сегодня — это определяет наше завтра.

Эти вопросы встали перед нами по-настоящему — всерьез и без полутонов.

И за нас их никто не решит.

Если мы предоставим решение (как это случалось неоднократно за истекшие 30 лет) тому же Западу, двигаясь в навязанном фарватере и повестке, — нас в итоге не будет. Сначала — как суверенного политического субъекта, потом — как страны, а затем — как исторического цивилизационного феномена, описанного емкой дефиницией «русский мир».

Вся история России показывает: когда нас пытаются сделать частью чего-либо иного, привнесенного извне, нас ведут к уничтожению. Из каких бы намерений это ни делалось — вопрос для России стоит именно так: сами или никак.

Иного не дано.

Да и вправду: «Зачем нам такой Мир, если там не будет России?».

Потому смысл настоящего — выбор будущего.

И все дОлжно решать нам самим.

Иначе — welcome на историческую утилизацию.

Сегодня война — это стратегия Запада.

Суть стратегии Запада — обеспечение власти гегемона.

Содержание — устранение того, что препятствует гегемонии.

Как неоднократно подчеркивал наш Верховный Главнокомандующий:

«Им просто нечего предложить миру, кроме сохранения своего доминирования…»

Это стратегия уничтожения России, подчинения Китая и всего, что может сформировать многополярность мира.

В основе этой стратегии — идеология превосходства, идеология отмены/ уничтожения иного.

Даже если иное — история, культура, цивилизации, страны, народы, государства.

Ибо если иное значит неправильное — значит, дОлжно стать правильным.

Ибо есть только один эталон правильности — гегемон.

Все, что не соответствует ему, — историческая флуктуация и обременение мира избыточной сложностью.

Потому должно быть приведено в соответствие, переиначено и перестать быть собою… или вовсе перестать быть.

По сути, это глобальная сегрегация и неонацизм, о чем правильно писал политолог Фурсов: «Коричневая» идея в современном мире работает на создание того строя, который отрицает человеческое в человеке. В этом отношении Гитлер пришел рано. Потому что у него не было технических средств, чтобы превратить человека в скотину. Но когда он говорил: «Я освобождаю вас от совести», он шёл именно в эту сторону…»

Серая зона войны

Инициаторы и заказчики войны Запада против России — США и Британия.

А если точнее — транснациональные корпорации, в том числе разного рода «группы влияния» и сетевые структуры, которые представляют то, что принято называть dеep state (глубинное государство).

Deep state, как «теневая глобальная сила», — проблема мировая. Именно о ней в начале 2023 года говорил Трамп в предвыборной речи: «Я уничтожу глубинное государство. Многие американцы теперь понимают, что враг — это не Россия или Китай. Врагом является глубинная государственная олигархия, которая вооружает разведывательные службы, подкупает политиков и контролирует СМИ…»

По сути, речь идет о власти абсолютно закрытой и бесконтрольной, агрессивной и экспансионистской, действующей во имя своих интересов и по ею самой установленным правилам.

Речь идет о глобальной власти, нацеленной на уничтожение национальных государств и международного права.

Для войны за гегемонию, которую ведет dеep state против мира, была разработана и доктринально закреплена концепция «серой зоны».

Политика «серой зоны» — это политика войны, это игра без морали и правил, идеология без принципов, действия без ответственности, война без объявления, однако имеющая четкую цель — обеспечение гегемонии Запада (точнее — того самого dеep state).

Против России, не только снаружи, но изнутри, действует глобальная партия «серой зоны» — партия прихода власти через войну, направленной на разрушение цивилизационных основ и ментальной сферы России.

Это ментальная война, сочетающая тактический уровень информационного противоборства с когнитивно-психологическими операциями, вершиной которой является оккупация ментальной сферы противника.

Цель ментальной войны Запада — наши история, культура, образование — содержательное ядро нашей цивилизации, организационной основой которого является сильное государство, обеспечивающее безопасность страны.

Идеология — это луч, пронизывающий туман «серой зоны».

Идеология — это поле ментальной войны.

Высокоорганизованные государства не существуют без идеологии.

Отсутствие, слабость идеологии в настоящем — это фундаментальная неопределенность будущего.

Идеологическое оснащение России должно быть действенным, мощным, соответствовать вызовам времени. Обеспечение этого — задача государства.

Базовая платформа — «Стратегия национальной безопасности» — уже есть, необходима активная, идеологически выверенная наступательная политика.

Мораль войны

Тридцать лет, прошедшие с развала/ самороспуска СССР, Россия пыталась «встроиться» в западный мир. Но чем шире мы открывались и шли навстречу западным «партнерам», тем более те использовали нас в своих интересах, напрочь пренебрегая нашими.

Корни политики постоянного лицемерия и обмана, двойных стандартов, категорический отказ Запада во главе с США от формального договора о нерасширении НАТО и гарантиях безопасности для России, тотальное давление на экономическом, дипломатическом, спортивном, этническом и культурном направлениях, беспредельная наглость западных агентов влияния на Украине и пр. — все это основано на несовместимости двух этических систем.

Россия для Запада — это извечная «ненормальность и непонятность», это раздражающая загадка.

Запад, прошедший через века собственного социального дарвинизма, жестокую инквизицию, геноцид колоний и т.п. бесчеловечные практики, наполненные подлостью, жестокостью и малодушием, — не может и не в состоянии понять нашу полиэтничную, многоконфессиональную русскую цивилизацию, характер нашего народа, что особенно ярко проявляется у людей, русских душою, именно в тяжелые для нашей страны периоды.

Существование нашей нелицемерной морали и нравственных основ общества — это та самая «неправильность», что мешает гегемонии Запада.

Потому наше противостояние с Западом — это противостояние цивилизационное, экзистенциальное, где у России выбор один — остаться собою или исчезнуть.

В нынешней ситуации — Запад уже не допустит той ошибки, которую совершил в 91-м, когда не пошел на расчленение России.

Не для того Запад — с его «пятой колонной» в советской номенклатуре — разваливал СССР, чтобы сейчас сохранить суверенную Россию.

Потому Запад будет пытаться дожать нас.

Отступать нам некуда — ни в пространстве, ни во времени.

Потому — будем побеждать!

На территории бывшей УССР идет ожесточенное прокси-сражение глобальной цивилизационной войны Запада с Россией. Такие цивилизационные конфликты, как и гражданские войны, не заканчиваются ничьей, они заканчиваются уничтожением одного из противников либо, как минимум, лишением его идентичности и субъектности. Именно ментальная война решает эту задачу.

В этом экзистенциальном противоборстве слабость Запада, как это ни парадоксально, — в его пусть угасающей, но — пока — доминирующей силе, в том чванливом чувстве превосходства по отношению к остальному миру, которым они проникнуты и которое не стесняются демонстрировать.

Западная цивилизация в угаре «самовозвеличивания» и абсолютизации либеральных ценностей как приоритета и единственного мерила правильности дошла, сама того не сознавая, до отрицания и отмены своих же основ!

Опровергнуты уже не только мораль и догматы христианской веры, но мир фактов, науки и знания.

Война как философская категория и мораль — тесно взаимосвязаны. Клаузевиц подчеркивал: «Моральные факторы войны составляют тот дух, который принизывает всю войну, устанавливают тесную связь с волей, которая движет и руководит всей массой сил, практически сливаясь с ней, поскольку воля сама по себе является моральной величиной…»

Важно понимать, что сегодня в условиях цивилизационного столкновения с Западом идеологические и моральные основы политики для России первичны. Технологические решения должны следовать за концептуальными, точнее, за идеологическими, а не наоборот, ибо технологии лишь инструмент, но никак не цель.

Наша политика, если она наша, а не навязанная нам (Козырев, спрашивающий Никсона: «В чем наши национальные интересы», — из этого ряда), — должна быть культурно-исторически обусловленной. 

Это политика идеалов, где важность онтологических ценностных категорий — основополагающая. 

Она масштабна и стратегична в сущности своей. 

В этом идеализме — ее прагматизм, сила и… привлекательность.

Почему война ментальная

Почему информационная война — приоритет Запада в гибридной войне против России, и почему наш приоритет — это когнитивный и ментальный уровень?

Потому что и они, и мы хотим победить, играя первым номером и — желательно — на своем поле.

Оруэлловское: «Война — это мир, свобода — это рабство, незнание — сила» — жестокая реальность Западного мира Лжи.

Информационное поле — это поле Запада, это их война.

Deep state здесь предельно тоталитарен и жестко контролирует медиапространство.

Право на истину/ производство информации — у тонкого слоя элит.

У общества — лишь обязанность потреблять информацию, но нет права решать какую — за него это определяют администраторы глубинного государства.

Разделяй и властвуй — базовая технологическая парадигма информационной войны. Ее фронты сегментированы, разделены на инфобункеры и камеры.

Информационная война — про деньги, контроль и технологии.

В ее онтологии — философия прагматизма и потребления, превалирование материального над моральным.

Фокус информационной войны весьма технологичен, детерминирован и фрагментирован во времени и пространстве, он на том, что слышат и видят, суть его — в тотальном контроле/ обладании субъекта (deep state) над информацией.

Фокус когнитивных войн, точнее операций, на том, как люди мыслят и чувствуют. Он не менее технологичен, но более размыт и метафизичен, хотя ограничен во времени и пространстве. 

Фокус ментальной войны — целостен, онтологичен и метафизичен.

Он стратегичен, весьма масштабен во времени и пространстве, концентрируется на том, кем и чем люди себя ощущают, зачем и ради чего они живут.

Результат ментальной войны, складываясь из информационного противоборства и системного когнитивного воздействия, носит эволюционный характер и зачастую необратим.

Исторический опыт нашей цивилизации показывает, что материальные факторы не первичны для устойчивости российского социума, особенно в критические периоды, к коим несомненно относятся глобальные кризисы и войны.

Это начинают понимать и на Западе.

Так, недавнее (2022 года) исследование Rand Corporation «Социальные основы национальной конкурентоспособности» показало, что жизнеспособность нации во многом определяют не ракеты и авианосцы, не заполняемость полок в магазинах и толщина кошелька, а убеждения, ценности и уровень пассионарности общества.

А совсем свежие (январь 2023 года) разработки американских военных аналитиков, опубликованные USA NATIONAL DEFENSE UNIVERSITY, показали, что одних инвестиций в информационные ресурсы и технологии уже недостаточно.

США — ставят задачу военные — должны участвовать в борьбе за стратегическую когнитивную инициативу, поскольку сочетание передовых коммуникаций с психосоциальной наукой уже изменило характер современной войны.

Они подчеркивают ту значимость и силу, которую имеют общепринятые идеи и убеждения, что передаются из поколения в поколение.

Американцы прямо заявили, что они намерены переходить от информационного доминирования к когнитивному, мировоззренческому доминированию.

Традиции, ценности, мировоззрение — это поле ментальной войны.

В ментальной войне с Западом мы имеем дело с войной двух глубинных базовых ценностных аксиом.

Налицо глубочайшая и несовместимая морально-этическая разница между Западом и Россией.

Ментальная сфера — информационная среда, образование и воспитание, духовные основы народа России, история и культура — является стратегической средой, защиту, суверенитет и целостность которой государство должно обеспечивать, обладая соответствующим инструментарием и возможностями как на внешнем контуре, так и внутри страны.

Для сохранения нашей цивилизации в экзистенциальном столкновении с Западом назрела необходимость разработки и внедрения «Национальной стратегии ментальной безопасности», включающей:

✓ четкую координацию военных, политических, экономических, дипломатических, гуманитарных усилий по противодействию ментальным угрозам;

✓ создание и эффективное функционирование центров анализа, прогнозирования, разработки и координации действий на межведомственном (национальном) уровне;

✓ развитие системы прогнозирования, мониторинга, выявления и предупреждения угроз ментальной безопасности РФ, определения их источников, выработки мер по блокировке и ликвидации последствий.

Это в стратегии, но уже сегодня необходимо:

  • работать в информационном поле на опережение в активном, наступательном характере;
  • ставить в основу не информационные, а когнитивные операции, системно переводя информационное противоборство в ментальную сферу — на поле символов, смыслов и ценностей, где за нами историческая правда.

Философия победы

Чтобы победить Запад, мы должны наперво победить его в своих головах.

Мы должны сплотиться во имя служения Отечеству.

«Стяг» — древнерусское производное от сътягати, «стягивать».

Буквально — «то, что стягивает», собирает воедино.

Специальная военная операция способствует этому.

Наши воины — участники СВО — занимаются вовсе не героизмом, они занимаются своим ратным делом: они служат Отечеству.

Нет больше жертвы, чем отдать жизнь свою за товарищей своих, за семью и дом, за народ, за Родину: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за други своя» — Евангелие от Иоанна, гл. 15 с. 13.

Смысл жизни — он же не только в ней — он вне ее.

Вспомним милиционера Магомеда Нурбагандова.

Его «Работайте, братья» — сказано было нам, и сказал он это перед Богом.

Война, какой бы она ни была: традиционная, гибридная или ментальная, не суть, — это политика.

Ментальная война — это война, блицкриг которой заключается в параличе воли противника через воздействие на его элиту и СМИ, чтобы затем их же руками развалить государственные институты, разложить армию и силовые структуры.

Нельзя победить в войне, да и просто развивать Россию, живя по несуверенной идеологии, следуя чуждым экономическим моделям, управляя через агентов влияния «недружественных» стран, чьи материальные активы находятся на чужой территории, под контролем тех, кто открыто заявляет о необходимости разрушить Россию.

Вся политическая система России, от депутатов и чиновников до институтов исполнительной власти и руководителей государственных корпораций, должна не просто на камеру «переодеться в камуфляж», а мобилизоваться по-взрослому и принять участие, каждый на своем месте, в цивилизационной войне, развязанной Западом против нас.

Речь, разумеется, идет не о милитаризации страны, а лишь о внутренней мобилизации ее политического класса, который обязан обеспечить мирное и безопасное развитие России.

В этом — экзистенциальный выбор.

В этом — метафизика момента.

В этом — идеология настоящего.

*В статье представлена личная точка зрения автора.

Правда за нами