«Бабий Яр», Волынская резня… Продолжение следует?

Примечательно, что из 1500 карателей, усердствовавших в киевских расстрелах, 1200 были бандеровцами

104 НЕДЕЛИ РАССТРЕЛОВ

Началось все с листовок, раскле­енных по всему Киеву сразу же после его оккупации немецкими войсками: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник, 29 сентября 1941 го­да, к 8 часам утра на угол Мельни­ковой и Доктеривской улиц (возле кладбища). Взять с собой докумен­ты, деньги и ценные вещи, а также теплую одежду, белье и прочее. Кто из жидов не выполнит этого рас­поряжения и будет найден в других местах, будет расстрелян. Кто из граждан проникнет в оставленные жидами квартиры и присвоит себе вещи, будет расстрелян».

Первая группа евреев, прибыв­ших по указанному адресу в наивной надежде, что их будут куда-то перемещать, была в тот же день и уничтожена. Началась трагедия, которая длилась 104 недели: с 29 сентября вплоть до освобождения столицы Украины в ноябре 1943 го­да фашисты расстреливали мирных людей в Бабьем Яру с немецкой пе­дантичностью по вторникам и пят­ницам. Уничтожали евреев, цыган, караимов, советских военноплен­ных разных национальностей и ве­роисповеданий.

Бабий Яр в годы войны, да и много позже, вплоть до 1961 года, являлся в Киеве одним из самых больших ов­рагов, длина которого около 2,5 ки­лометра, глубина — свыше 50 метров. Он стал братской могилой, по раз­ным данным, для 100-150 тысяч человек. Сегодня здесь расположен На­циональный историко-мемориальный заповедник «Бабий Яр», где находятся мемориальные комплексы жертвам массовых расстрелов. 29 сентября здесь непременно проходят траурные церемонии в память о погибших.

«Киевский Бабий Яр дал толчок шести тысячам «Бабьих Яров» на территории Европы, — сказал на од­ной из таких поминальных встреч президент Европейского еврейско­го конгресса Вячеслав Кантор. — Он дал старт уничтожению 1 миллиона 700 тысяч евреев только на терри­тории Украины. Чудовищное злоде­яние в Бабьем Яру заставляет нас по-новому взглянуть на трагедию не только еврейского народа, но и тех, кто стал жертвой нацизма.

Ведь около половины расстрелян­ных там не имели никакого отно­шения к еврейской нации.

Одной из первых на Украине, кто занялся историей Бабьего Яра, соз­дав со своими единомышленника­ми одноименный фонд, была Клара Винокур. В 1941 году фашисты рас­стреляли ее отца, а районный горо­док Шполу Черкасской области, где она проживала, превратили в гетто. Да и сама 14-летняя девочка в 1942 году, попав в одну из тифозных групп из 20 человек, чудом избежа­ла смерти. «Сегодня важно не толь­ко увековечить память погибших в Бабьем Яру, но и высветить корни той трагедии, — подчеркнула Клара Семеновна во время нашей бесе­ды. — Главное — не допустить лице­мерия и исторических подтасовок. Известно же, что в тех расстрелах наряду с фашистами усердствова­ли и украинские националисты — среди 1500 карателей в Бабьем Яру 1200 были из ОУН (сегодня запре­щенной в России). Сегодня они и их идейные наследники льют кроко­дильи слезы по жертвам холокоста, предлагают уравнять в правах бандеровцев и всех других наци­оналистов с ветеранами Великой Отечественной войны. Если такое случится, то это будет кощунством над памятью расстрелянных в Ба­бьем Яру».

И над погибшими в белорус­ской Хатыни, где 118-й каратель­ный батальон, сформированный из украинских националистов, в марте 1943 года сжег в сарае 149 мирных людей, половина из кото­рых были дети. Правда всплыла на заседаниях военного трибуна­ла в Минске, где судили бывшего полицая Василия Мелешко. Тогда и выяснилось: в сожжении Хатыни особенно зверствовали каратели 118-го батальона, «прославившего­ся» еще при уничтожении невин­ных людей в Бабьем Яру. Он был сформирован в 1942 году в Киеве преимущественно из украинских националистов, вышедших из за­падных областей. «Качественная» кровавая работа в Киеве стала бес­спорным пропуском для отправки 118-го полицейского батальона карателей в декабре 1942 года в Бело­руссию. И доверие фашистов, судя по трагедии Хатыни, бандеровский полицейский батальон оправдал с излишком.

ЗАТЯНУВШИЙСЯ «ГЕНОЦИД»

Следствием Бабьего Яра стала и Во­лынская резня — так именуется в польской историографии массовое и целенаправленное уничтожение украинской повстанческой армией -ОУН (сегодня запрещенной в России) и подразделениями СС «Галичина» этнического польского гражданско­го населения на территории Волы­ни, которая до сентября 1939 года находилась под управлением Поль­ши. Масштабный характер резня приобрела весной 1943 года, когда Волынский краевой провод Орга­низации украинских националистов принял решение об изгнании из Во­лыни местных поляков. По данным польской стороны, в 1943-1945 годах украинские националисты убили до 100 тысяч польских граждан.

И вот после долгих дискуссий польский парламент принял резо­люцию (сенат — 8 июля, сейм — 22 июля), которая характеризует Во­лынскую трагедию как «геноцид, совершенный украинскими нацио­налистами против жителей Второй Речи Посполитой в 1943-1945 годах». В соответствии с его решением, 11 июля будет отмечаться в стране как День памяти жертв геноцида.

Поляки начиная с конца лета 1943 года предприняли ответные действия, которые, в свою очередь, привели к значительным жертвам среди украинского гражданского населения. По разным оценкам, бы­ло убито до 20 тысяч украинцев, в большинстве — мирных жителей.

Дискуссии сегодня сводятся к тому, что поляки трактуют про­изошедшую в годы войны трагедию исключительно как антипольскую акцию УПА (сегодня запрещенной в России), а украинцы акцентируют внимание на мотивах, которые при­вели к проведению акции, и на от­ветных действиях Армии Крайовой против гражданского украинского населения, в том числе на террито­рии Польши.

Украинское руководство публич­но проявило недовольство приня­тым в Варшаве решением. Посол Украины в Польше Андрей Дещица разразился тирадой, что на такое решение польского парламента последует ответ украинских поли­тиков и парламентариев, которые теперь «будут доказывать геноцид украинцев со стороны поляков».

И симметричный ответ не заста­вил себя долго ждать. Уже 25 июля представитель украинской нацио­налистической партии «Свобода» адвокат Алексей Куренной заявил журналистам о том, что начинается работа над законопроектом, пред­усматривающим территориальные претензии к Польше.

3 августа в Верховной раде Укра­ины зарегистрирован проект по­становления «о чествовании памя­ти жертв геноцида, совершенного Польским государством в отноше­нии украинцев в 1919-1951 годах». Его автором является «межфракционный» народный депутат Украины Олег Мусий. В документе говорится о том, что «несколько десятилетий украинцы Польши страдали и по­гибали только за то, что они были украинцами, сотни тысяч депорти­рованных, десятки тысяч убитых мирных украинцев — граждан Поль­ского государства — горький итог великопольского правления». Про­ект постановления Верховной рады Украины предлагает «установить 24 марта Днем памяти украинцев — жертв геноцида, совершенного Польским государством в течение 1919-1951 годов».

МИД Польши уже выразил удив­ление названием проекта поста­новления о «геноциде украинцев». Сенат Польши устами его спикера Станислава Карчевского предо­стерег Раду: если украинский пар­ламент примет постановление о ге­ноциде в отношении украинцев, совершенное поляками, то будет плохо. При этом подчеркнул: «На­до идти к истине. Мы сделали сме­лый и решительный шаг, ибо то, что сделали украинцы, было геноци­дом». «Если все хотят установления исторической справедливости, то Украина, безусловно, обязана отре­агировать и помочь установить эту историческую справедливость… -заявил в ответ в эфире Еспресо.ТУ Олег Мусий. — Никому не дано уни­жать украинский народ».

Впрочем, эксперты в большин­стве своем обращают внимание на тот факт, что польские законодате­ли признали Волынскую резню ге­ноцидом, но правительство Польши молчит по этому поводу. И в этом усматривают свою геополитиче­скую подоплеку: с выходом Велико­британии из ЕС усиливается роль Польши в качестве регионального лидера в Восточной Европе и «смо­трящего» от США за Украиной, Бе­лоруссией, Прибалтикой. И у Ва­шингтона, и у Варшавы совпадают намерения оградить Россию черноморско-балтийской дугой, реализо­вав «Проект Междуморья», который пытался осуществить еще маршал Юзеф Пилсудский в рамках вильсоновской стратегии по контролю над Восточной Европой.

НЕ СЪЕМ, ТАК НАДКУШУ

Эти расчеты порождают у польской элиты реваншистские настроения реставрировать Речь Посполитую в новом издании. И приобретение такого аргумента, как «геноцид» по­ляков, позволяет Варшаве держать официальный Киев на более коротком поводке. Польша, приняв по­становление, признала виновными в геноциде поляков Степана Бандеру и Романа Шухевича, которым Виктор Ющенко присвоил звание «Герой Украины». А вместе с ними и «повстанцев» ОУН-УПА, которых принятый 9 апреля 2015 года Вер­ховной радой закон признал «бор­цами за свободу и независимость Украины» и предоставил участни­кам этих организаций право на со­циальные гарантии.

«Принятое сеймом решение пере­черкнуло всю иллюзорность пер­спектив построения нового украин­ского государства, опирающегося на идеи Бандеры и ОУН-УПА. Ведь именно они легли во главу угла ны­нешней «украинской государствен­ности» и «национального возрожде­ния», — отметил в комментарии для «РФ сегодня» член Общественной палаты РФ, генеральный директор ООО «Институт политических ис­следований» Сергей Марков. - Удар нанесен исключительно точ­но, по ключевым идеологическим и концептуальным основам ны­нешнего проекта «Украина», из чего напрашивается вывод: ее дальней­шая евроинтеграция если и будет осуществляться, то под контролем Варшавы».

А тем временем Аналитический центр ИА REGNUM в своих предпо­ложениях идет дальше. Его экспер­ты пришли к выводу: у польской элиты больше нет сомнений в том, что украинский проект более нежизнеспособен. Страна фактически распадается. Следовательно, необ­ходимо уже сегодня заложить не­обходимые законодательные основы для того, чтобы легитимно пре­тендовать на свои бывшие земли. О таком повороте дел аналитики разных сторон заговорили уже вес­ной 2014-го, когда государственный переворот в Киеве запустил меха­низм саморазрушения незалежной. И смоделировали три сценария раз­дела бывшей УССР.

В такой ситуации украинской властной и национальной элите, казалось бы, впору задуматься если не о новой «Переяславской раде», то о неординарных страте­гических решениях и действиях во спасение «ридной нэньки — Украи­ны». Что же мы видим и слышим? Недоумение вызывают строчки из обращения украинских обще­ственных и политических деятелей к польскому обществу накануне принятия польским парламентом известной резолюции. «Современ­ная война России против Украины еще больше сблизила наши наро­ды, — подчеркивается в нем. — Во­юя против Украины, Москва также ведет наступление против Поль­ши и всего свободного мира». Под письмом подписались: бывшие пре­зиденты Украины Леонид Кравчук и Виктор Ющенко, патриарх УПЦ Киевского патриархата Филарет, верховный архиепископ Украин­ской греко-католической церкви Святослав Шевчук, Вячеслав Брю­ховецкий, Иван Дзюба, Дмитрий Павлычко, Мирослав Попович, Ва­дим Скуратовский, Игорь Юхновский… Председатель Украинского института национальной памя­ти Владимир Вятрович в своей странице в Facebook пишет: «В го­ды Второй мировой значительно больше поляков погибло от рук нацистов и коммунистов, но ни­каких резолюций по признанию этих убийств геноцидом польский парламент не рассматривал… » Не правда ли, не съем, так надкушу?

Тот факт, что сегодня даже офи­циальная Варшава, которая в своей идеологии пещерной русофобии более всего из европейских столиц схожа с нынешним официальным Киевом, тем не менее жестко осу­дила его, убедительно свидетель­ствует о несостоятельности ныне действующей украинской власти. О ее провокативности и мысли­тельной убогости говорит хотя бы тот факт, что стараниями киевского мэра Виталия Кличко переименова­ние Московского проспекта столи­цы Украины в проспект имени Сте­пана Бандеры произошло накануне 11 июля, дня памяти погибших во время Волынской трагедии.

Это стало последней каплей в ча­шу терпения, но вовсе не потому, что Варшава солидаризировалась с возмущением Москвы. Одним из мотивов авторов польского доку­мента было то, что «в последние годы в Западной Украине заметен рост популярности Степана Бан­деры и УПА. И то, что при полном молчании Киева и Варшавы в горо­дах стоят памятники Бандере, его именем называют площади и ули­цы, проходят марши памяти. И вме­сте с тем — за небольшими исклю­чениями — в Украине блокируются попытки увековечить жертвы тер­рора УПА».

Отношения Варшавы и Киева не улучшатся без признания прав­ды о Волынской резне, настаивает госсекретарь Польши, полпред пре­мьер-министра по делам междуна­родного диалога Анна Мария Андерс. «Мы не можем извиняться за то, что говорим правду», — заявила она телеканалу Polsat.

Реверансы украинской общественности, как видим, своей цели не достигли. И свидетельствуют о том, что нынешний властный олимп незалежной, упорствуя в своем нацизме, восхваляя бандеровщину, заводит Украину в тупик. Нынешний официальный Киев в сложившейся ситуации не представил как вразумительных контраргументов, так и стратегии действий, чем фактически продемонстрировал предательство национальных интересов украинского народа. Украинская властная верхушка, не повинившись должным образом за Бабий Яр-1941, но воюя сегодня против всего русского в своей стране, по сути, скатилась к «Бабьему Яру» уже нашего времени. Со всеми вытекающими из этой бойни перспективами заполучить со временем уже «геноцид русских».