Зима лета мудренее

Вроде бы договорились

Глава комиссии ЕС по энергетике Гюнтер Эттингер и наш российский ми­нистр энергетики Александр Новак на пресс-конференции не скрывали удов­летворения. Удалось сблизить интере­сы и Москвы, и Киева. Уже в октябре начнутся поставки газа на Украину. Обязательный объем их — 5 миллиар­дов кубометров, а при необходимости — и больше. Стоимость газа — 385 дол­ларов за тысячу кубометров. Именно эту цену Россия предлагала еще в мае. Приняты и ее условия возобновления поставок: рассчитаться по безуслов­ному долгу (по нему нет споров). Это 3,1 миллиарда долларов, а вся задол­женность — 5,3 миллиарда. В октябре Киев должен перечислить 2 миллиар­да и до конца года еще 1,1 миллиарда долларов. Еврокомиссия берет на се­бя гарантию возврата оставшихся 2,2 миллиардов долларов, если Стокгольмский арбитражный суд примет реше­ние в пользу России. И еще одно усло­вие — предоплата будущих поставок.

Москва не отступила со своих прежних позиций, но и не пыталась воспользоваться ситуацией и добиться дополнительных «бонусов». Впрочем, она их все-таки получила. Евросоюз постоянно говорит о ненадежности поставок газа из России через Укра­ину. И ударение делается на «из», хо­тя надо бы «через». Потому что и при прошлых конфликтах газ закачивался в украинскую трубу, но не доходил до западной границы — до потребителя. Вину за это ЕС возлагал на поставщи­ка, с которым заключал контракт, хотя все прекрасно знали причины исчезно­вения топлива. На этот раз выяснять отношения со странами — членами ЕС, перекрывать транзит, будем надеяться, не придется. Не столь оптимистичным был украинский министр топлива и энергетики Юрий Продан. Позиция Ки­ева, заявил он, не изменилась и окон­чательного решения по долгам еще нет. Получается, «зимний план» обсуж­ден, но не принят. Предстоит еще одна трехсторонняя встреча.

По словам Юрия Продана, 3,1 мил­лиарда долларов — это не оплата про­шлого газа, а предоплата будущего. Не устраивает Киев и предложенный по­рядок расчетов. То ли Украина вновь отказывается от долга, то ли пытает­ся вынудить ЕС оплатить его. Иной, по мнению Продана, должна быть и формула цены газа. Как ни странно, премьер-министр Арсений Яценюк, главный противник договоренностей с Россией, если верить СМИ, готов заключить временное соглашение до окончания разбирательства в Арби­тражном суде. Все еще впереди. После берлинской встречи можно говорить о передышке, но не выигранном сражении, тем более войне. Украина втя­нулась в нее, не задумываясь о неиз­бежных последствиях для себя, чтобы угодить стану сильных.

Цена русофобии

Арсений Яценюк очень четко опреде­лил интересы и цели новой постмайдановской власти.

— Мы работаем на то, чтобы пере­жить зиму, выстоять, уменьшить зави­симость от российского газа. За 10 лет, уверен, мы настолько диверсифициру­ем источники получения газа, что на­всегда избавимся от шантажа России…

Лексика, конечно, не для серьезно­го политика, но Яценюк никогда им не был. И вряд ли станет. Но это его личные проблемы. Жаль только то, что они усугубляют беды Украины и ее граждан. Многие годы украинская экономика держалась на дешевых энергоресурсах, поставляемых стране-соседу, в которой живут миллионы со­отечественников. Стране — члену СНГ, стратегическому партнеру. Но дружба и партнерство не заладились, а при­вычка к соседской поддержке оста­лась и даже усилилась. Потому что и металлургия, и химическая промыш­ленность без дешевого газа станови­лись неконкурентоспособными. От­сюда и вся «зависимость» — газ нужен, а купить не на что. Отсюда и крики о «шантаже» — Россия начала настаи­вать: нужен газ — покупайте. Только настаивать — за все постсоветские годы от Киева впервые потребовали платить по рыночной цене.

О необходимости преодолеть за­висимость от российского газа пер­вой громко заговорила еще Юлия Тимошенко — политическая «мама» Яценюка. Она предложила сценарий спасения Европы в целом и Украины в частности. Проект хотя и получил кра­сивое имя «Белый поток» (по аналогии с хлопком), но был стандартно прост и бесхитростен, как просьба ребен­ка о чуде. Вытеснить российский газ премьер-министр собиралась каспий­ским — туркменским и азербайджан­ским. Для этого расписала ему марш­рут: Туркмения — акватория Каспия — Азербайджан — Грузия — Украина (Крым) — Европа. Как позже удивились в МИДе Туркменистана, республику даже не поставили в известность о намечаемой «стройке века». Юлия Ти­мошенко несколько лет навязывала свой проект руководителям ЕС — не уговорила. Они тогда были очарованы проектом «Набукко», нацеленным на тот же Каспий. Но Туркменистан не заинтересовался европейскими обе­щаниями, а у Азербайджана просто не оказалось нужных объемов газа.

Как ни странно, «эстафету осво­бождения» у Тимошенко перехватили Виктор Янукович и глава правитель­ства Николай Азаров. Их инициати­вы были не столько экзотичны, но не менее грандиозны, дорогостоящи. И совершенно нереальны — самообе­спечение Украины сланцевым газом, производство синтетического газа, газификация угля. Правительство Азарова даже взяло кредит (около 4 миллиардов долларов) у китайского госбанка на строительство пяти за­водов по газификации угля. Вскоре от этого проекта отказались — сочли его нерентабельным.

Конфликт с Россией, обусловлен­ный им дефицит природного газа породили новую волну «заместитель­ных» идей. Их комплексно оценило министерство финансов и подготови­ло сценарий выживания, включающий восемь рекомендаций. Каждая из них вполне дееспособна сама по себе и где-то в каких-то ситуациях подтвер­дила свою эффективность. Действи­тельно необходимо избавляться от энергозатратных технологий на про­изводстве и в быту. Несомненно, мож­но использовать в теплоэнергетике вместо природного газа водоугольные смеси. Правда, для этого нужны мало­сернистые угли, а на Украине они, увы, высокосернистые. Вполне разумно в соответствующих условиях и на соот­ветствующем оборудовании занимать­ся газификацией угля, производством синтетических газов для химических предприятий. Одно это, как обещают, сэкономит 2 миллиарда кубометров природного газа. Несомненно, хорошо бы наращивать его собственную добы­чу. В Днепропетровско-Донецкой впа­дине еще советские геологи открыли 43 газоконденсатных и газонефтяных месторождения. Их разведкой, под­счетом запасов заниматься не стали — кладовые находятся на глубине более 5 километров. Добыча из таких глубин крайне дорога и требует сложной тех­ники.

Еще одна альтернатива — строи­тельство морских терминалов для приема СПГ — сжиженного природ­ного газа. Тоже вариант — только со­вершенно не подъемный для близкой к коллапсу украинской экономики. В общем, хорошо бы нам поймать кита большого! Было бы понятно, если бы этот труд подготовили пропаганди­сты из агитпалатки на майдане для поддержания бодрости духа «револю­ционеров». Ну а то, что его авторы — серьезные финансисты, удивительно. Им бы честно посчитать все выгоды от «зависимости», развивать и укре­плять ее, а не искать поводы для обид и конфронтации. Советское наслед­ство Украины — одна из крупнейших газотранспортных систем в мире. «Газ­пром» — владелец огромных объемов топлива, «Нафтогаз» — транзитной ма­гистрали. Объединившись, они стали бы ведущей структурой европейского газового рынка — и самой эффектив­ной. Но от всех предложений о пар­тнерстве Киев отказывался наотрез. Даже предложение создать совместное предприятие по добыче и транзиту то­плива отверг, а оно обещало Украине низкие цены на газ, модернизацию ГТС, рост поступлений в бюджет.

Говорят, что в прошлом году Вик­тор Янукович понял это. К сожалению, поздно. Ну а дальше началась война. Свергнувшей его власти хотелось все­го и сразу — и места в Евросоюзе, и топлива по цене как для стран Тамо­женного союза или хотя бы «как при Януковиче». По 286,5 доллара за 1000 кубометров. Но таким дешевым газом, как якорем, Россия пыталась удержать Украину на своей интеграционной ор­бите. Со сменой ее орбиты пропала и необходимость в «якоре». Майдановский беспредел Арсений Яценюк пере­нес и в экономику: или соглашайтесь на нашу цену, или не получите ничего. Более полугода «Нафтогаз» получал топливо «бесплатно». В одном из вы­ступлений Арсений Яценюк патрио­тически доказывал, что по-другому и нельзя.

— Украина не будет вытягивать из кармана 5 миллиардов долларов в год для того, чтобы Россия покупа­ла на них оружие, танки, самолеты и бомбила наши территории.

Новой власти очень нужна была газовая война. Экономику обрекли в жертву политике, ради разжигания русофобии. Ее последствия для стра­ны и народа значения не имели. Но­востной сайт «Вопросик» рассказывает о предзимней Украине. В большинстве домов нет тепла и горячей воды. По­требление газа упало на треть, цена его возросла на 50 процентов. Для нормального прохождения зимы не хватает 10-12 миллиардов кубометров газа. Не созданы запасы угля — расчет на импорт. Донбасс — основной его поставщик — разбомблен. АЭС загру­жены полностью и не компенсируют дефицит тепловой электроэнергии. Практически все отрасли экономики убыточны. Упали объемы производ­ства, розничной торговли, курс гривны (национальной валюты). На 40 процен­тов сократилось поступление нало­гов. Большую часть средств в бюджет давали Донецк и Луганск, вышедшие из-под контроля власти. Западные же области всегда были дотационны.

Война на юго-востоке разоряет казну. Внешний долг уже превысил 70 миллиардов долларов. До конца года Украине, чтобы избежать дефолта, не­обходимо выплатить 9,2 миллиарда долларов. Средств на покупку газа нет. Рассчитаться с «Газпромом» за долги поможет МВФ. Он уже выделил для этого 3,1 миллиарда долларов. Чтобы оплатить 5 миллиардов кубо­метров, о которых уже договорились на трехсторонней комиссии, нуж­но еще 19,2 миллиарда. И поскольку украинское правительство полностью потеряло доверие, топливо будет по­ставляться только по предоплате. «Нафтогаз» предупредил о четырехкрат­ном повышении стоимости газа и для экономики, и для населения. И в такой полукатастрофической ситуации глав­ная забота правительства — как пре­одолеть зависимость от российского газа. Но, по мнению экспертов — заме­нить его просто нечем.

Для нормальной жизни и работы Украине надо ежегодно импортиро­вать 30 миллиардов кубометров газа. Надежда главы правительства — полу­чить в будущем году эти 30 миллиар­дов кубометров с помощью реверса из европейских стран — обман или само­обман. Не будет этих 30 миллиардов. К тому же за них тоже необходимо платить. Да и на снижение зависимо­сти они повлиять не могут — эти мил­лиарды тоже российские. Президент Петр Порошенко надеется с помощью американских фирм освоить добычу сланцевого газа. Основные его запасы — в месторождениях на юго-востоке. По мнению некоторых обозревателей, цель необоснованных, немотивирован­ных разрушений населенных пунктов на Луганщине — «очистить» терри­торию под будущие промыслы. Сын вице-президента США Джо Байдена Роберт Хантер Байден непосредствен­но занимался подготовкой кадров для майдана. Сейчас он один из руководи­телей компании, которая будет разра­батывать сланцевые залежи. Вот та­кие бывают совпадения. Больше того, американцы намерены использовать украинскую ГТС, чтобы «залить» Евро­пу дешевым сланцевым газом. Поэто­му ДНР и ЛНР для них крайне опасны.

Корысть попутала

Руководители Евросоюза, помогав­шие майдановской команде совершить переворот и захватить власть, могли бы сразу загасить вспышки газовой войны. Но они и сами страдали от зависимобоязни. Первый российский газ пришел в Центральную и Запад­ную Европу еще в 1967 году. Его по­ставки быстро росли. По настоянию США страны — участницы НАТО уста­новили для себя «потолок» — «враже­ское» топливо не должно превышать 17 процентов общего его потребления. После развала СССР опасения разве­ялись. Да и корысть побуждала брать дешевые российские нефть и газ. Их доля на европейском рынке углеводо­родов составляет около 60 процентов. А тут еще и Россия, незаметно окрепнув, заговорила о равенстве своих прав и интересов с западными стра­нами. Неожиданные заявки возродили былые страхи. Недавно французская газета «Slate» опубликовала статью с предельно откровенным заголовком — «Европа в отчаяньи». И вызвано оно растущей энергозависимостью от России. Европа уже импортирует более половины потребляемого га­за. Пугает и структура импорта — 64 процента его приходится на Россию. Если тенденция не изменится, то к 2030 году покупное топливо составит уже 80 процентов. И отказаться от него просто физически невозможно. XXI век — золотой век газа. Он столь же значим сейчас, как уголь в XIX, а нефть — в ХХ веке. Для Европы еще более значим. Она сегодня — главный загрязнитель атмосферы. Вытеснить уголь из электро- и теплоэнергетики способен только газ. Поддерживать конкурентоспособность экономики — тоже только он. Страны ЕС обладают 2,2 процентами мировых запасов газа, а потребляют 18 процентов его. Кто виноват? Россия, разумеется, у кото­рой в 11 раз больше газа, чем во всем ЕС. Парадокс: и брать у нее газ нельзя, и не брать — нельзя.

— Рынок Евросоюза для нас — ры­нок номер один, и мы для Европы поставщик номер один, — не без гор­дости заметил, выступая на междуна­родном Сочинском форуме глава «Газ­прома» Алексей Миллер.

Казалось бы, и Евросоюзу следова­ло бы радоваться и гордиться — имеет поставщика, располагающего 17 про­центами мировых запасов газа. Но не гордится и не радуется — впал «в отча­яние». «Нам нужно завершить форми­рование внутреннего энергетического рынка, рациональнее использовать энергоресурсы и лучше осваивать то, что имеем», — требует Еврокомиссия. Она утвердила на 2014-2020 годы 33 инфраструктурных проекта, критиче­ски важных для энергетической без­опасности. Странам ЕС придется не только выделить деньги на них, но и поступиться частью государственного суверенитета ради усиления общей энергетической безопасности. Чтобы противостоять России — об этом го­ворится открыто, без излишних ди­пломатических опасений ее ответной реакции. Чиновники в Брюсселе твер­до уверены в том, что никуда мы не денемся, что они нужнее нам, чем мы им. Точнее, были уверены до недавне­го времени — до заключения с Китаем самого крупного в мире газового контракта. 1 сентября взял старт газопро­вод «Сила Сибири».

Идет подготовка к заключению еще одного соглашения. Новая магистраль пойдет в КНР из Западной Сибири. За­интересованы в российском газе Юж­ная Корея, Япония. Их не пугает зависи­мость от него. Спрос на энергоносители в Юго-Восточной Азии растет стреми­тельно, и вскоре в разы превысит евро­пейский. Как образно заметил один из аналитиков, ЕС угодил в китайский кап­кан. Теперь Евросоюзу надо больше за­ботиться не об Украине, а о себе самом. Россия по-прежнему заинтересована в европейском рынке — в этом году наши поставки составят 185 миллиардов ку­бометров газа. Но крупный, надежный партнер (или партнеры) в Азии укре­пляет российские позиции и в Европе. Два крыла всегда надежнее одного.

ЕС не оставляет надежд найти за­мену России. Барак Обама, опасаю­щийся укрепления отношений Ев­росоюза (стран НАТО) с Россией, в прошлом году пообещал «залить» Ев­ропу дешевым сланцевым газом. Но обещать — не жениться. Во-первых, экспорт энергоресурсов запрещен законом. Во-вторых, американский серьезный бизнес будет противиться выводу их, чтобы не допустить ро­ста цен. В-третьих, сначала нужно построить заводы и инфраструктуру для производства и транспортировки СПГ. Вспомним пословицу: за морем телушка — полушка… В Европе уже выстроено несколько заводов для при­ема СПГ из Катара. Они простаивают второй год — европейские цены не устроили катарцев, и газ уплыл в Юго-Восточную Азию. Европа фактически осталась без сжиженного газа по вине излишних амбициозности и недоговороспособности чиновников Брюсселя.

Пример такой недоговороспособности — судьба «Южного потока». Еврокомиссия фактически запретила его строительство, чтобы ограничить возможности «Газпрома» и загрузить украинскую ГТС. Когда-то Европа стала родиной капитализма и конку­ренции. Сейчас она сама себя коррек­тирует, пытаясь создать управляемый капитализм и управляемый, по ее усмотрению, разумеется, рынок. Для этого Брюссель прибегает к политике «разделяй и властвуй». Три года на­зад его приоритетом был проект «Набукко», ради которого задерживалось согласование документов по «ЮП». Сейчас ЕС шефствует над проектами Транскаспийского и Трансадриатиче­ского газопроводов. Ради этого брюс­сельские чиновники попытались пере­ссорить пятерку каспийских стран. Как показал саммит глав каспийских государств в Астрахани, этого руко­водители ЕС не добились. Так что ка­спийская альтернатива «Газпрому» не удалась. Пока, во всяком случае.

Теперь все надежды связаны с Ира­ном — лидером по запасам газа. Но ЕС — инициатор санкций, наложенных на Иран за его работы с высокообогащенным ураном. Их приравняли к попытке создать ядерное оружие. Тегеран знает своих обидчиков и умеет помнить оби­ды. В любом случае «Газпрому» стоило укрепить отношения с Ираном и Тур­кменистаном, чтобы выступать, если не удастся создать структуры типа ОПЕК, единым фронтом. Это самые богатые газом страны: Иран — лидер, Москва — на втором месте, Туркмения — на четвертом. Больше половины мировых запасов природного газа принадлежит им. И если ЕС собирается иметь еди­ного покупателя топлива на весь Союз, то и продавцам его тоже следовало бы сплотиться…

Осень — пора анализа заканчиваю­щейся газовой войны. Потери Украины очевидны. Их повседневно ощущают на себе все ее жители — дефицит га­за, угля, электричества, горячей воды, инфляция. ЕС тоже оказался задетым. Его урон, прежде всего, моральный, хотя и пришлось потратиться на под­держку Украины. Россия убедилась, что нельзя доверять руководящей вер­хушке Союза. Пострадал и «Газпром» — потеряна часть доходов, замороже­ны более 5 миллиардов долларов. Еще важнее — удар по его репутации, ав­торитету. Западная пресса как по ко­манде дружно обвиняла его во многих смертных грехах. Обвиняла напрасно, без оснований. Концерн сделал все, что мог, чтобы избежать ненужного конфликта и до последней возможно­сти не прекращал поставки газа. И нет полной уверенности, что с ним хотя бы частично расплатятся в октябре…