День знаний раскрывает кошельки

Родительский ажиотаж накануне нового учебного года не меняет­ся из года в год. Все так же папы и мамы тянут до последнего. Все такое же столпотворение на школьных ба­зарах, а в гипермаркетах — у секций школьных принадлежностей. В специа­лизированных магазинах тоже не про­толкнуться. По школьным ярмаркам, которых в Москве насчитывается более пятидесяти, бродят толпы оза­боченных и замороченных родителей. Словом, все как всегда — высокий спрос, богатое предложение товара, увы, зачастую некачественного, до­рогая форма и полупустые кошельки.

 

Однако на этот раз ситуация ради­кально изменилась. Если раньше рост цен на товары для школьника в среднем составлял максимум пять- j шесть процентов, то в нынешнем году произошел резкий скачок. Как сообщил журналистам руководитель Департамента торговли и услуг горо­да Москвы Алексей Немерюк, сегодня собрать ребенка в школу будет стоить в среднем около тринадцати тысяч рублей. Это на 11-15 процентов больше, чем в прошлом году.

 

Лучший барометр — оцен­ки родителей. Для этого не обязательно проводить обстоятельные социологи­ческие исследования. А если уж обратиться к опросам социологов, то, по данным ВЦИОМ, опросившего в минувшем августе родителей, при под­готовке ребенка к школе в этом году придется потратить почти в полтора раза больше, чем в прошлом году — 20 026 рублей против 13 628. Даже при­выкшие к неожиданным результатам социологи поражены: столь дорого школьные сборы, по их словам, не об­ходились еще никогда. Так, по отноше­нию к прошлому году прирост соста­вил 47 процентов, а относительно 2005 года — 225 процентов. И все же лучше оценить ситуацию на собственном при­мере, своими глазами увидеть, что се­годня творится с ценами на школьные товары. Чтобы разобраться в динамике цен, надо было всего лишь зайти в ма­газин и послушать, что говорят покупа­тели. Наслушался всякого. Сколько лю­дей, столько и мне­ний. Но в одном все москвичи сошлись — цены словно с цепи со­рвались.

 

-    В прошлом году купила сыну ранец, китайский, за две тысячи, — делится с подругой молодая мама. — С ортопедической спинкой, с карма­нами, отделениями, в комплекте даже мешочек был для сменной обуви. Так он его истерзал за год. Теперь рюкза­чок стоит почти три тысячи. Я уж луч­ше куплю подороже, но более прочный.

 

- Это если у вас деньги есть, — всту­пает в разговор двух приятельниц по­жилая женщина, — а я вот в семье вну­ку должна купить тетрадки, ручки, ка­рандаши, пенал, краски, а также кисти, альбомы, дневник, — загибает пальцы женщина. — В прошлом году заплати­ла за все про все около одной тысячи рублей, а нынче, гляжу, полутора тыся­чами не обойдусь. Это же десятая часть моей пенсии!

 

- Безобразие! — вслух возмущается на другом конце магазинного разва­ла чья-то мама. — Хотела племяннику кроссовки купить, думала, семьсот-восемьсот рублей выложу, а тут чуть ли не в два раза больше.

 

Недовольны все покупатели. Даже те, кто не привык вслух ничего ком­ментировать, озабоченно поднимают брови. Удивляться есть чему. Имеется лишь одно объяснение, почему так рез­ко взлетели цены на товары для шко­лы, которые не содержат никакой, как принято сегодня говорить, «импортной составляющей». С точки зрения произ­водителей это якобы объясняет значи­тельное повышение цен на отечествен­ные товары. Ткань импортная, нитки завозные, оборудование зарубежных марок и тому подобное. Однако, ду­мается, причина совершенно в дру­гом — в их стремлении воспользо­ваться ситуацией и хорошенько под­заработать на ажиотаже, ведь папам и мамам, бабушкам и дедушкам деваться некуда. Они все равно станут покупать ранцы, авторучки и кеды, чтобы их ча­да не были «хуже других».

 

Причем в последние годы семьи начали разрастаться — спасибо мате­ринскому капиталу. Вчерашние дети из «маткапиталистов» сегодня массово идут в первый класс. В семьях ныне не ограничиваются одним-двумя детьми, соответственно, школьников в одной только «ячейке общества» становится все больше и больше. Стало быть, и расходы увеличиваются. Хорошо хоть, что сегодня не надо тратиться на приобретение учебников —  государство выделяет их бес­платно.

 

Зато придется раскошелиться на учебники электронные, кото­рые вводятся с начала нынешнего учебного года. Конечно, за их исполь­зование никто и копейки не возьмет, но электронную учебную библиотечку надо ведь на чем-то смотреть и читать. Значит, родители будут вынуждены выкладывать деньги за планшеты или легкие нетбуки. Далеко не всюду эти гаджеты раздают ученикам безвоз­мездно — утром в школе получают, к вечеру сдают. Не все родители могут позволить себе такие расходы.

 

Разумеется, есть немало тех, кто готов пойти на любые траты, лишь бы обе­спечить своего ребенка всем необходи­мым и качественным. Они метут все, что надо и не надо, исполняют любую просьбу подростков. Желаешь супер­модный ранец, будет тебе школьный рюкзачок. Не нравятся тебе эти крос­совки для спортивной формы, купим другие. Но таких людей — единицы. Большинству же приходится считать каждую копейку. Цены ведь растут буквально по всем категориям това­ров, а зарплата остается на прежнем уровне.

 

Обратимся к официальным дан­ным региональных статистиков, кото­рые обобщили коллеги из ТАСС. Так, в Брянской области собрать в нынешнем году в школу мальчика стоит в сред­нем 22 417 рублей, а девочку дороже -27 411 рублей. Еще год назад сборы в школу мальчика обходились примерно на три тысячи меньше, а девочки — на пять. Рост цен, следовательно, составил свыше пятнадцати и более шестнадцати процентов соответственно.

 

В комплект уче­ника средней школы обычно входят несколько смен верхней одежды и бе­лья, спортивный костюм, трикотажная шапка, ботинки, полуботинки, крос­совки, туфли-сандалии, сменная обувь, резиновые сапоги, ранец, семь носовых платков, кипа школьных тетрадей, несколько альбомов для рисования, примерно по семь штук авторучек и карандашей, три-четыре учебных по­собия. Плюс расходы по мелочам. При­чем учитывались, по данным Брянскстата, только недорогие товары.

 

У мам и пап из Орловской области расходы на первоклассника составят около пятнадцати тысяч рублей. Ми­нимальный набор канцелярских това­ров вместе с неимпортным ранцем в Астраханской области, без учебников и формы, будет стоить в районе двух тысяч рублей. Еще год назад такой комплект стоил пятьсот рублей — пры­жок цен в четыре раза. Стоимость школьной формы, таким образом, в регионе выросла по сравнению с про­шлым годом на пятнадцать-двадцать процентов.

 

Такая тенденция наблюдается и в других краях и областях страны. Ска­жем, один лишь пиджак для старше­классника, скромный, не фирменный, не импортный, будет стоить свыше двух тысяч рублей. Не ушла дале­ко от цен на одежду и цена на канцтовары — рост в ряде областей в среднем до двадцати пяти процентов. Если в прошлом году пол­ный комплект школьных канцелярских принадлеж­ностей в вышеупомянутой Астраханской области стоил полторы тысячи рублей, то в этом году — до двух с половиной тысяч. И это без учета ранца. За него придется выложить три ты­сячи рублей, если вы хотите, чтобы это был портфель, соответствующий всем требовани­ям, — ортопедическая спинка, жесткий каркас, широкие регулируе­мые лямки, светоотражатели. Такие товары в нашей стране изготавливаются в небольших количествах, да и качество оставляет желать лучшего, поэтому родители, не эконо­мя на здоровье ребенка, покупают им­портные. А цены на любой товар из-за рубежа, как известно, ныне взлетели до небес.

 

Если перечислять дальше, то под­готовка школьника к началу учебы в среднем в Хабаровском крае обойдется в двадцать тысяч рублей для мальчи­ка и двадцать пять тысяч для девочки. В Карачаево-Черкесии набор необходи­мых вещей для школьника будет стоить в среднем до двадцати тысяч рублей. В Новосибирске цены скромнее — око­ло десяти тысяч рублей, однако такова минимальная цена, существующая на школьных ярмарках. В магазинах же придется выкладывать суммы, которые на двадцать процентов выше базарных. В Свердловской области — около сем­надцати тысяч рублей.

 

Как горько шутят учителя, скоро пер­вое сентября, школа гостеприимно рас­пахнет кошельки родителей. Конечно, школу винить в таком резком взлете цен нелепо. «Благодарить» надо в пер­вую очередь тех, кто проводит в жизнь экономическую политику. Катящийся вниз рубль заставляет толкать вверх цены, причем не только на импортные, но и на отечественные товары. От мно­гого семьи в нынешние сложные време­на могут отказаться. Например, ограни­чить себя в еде, одежде, поездках за ру­беж и даже по родной стране. Многие готовы потерпеть «назло надменному соседу». Россияне могут забыть о при­вычке ежегодного приобретения новой электроники, еженедельного хождения по кафе и ресторанам, посещения теа­тров и кино, выработанной в последние «тучные» годы.

 

Словом, пойдут на любые жертвы, но только не в отношении своих де­тей. Никто не хочет, чтобы его ребенок выглядел и был экипирован хуже, чем другие дети. Давно известно, как ревностно родители следят, кто какой бу­кет цветов принес на первое сентября. Кому же охота выглядеть скупердяем среди собравшихся на первосентябрьские торжества пап и мам однокласс­ников?

 

Однако одно дело, когда школьный набор покупают богатые родители, и совсем другое — малообеспеченные семьи. Нынешний кризис ударил по ним особенно сильно. Хорошо хоть в последние годы родители не платят за учебники, иначе вместе с расходами на приобретение рабочих тетрадей, мето­дической литературы и учебных посо­бий, которые они должны приобретать на собственные деньги, пришлось бы тратиться и на них. А они тоже резко подорожали.

 

Добавьте к этому высокие требова­ния, установленные Роспотребнадзором, относительно веса ранцев и учеб­ников, расцветки, качества материалов школьной формы и даже шрифта в пособиях, и становится понятным, что за это тоже придется доплачивать. Так, для ученика начальных классов экипи­ровка должна весить не более 300 грам­мов, для старшеклассников — вдвое больше. Вес портфелей — не более 700 граммов. Продуманы такие мелочи, как длина плечевого ремня (600-700 мм). А соотношение веса ранца с учебниками и тетрадями должно составлять один к десяти.

 

Можно, конечно, купить ранец рос­сийского или китайского производства за две тысячи рублей. Но твердой га­рантии, что этот заплечный портфель прослужит до конца учебного года, нет никакой. А вот импортный школьный рюкзак с прочной ортопедической спинкой, который можно найти в спе­циализированных магазинах, может долго выдерживать от учеников «не­почтительное» к себе отношение. Но и стоит он в разы дороже.

 

А если приплюсовать негласные роди­тельские расходы в течение учебного года на необходимую школе оргтех­нику, на ремонт и украшение класса, оплату работы фотографов, то семьи победнее и вовсе окажутся в большом денежном минусе. Правда, как прави­ло, школьная администрация, как за­верили меня в одной из средних школ Москвы, не просит денег. «Мы даже не намекаем на такие выплаты, так как за поборы нынче больно бьют, — говорит школьная администрация. — Кто-то из родителей пожалуется, директора мо­гут уволить в два счета». По их словам, чаще всего сами родители, видя, как «щедро» финансируется средняя школа, в которой учится их сын или дочь, ста­новятся инициаторами сборов «на шко­лу». Они договариваются между собой, какой должна быть помощь. Кто-то по­купает оргтехнику в виде благотвори­тельного акта, кто-то приобретает кан­целярские товары, а кто-то бесплатно моет окна и красит стены. Но деньги совать, за редким исключением, никто не рискует.

 

В любом случае нужно проводить четкую градацию жизненного уровня семей учеников, кстати, без какого-ли­бо афиширования. В этом учебном году дети из многодетных семей снова смо­гут получить бесплатную школьную форму и спортивный комплект одежды для занятий физкультурой. Или полу­чить аналогичную форму, которая уста­новлена в соответствии с нормами то­го или иного учебного заведения. Надо идти дальше — применять это правило и в отношении семей, чьи доходы ниже порога бедности. Только в Москве, по данным Общественной палаты РФ, поч­ти каждый пятый не может целиком и полностью оплатить весь школьный комплект необходимых товаров.

 

В условиях компьютерного учета данных по заработной плате, пенсиям, другим облагаемым налогами дохо­дов провести такую работу совсем не сложно. К тому же все нужные сведе­ния у школы уже есть, так как по «ма­лоимущим» и «многодетным» спискам дети получают бесплатный завтрак. Так что в кризис государство просто обязано помочь детям и их родителям, с трудом сводящим концы с концами.

 

На одном из заседаний Госдумы под занавес весенней сессии министр фи­нансов Антон Силуанов «пожаловался», что с 2000 по 2014 год государственные расходы на одного школьника в реаль­ном выражении выросли в 4,6 раза, а при этом, мол, качество образования ухудшилось. Так от того и ухудшилось, что бюджетные траты на образование невысоки, что расходы выросли всего в 4,6 раза, а не в десять раз больше. Зар­платы учителей в связи с ростом цен, падающим рублем, высокой инфляци­ей, поднявшиеся было после реализа­ции майских Указов Президента, вновь поползли вниз в том же самом «реаль­ном выражении».

 

Практику выдачи бесплатной школьной формы можно было бы рас­пространить и на другие товары, не­обходимые школьнику. И не только для многодетных семей, но и для дру­гих категорий нуждающихся. Если бы к этому делу активно подключились различные благотворительные и обще­ственные организации, то цены этому начинанию не было бы. В некоторых регионах проходит благотворительная акция «Помоги собраться в школу», но пока она не получила широкого рас­пространения по всей стране.

 

Как известно, с будущего учебного года в стране планируют ввести еди­ную школьную форму. Тенденция к всеобщей унификации образования, как видим, затронула не только учеб­ники истории, литературы и русского языка, но и школьную одежду. Иници­аторы идеи одеть детей во все одина­ковое, по их собственному признанию, сделанному в соцсетях, даже сами не ожидали, что инициатива найдет под­держку в обществе. Особого сопротив­ления этому новшеству педагогическая общественность не оказывала. Многие учителя — «за». Да и родители, как по­казывают социологические опросы, в большинстве своем не против новых веяний школьной моды в сторону уни­формы.

 

Ученики, конечно, не очень рады такому единообразию в одежде, но их мнение, вероятно, в силу несознатель­ного возраста никто не берет в расчет. Элемент корпоративной культуры, соз­дание деловой атмосферы, исключение духа состязательности в одежде, пози­тивный настрой, дисциплинирующая роль, чувство коллективизма, сопри­частность к делам школы, экономия ро­дительских средств — как только ни об­рисовывали пользу нововведения сто­ронники идеи о новой единой форме.

 

Можно долго спорить на тему, надо ли ее вводить, не проще было бы одеть мальчиков, да и девочек, в удобные джинсы и светлые рубашки со школь­ной эмблемой и т.п. Но в любом случае очевидно, что затея эта очень дорого­стоящая. Ясно, что будет установлена одна цена по договору школы со швей­ным предприятием. Не исключено, где-то школы смогут самостоятельно выбрать производителя школьной формы, без подсказок свыше. Может быть, будут проводиться конкурсы. Однако, как показывает практика, не­редко они являются законной ширмой всевозможных махинаций, надо лишь мастерски, со знанием дела провер­нуть конкурсную процедуру. Словом, появляются широкие коррупционные возможности.

 

Самое главное, малоимущие семьи теперь не смогут, как сейчас, приоб­рести форму подешевле. Пусть хуже по качеству, мало соответствующую тре­бованиям по экологии, здоровью, но — дешевле. Они будут вынуждены выкла­дывать те же деньги, что будут платить и семьи обеспеченные. Альтернативы не останется. По исследованиям со­циологов, львиная доля расходов при­ходится именно на покупку школьной формы. Еще один аргумент в пользу создания комплексной системы мате­риальной поддержки семей с детьми школьного возраста и с низким уров­нем доходов. А если бы к этому делу, — опять же! — подключились всевозмож­ные общественные фонды и движения, благотворительные и волонтерские организации, то нагрузка на бюджет существенно снизилась бы.

 

Нужно или вообще отказываться от дорогостоящей идеи поголовной унификации школьной формы, или регулярно оказывать помощь семьям с низким уровнем жизни, где воспитываются дети-школьники, для ее приобретения. Не лучше ли выбрать второй вариант?