Об особенностях национального рукоприкладства

Намедни с какой-то узкой улочки поворачиваю под светофор. Вдруг слева в мой же поворот влезает БЧД. В переводе с автомобильного сленга это не просто «большой чёрный джип», а джип с хозяином жизни за рулём, что, собственно, тут же подтвердилось.

- Чо не пропускаешь! - орет он в моё приоткрытое окно, полный решимости «разобраться».

- Ты что-то на министра не похож, чтобы тебя пропускать, - лениво отвечаю БЧД и тут же иду в атаку: - В Бутырках решил попариться за попытку нападения на федерального судью?

Я, конечно, не федеральный судья и знаю, что врать нехорошо. Однако мне с БЧД детей не крестить, чтобы потом истязать себя муками совести. Хотя, думаю, дело я сделал благое, просветив хама о чреватости нападения на федерального судью.

Впрочем, никому не дано право поднимать руку (или ногу) на человека, кем бы он ни был. Правда, теоретически не дано. А потому наша бытовуха изобилует абсолютно безнаказанным подниманием рук и ног. Зачастую публичным.

Наблюдаю, например, на одном из телевизионных ток-шоу такую картину. В словесной перепалке кипит студия, кто-то что-то с кем-то выясняет. Вдруг на авансцене возникает тётка и - хрясь другую по сусалам за то, что та, оказывается, с её мужем спуталась. Небеса рухнули? Земля разверзлась? Ничуть. Одна тётка прилюдно, на всю страну, только что другой фонарь под глаз поставила - и ничего! Даже публика по этому случаю особо не взволновалась. Мордобой ведь у нас в порядке вещей. За него ведь не наказывают.

Впрочем, конечно, за «причинение физической боли» можно поплатиться. Штрафом до 40 тысяч рублей, если «причинение» совершено не из хулиганских побуждений и как минимум в два удара, ибо один удар правонарушением не считается. Расплата за распускание рук не шибко, по большому счету, обременительная: обидчику она обычно обходится в 5 тысяч руб­лей. Правда, есть одно но, о котором не каждый знает, тем более что знанием законов граждане не привыкли себя утруждать. Штраф-то не по административной, а по уголовной статье. То есть в довесок к расходам в пользу государства полагается ещё и судимость, как пятно на биографии.

Однако чтобы наказать обидчика по этой статье, много чего нужно сделать. Как правило, с нулевым результатом. Или - чисто теоретическим. Так что дают у нас по мордам налево и направо совершенно свободно, пока не случится какой-нибудь конфуз. Например, под чью-то горячую руку угодит судья, полицейский, прокурор или следователь, пусть и не при исполнении, хотя представители власти при исполнении всегда. А это уже серьёзно, поскольку другая статья. С реальным сроком.

Впрочем, я догадываюсь, откуда ноги растут в нашем уголовном праве по части либерального отношения к тем, кто распускает руки. Последние два десятка лет мы только и делали, что приводили к международным стандартам всё подряд, не совсем задумываясь, как это приживётся на нашей отнюдь не датской почве. Пожалуй, самый яркий пример - это вменение в обязанность водителей пропускать пешеходов на пешеходных переходах. Никто не спорит о цивилизованности этой обязанности. Однако по нашим дорогам передвигается масса тех, кому цивилизованность претит с рождения. Вот и получается: пешеход думает, что его пропустят, а начхавшему на правила думать некогда (и нечем) - ему «ехать надо». Именно поэтому, наверное, в последние годы такой всплеск смертей на пешеходных переходах.

Из любопытства, кстати, я порылся в кодексах Германии, Франции и Испании, чтобы выяснить, как в европах наказывают за битьё граждан по лицу. Однако ничего не нашёл. Кары в этих странах полагаются только за драку. То есть когда минимум двое мутузят друг друга в полное своё удовольствие. Этих двоих и оштрафуют, не разбираясь, кто прав, кто виноват.

Уловили особенность европейской ментальности? Вот именно: европейцы не привыкли к тому, что один другому может заехать по физии, чтобы выпустить пар. У нас же - сколько угодно. И запросто. И без последствий.

Марат Абдуллаев