Акселерация рациональности?

К мальчишке, который в младших классах шпынял мою дочь, у меня, как у её отца, соответствующее отношение. Хоть он и ребенок, но, мягко говоря, плохо воспитанный ребенок. Как и его родители, которые на просьбу унять чадо отмахивались: «Добро должно быть с кулаками».

Я их понимаю. Папа приезжал в школу на «Роллс-Ройсе», мама — на пятисотом «Мерседесе«. Чаще всего, правда, „Мерседес“ подвозил мальчика в сопровождении халдея — то ли охранника, то ли гувернанта — их не разберешь. И, ясное дело, всё это и другое, выставляемое напоказ »добро», с неба так просто не упало. История постсоветского достатка почти не знает случаев, когда бы подобный достаток образовался без помощи кулаков, крепких локтей или чего-то более существенного. Но суть не в этом.

Два-три года спустя большая часть девчонок, натерпевшихся унижений от маленького негодяя, вдруг поголовно и по гроб жизни в него влюбилась. Став подростком, маленький негодяй изменился лишь в том, что из плотненького холеного мальчика превратился в плотненького холеного юношу. Что-то типа пряди на затылке — результат новомодной стрижки — стала прядью подлиннее. Ну и в школу, конечно, он таскает другие модели айфонов и ноутбуков, нежели пару лет назад, хотя «Мерседес», его привозящий, и халдей, похоже, не поменялись.

Я задумался. В чем природа поголовной влюбленности девочек-подростков в откормленного юношу с прядью на затылке? Но ответа на этот вопрос не нашел. Ибо девчонки ещё так зелены, чтобы усматривать в их влюбленности рассудочную рациональность. Им пока далеко до «счастья быть содержанкой». Статистические выкладки, что 8 из 10 современных женщин не любят своих мужей, и вполне довольствуются тем, что «любят» их, — тоже пока не для этих девчонок.

Хотя, возможно, я просто отстал от жизни.

Марат Абдуллаев