О чём поют финансы

Деньги

С рублём произошли события, недавно считавшиеся невероятными

Главный итог финансовых событий года — примерно 65-процентная девальвация российского рубля к доллару и евро.

Когда всё только началось — в феврале-марте российские рынки и обыватели отделались лёгким испугом. Летний отдых пожелавших провести его за границей россиян прошёл под знаком 46-48 рублей за евро и 36-38 рублей за доллар, да и цена на нефть колебалась возле 115 долларов за баррель. Однако с конца августа на фоне российских продовольственных и промтоварных контрсанкций, обострения военной обстановки вокруг Донецкой и Луганской народных республик, а также начавшей ощутимо снижаться стоимости нефти рубль стал всё быстрее слабеть. Особенно с первых чисел ноября, когда стало ясно, что ОПЕК не уменьшит нефтяных квот.

По нарастающей

Явными признаками разбалансировки финансовых соотношений стали резкие скачки биржевого курса в ходе торгов одного дня, отрыв биржевого курса от курсов Центробанка и ещё более сильный отрыв от них наличного курса валют. Однако всё это было только лёгкой прелюдией к поистине чёрным для рубля пятнице, 12-го, понедельнику, 15-го, и напомнившему многим 1998 год вторнику, 16 декабря, когда симптомы валютной паники стали совершенно явны. Как мы теперь знаем, даже в этот день Центробанк, до того вбрасывавший в отдельные дни валюту на рынок, от участия в нём устранился. Эхо этого дня не ограничилось одной Россией.

Волна на юг, волна на запад

Российская девальвация не смогла не отразиться на наиболее тесно связанных с нашей экономикой странах. Уже в феврале, реагируя на «послемайданное» падение российского рубля, власти Казахстана в одну ночь на 20 процентов девальвировали национальную валюту — тенге. Однако конкурентоспособность казахстанского экспорта в Россию была сохранена аж до начала ноября. Когда российский рынок стал самым привлекательным для покупок на пространстве «от Лиссабона до Владивостока», а в Северном Казахстане стали массово закрываться аграрные, торговые и производственные предприятия. Потому что в России всё оказалось дешевле.

Именно в этот момент в салоны российских автодилеров и магазины бытовой и компьютерной техники, да и в прочие учреждения торговли от Омска и Новосибирска до Пскова и Смоленска потянулись наряду со «спасавшими руб­ли» россиянами покупатели из стран Таможенного союза — Казахстана и Белоруссии, разменявшие свои «подорожавшие» сбережения в национальных валютах и долларах на «подешевевшие» рубли. Впрочем, в массовых покупках на российской территории были замечены и другие соседи — от финнов, прибалтов и поляков до азербайджанцев и китайцев.

От массового ухода денег на российский рынок и под влиянием обвала рубля симптомы валютного кризиса 17-18 декаб­ря охватили Беларусь. Многократное увеличение спроса на валюту привело к её дефициту, притом что экспортные поступления в страну падали почти весь год, в том числе из-за удорожания белорусского рубля к российскому. Не желая «чистой» девальвации, 18 декабря власти страны ввели 30-процентный платёж на покупку иностранной валюты для юридических и физических лиц. Эта «полудевальвация» сохранила пока покупательную способность зарплат к основным продуктам, но поставила в крайне тяжёлое положение всех валютных должников, путешественников и торговлю. Если вы продали партию импортного товара за белорусские рубли, то на закупку новой партии вам нужны доллары. А чтобы купить их, извольте отдать просто так в бюджет 30 процентов оборотных денег. Скорее всего, эта мера приведёт к уходу валютного рынка в катакомбы и всё равно к ползучему подорожанию импорта. Притом что относительная дороговизна белорусских товаров для российских и украинских потребителей до момента серьёзного снижения курса белорусского рубля никуда не денется. Ярким примером может служить то, что с ноября в Беларуси хлынул поток продовольствия из России, тогда как всегда было наоборот.

Впрочем, весь Евразийский экономический союз начнёт свою работу 1 января в последствиях российского финансового шторма. Для какой из стран они окажутся тяжелее — трудно пока сказать.

Извлечём ли уроки?

Было бы проще всего возложить ответственность за валютный кризис на Центробанк РФ и его руководство. Хотя ясно, что без ошибок не обошлось. Однако, как давно и справедливо говорят почти все, курс рубля — производное от общего экономического курса, который теперь уже совсем нельзя не менять. Что констатировал и Владимир Путин на пресс-конференции, состоявшейся два дня спустя после валютного взрыва, определив долю влияния санкций на происходящее с рублём всего в четверть.

На сопоставлении сценариев 2014 года с кризисным 2008 годом можно сделать ряд выводов. Валютное регулирование по силе и скорости вреда от ошибок, то есть по возможностям «напортачить», превосходит налоговое регулирование. Налоговые новации по крайней мере проходят три чтения в Государственной Думе и одобрение Совета Федерации. Валютное управление — оперативно, при этом часто без всякой возможности «отыграть назад». Поэтому при сохранении независимости ЦБ необходимы более чёткие законодательные рамки деятельности финансового мегарегулятора. Помимо известного «бюджетного правила», полезно закрепить и некие известные и прозрачные «валютные правила» и алгоритмы, не сводящиеся только к восстановлению «коридора». Излишний либерализм на валютном рынке, вообще на финансовом рынке чреват эгоистическим диктатом меньшинства участников над большинством. Он порождает ситуации, когда маленькая виртуальная сделка (или даже псевдосделка) по маленькой партии может опрокинуть большие производственные проекты с миллиардными капиталовложениями и с временным горизонтом в несколько лет. И, наконец, социальное напряжение от резкого роста цен, убытки промышленности и торговли, вывод из страны инвестиций и сжатие сбережений, потеря капитализации, удар по имиджу страны в мире, массовое бегство от рубля — всё это по последствиям превышает зло от снижения золотовалютных резервов. И в итоге не спасают и от него тоже.

В чём упрекали Центробанк?

В неспособности или нежелании сбивать резкие курсовые колебания, в отдаче рынка на волю спекулянтов, подыгрывании им.В том, что не было мер для расширения предложения валюты, не введена обязательная продажа части валютной выручки экспортёрами, что поощряло их придерживать валюту до дальнейшего подорожания.В ликвидации валютного коридора и в том, что взамен рынок не получил никаких правил и ориентиров, кроме мантры, что «рынок сам найдёт равновесие».В том, что против валютных спекуляций применили подъём ставки рефинансирования, фактически удорожив вдвое за несколько дней стоимость кредитов.В невыполнении конституционной обязанности поддерживать устойчивость рубля.

Просмотров 290

25.12.2014 20:59