Добровольно, но принудительно

Обсуждает законопроект

Спасёт или погубит новый закон волонтёрское движение в России

Они часами стоят по колено в воде, сооружая дамбы из мешков с песком. Ужинают рисовой кашей из общего котла и спят на полу в школьном спортзале. Или кормят с ложки инвалида. Или читают сказку чужому ребёнку. Что заставляет их оказывать помощь ближнему, но не близкому? И нужен ли им закон о волонтёрстве, чтобы броситься в огонь или поделиться куском хлеба?

Законопроект о добровольчестве вносится на рассмотрение в Государственную Думу повторно. И снова, как и в первый раз, не просто подвергается критике, а вызывает горячие споры: нужен ли этот документ вообще?

Сергей Бондаренко участвует в волонтёрских проектах уже десять лет. Собирает игрушки для детей-сирот, оформляет выставки, тушит пожары и спасает людей при наводнении. Союз добровольцев России, сопредседателем координационного совета которого он является, объединяет в основном молодых ребят.

«На днях приходил восьмиклассник, - рассказывает Сергей Бондаренко, - просил его принять в ряды волонтёров. Мы предложили ему поехать с группой наших ребят в детский дом помогать сиротам».

Желающих быть волонтёрами много, но на постоянной основе готовы работать только треть. Обычно добровольцев хватает на раз-другой. Потом приходят новые. Конечно, общаться с детьми-сиротами и стариками-инвалидами эмоцио­нально тяжело. Часто волонтёры не выдерживают психологической нагрузки и, побывав в детском приюте или в доме престарелых, не могут заставить себя прийти ещё раз.

По данным опросов Фонда «Общественное мнение», россияне охотнее всего сочувствуют, помогают в домашних делах, делятся одеж­дой и продуктами. Только 15 процентов готовы помогать абсолютно незнакомым людям. В большинстве случаев на поддержку могут рассчитывать родственники, знакомые и коллеги.

До последнего времени эксперты считали, что закон о добровольчестве в России вовсе не нужен, так как, по сути, пока нечего регулировать. Массовым волонтёрство пока не стало. Нам далеко, например, до Германии, где в проектах «доброй воли» участвует каждый третий гражданин.

В нашей стране волонтёрство иногда дань моде. Стремление показать себя гражданским активистом. Прийти в детский дом или приют для престарелых и упрекнуть директора в непокрашенных батареях или жидкой каше. Вместо того чтобы взять в руки кисть с краской или привезти мешок крупы.

Куда проще покупать игрушки, конфеты и отдавать их детям-сиротам.

«Хорошее дело подчас оборачивается недоразумением, - сокрушается руководитель Союза добровольцев России Яна Лантратова. - Привозят игрушки, а нужна одежда или краски для рисования. Один детский дом опекают десятки добровольцев, а в другой никто не заглянет».

По мнению Яны Лантратовой, закон нужен, потому что он отвечает на вопрос, кто такой доброволец, определяет его правовой статус.

«В любом деле должна быть определена мера ответственности, - считает она. - При чрезвычайной ситуации необученный волонтёр может и другого не спасти, и сам погибнуть». Согласно законопроекту ответственность за действия волонтёра несёт организатор добровольческого проекта - общественное объединение или госструктура. Добровольцы, участвующие в ликвидации последствий чрезвычайной ситуации, обязательно должны иметь страховку и подписать договор, подтверждающий их добровольное участие.

Закон определит права и обязанности волонтёров. В чём-то ограничит, где-то даст возможность действовать смелее. Но никогда не определит, сколько именно надо сделать для другого человека, не требуя взамен ничего.

мнения

Людмила Швецова, заместитель председателя Государственной Думы:

- Ни за грамоту, ни за деньги, ни за благодарность, а для того, чтобы реализовать потребности своей души, вливаются люди в ряды добровольцев. Необходимо законодательно поддержать движение волонтёров и структурировать их работу. Но отношение к законопроекту неоднозначное. Сторонники убеждены, что регламентация деятельности волонтёров в первую очередь нужна им самим. Их оппоненты уверены, что закон загубит замечательное дело. У меня, как у депутата, много замечаний к проекту. Я понимаю, что закон нужен, но в существующем виде поддержать его не могу. Есть предложение утвердить перечень организаций, которые имеют право организовывать волонтёрские проекты. Высказываются и опасения, что в этот список не войдут общественные организации. Надо ли определять перечень видов деятельности, которыми могут заниматься добровольцы? Есть и вопрос учёта и регистрации волонтёров. С одной стороны, подсчитать их надо, а с другой - это может привести к лишней бюрократии. В конце концов нужно юридически закрепить определения «волонтёр» и «доброволец» и приравнять их друг к другу.

Валерий Рязанский, председатель Комитета Совета Федерации по социальной поли­тике:

- Мы начали работу над законопроектом полтора года назад. Первая редакция, не скрою, вызвала серьёзную критику. Из регионов пришло больше 150 замечаний. И мы поняли, что в вопросе волонтёрства не хватает нормативно-правовой базы. Сейчас в Государственную Думу внесён отредактированный документ. И мы готовы к новому обсуждению. Спорных моментов по-прежнему много. Должно ли законодательство регулировать политическое волонтёрство? Мне, как одному из авторов законопроекта, представляется, что волонтёрство и политика никак между собой не связаны. Нужно ли мотивировать людей к добровольчеству на государственном уровне? Мы открыты к диалогу и готовы дискутировать.

Не для галочки

В необычном формате прошло обсуждение законопроекта в Государственной Думе.

Председатель Комитета по делам общественных объединений и религиозных организаций либерал-демократ Ярослав Нилов предложил участникам круглого стола чётко высказывать свою позицию: за или против закона. Для большей наглядности голоса подсчитывали открыто, ставя галочки маркером на флипчарте. Большинство склонилось к тому, что отдельный закон о волонтёрстве нужен, но в представленном виде принят быть не может.

Категорически против высказалась первый заместитель председателя комиссии Общественной палаты РФ по развитию благотворительности и волонтёрства Лариса Зелькова. По её мнению, на данный момент в нашей стране с регулированием добровольческой деятельности «всё хорошо». А так как законопроект предполагает активное вмешательство государства в деятельность волонтёров - то созданием информационных порталов, то введением добровольческих книжек, - всё это в итоге приведёт к спаду движения.

«Взаимоотношения волонтёра и той организации, которой доброволец оказывает свои услуги, обе стороны должны выстраивать сами. И вмешиваться в эту систему отношений не надо, - уверена Лариса Зелькова. - Волонтёрское движение - важный и нужный, динамически развивающийся элемент гражданской активности. Общество, возможно, впервые за многие годы осознало, что есть сферы, в которых всё зависит только от самих граждан. Давайте не будем препятствовать людям выполнять их собственный моральный долг. Дойдёт до того, что мы примем закон о дружбе и любви».

Необходимость принятия проекта отстаивали его авторы. Заместитель председателя Комитета Совета Федерации по социальной политике Александр Борисов говорил о том, что сами понятия «волонтёр» и «доброволец» не тождественны по действующему законодательству. Нужно свести определения воедино и придать им правовой статус.

«Законопроект легализует волонтёрские группы, - отметил он. - Я сам был свидетелем того, как в Пскове добровольцев не пустили в больницу, потому что они не представляли конкретную организацию. В законопроекте прописано, что волонтёр, получивший во время безвозмездной работы определённый опыт, сможет подтвердить его и использовать новые знания, например при устройстве на работу».

Читайте нас в Одноклассниках
Просмотров 494