Батюшку, имама и раввина поставили на довольствие
Социум
Солдат должен всегда иметь возможность общения с духовным лицом
В армии Российской империи служили пять тысяч военных священников и несколько сотен капелланов. Батюшки возобновили свою деятельность в войсках на добровольной основе сразу после распада СССР. Сегодня эта должность внесена в штатное расписание. Сколько священнослужителей и каких конфессий должны работать с офицерами и солдатами, обсуждалось на круглом столе в пресс-центре «Парламентской газеты».
Сегодня в Вооружённых силах на штатной основе работают 100 священников, два имама и один представитель буддийской веры. Заработная плата помощника командира соединений или части по работе с верующими военнослужащими составляет 30 тысяч рублей. Председатель Синодального отдела по взаимодействию с ВС протоиерей Сергий Привалов отметил, что финансовая сторона не является определяющей для тех, кто несёт слово Божие.
«Штатным военным священником чаще всего назначается настоятель приходского храма, находящегося в непосредственной близости от воинской части», — объясняет исполняющий обязанности начальника управления по работе с верующими военнослужащими ВС РФ Игорь Семенченко. По его мнению, сейчас можно говорить о первых итогах работы по возвращению в Российскую армию духовных лиц.
«За то время, что мы работаем в армии, военные нас полюбили и верят нам, — убеждён протоиерей Сергий Привалов. — И те трудности, с которыми сталкиваются священнослужители на «новой работе», вполне преодолимы. Главное, что священники имеют возможность прийти к тем, кто нуждается в духовной поддержке».
«Военное ведомство уже 17 лет проводит мониторинг религиозных настроений в войсках. Его результаты показывают, что число верующих постоянно растёт. Поэтому мы и увеличиваем количество штатных священнослужителей», — подчеркнул начальник психологической службы Главного управления по работе с личным составом ВС РФ полковник Игорь Дьячук.
Ста священнослужителей на все военные округа явно недостаточно. А мусульмане, иудеи, протестанты, буддисты часто и вовсе не имеют возможности утолить свои духовные потребности.
По данным социологического центра Вооружённых сил, в Российской армии служат 94 процента православных, пять процентов мусульман и один процент приверженцев других конфессий.
Против последней цифры возражает руководитель департамента по взаимодействию с Вооружёнными силами Федерации еврейских общин России раввин Аарон Гуревич: «В России есть воинские части, где количество, допустим, мусульман доходит до 40 процентов. А штатных имама на всю армию всего два и нет ни одного раввина».
Игорь Семенченко согласился с тем, что у военнослужащих должна быть возможность общения с духовным лицом на постоянной основе. Вера, какой бы она ни была, формирует духовный стержень российского воина.
«Имамы ведут работу с военнослужащими тогда, когда их приглашают. А приглашают, когда с личным составом возникают проблемы. Священники выезжают и решают их, — рассказывает руководитель отдела по работе с военнослужащими и заключёнными департамента социально-благотворительной и духовно-просветительской деятельности Совета муфтиев России Камиль-хазрат Маннапов. — Нам бы хотелось, чтобы имамы также могли проходить курсы повышения квалификации армейских священнослужителей».
Накануне Дня народного единства естественно возникает вопрос взаимопонимания людей разной веры. Ведь в казарме бок о бок служат и мусульмане, и православные, и иудеи, и буддисты. Купировать конфликты на религиозной почве тоже входит в задачу священнослужителей традиционных российских конфессий.
По мнению раввина Аарона Гуревича, объединяющим ментальным кодом является прежде всего русский язык и русская культура. Если люди говорят на одном языке, воспитаны на схожих ценностях, они никогда не будут конфликтовать из-за разности религиозных взглядов.
сила молитвы
С парашютом и помощью Божией
Д есантники внимательно слушают отца Михаила. Священник рассказывает им про то, что с Божией помощью легче сделать шаг в пустоту с парашютом за спиной. О любви и дружбе, которую не купишь за деньги. О доблести и чести…
Протоиерей Михаил Васильев уже девять лет является настоятелем храма Благовещения Пресвятой Богородицы, называемого в народе «церковью ВДВ».
Церковь в Сокольниках была построена в 1906 году по типовому проекту воинских храмов для бойцов 6-й сапёрной бригады Московского военного округа. После революции были снесены колокольня и центральный купол. Полковой храм был переоборудован под солдатский клуб. Восстановление началось одновременно с возрождением института военного духовенства.
Сейчас возводится иконостас, расписываются своды и стены.
Торжественное открытие этого храма после масштабной реконструкции по предложению председателя Государственной Думы Сергея Нарышкина будет приурочено к мероприятиям, посвящённым 100-летию Первой мировой войны.
Отец Михаил пригласил меня на одну из регулярных бесед с бойцами отдельного полка связи ВДВ. Ребятам остался месяц до дембеля. Священник растолковывает ребятам, что окончание службы в армии — это не двухнедельный запой, а почётное право сказать: я — десантник. И что по каждому из них будут судить о Воздушно-десантных войсках в общем. «Я знаю, что вас волнует, — говорит отец Михаил. — Не дождались девушки, забыли друзья». Солдаты в ответ согласно кивают.
«Когда меня призвали, провожать пришли более десятка друзей, — рассказывает Александр Пешин из Вологды, — а спустя год пишут от силы два».
Обидно солдату, что не ждут. А батюшка объясняет, что настоящие чувства проверяются расстоянием.
Во время спецопераций священники причащают солдат и офицеров, проводят молебные пения, совершают литии о погибших военнослужащих и призывают Божию помощь на защитников Отечества.
«Многие осознают, что значит для них вера Христова, только когда над головой свистят пули», — говорит отец Михаил. Локальные военные конфликты часто носят затяжной характер. В ВДВ вся техника и оборудование должны быть десантируемы. Поэтому у отца Михаила есть мобильная церковь — большая палатка, которая вмещает 150 военнослужащих и разворачивается за сорок минут.
Священник исповедовал и причащал российских офицеров и солдат во время военных конфликтов в Боснии, в Косово, в Чечне. Окончив философский факультет МГУ, он решил, что делом его жизни будет духовное наставничество военных и их семей.
«Военнослужащие не всегда имеют возможность прийти в храм, поэтому мы приходим к ним сами, — рассказывает священник. — Только в этом году в полевых условиях причастились шесть тысяч солдат и офицеров. Мы обязаны дать духовную поддержку защитникам Отечества», — замечает отец Михаил.
Поэтому каждый день он на своём священном посту. Его оружие — молитва.
