Горячие точки вспыхивают не сами

Международная жизнь

Кто стоит за информационной и горячей войной в арабском мире

В пресс-центре «Парламентской газеты» состоялся круглый стол по вопросу «Теория и практика ведения информационных войн на Ближнем Востоке. Разработка российской стратегии безопасности». Участниками круглого стола стали эксперт Центра изучения Центральной Азии, Кавказа и Урало-Поволжья Института востоковедения РАН Андрей Арешев, председатель Исламского комитета России, сопредседатель Общероссийского общественного движения «Российское исламское наследие» Гейдар Джемаль, первый заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам Владимир Джабаров, Чрезвычайный и Полномочный Посол, советник заместителя председателя Совета Федерации Андрей Бакланов, представитель Российского фонда развития высоких технологий Николай Димлевич, главный редактор журнала «Геополитика» Леонид Савин.

Леонид Савин: Информационные войны являются не только элементом вооружённого конфликта, но являются частью общих стратегий государств, политических сил, неправительственных организаций, транснациональных, криминальных группировок и субъектов международного терроризма. Информационные войны обрели особую значимость в контексте событий, происходящих в странах Ближнего Востока. Делаются попытки вброса дезинформации, провоцируется хаос, идёт манипуляция различными религиозными радикальными исламскими группировками.

Владимир Джабаров: Уже не первый год наше внимание приковано к событиям на Ближнем Востоке, на севере Африки. Этот регион всегда был горячей точкой, не один десяток лет была опасность эскалации конфликта. Ближний Восток — точка пересечения интересов многих мировых держав и, как показали события, начиная с «арабской весны», ситуация может принимать критический характер, что мы сейчас наблюдаем в Сирии и Египте, и этот процесс будет продолжаться. Этому периоду турбулентности на Ближнем Востоке не видно конца.

В связи с этим вопрос информационных войн выходит сейчас на первый план. Раньше для совершения революций нужны были партячейки, какие-то курьеры, которые могли собрать людей, склонить их к выступлениям. Сейчас же всё сводится к простой отправке СМС-сообщений или уведомлений по электронной почте. Недавно по результатам исследований одной из корпораций выяснилось, что продажа смартфонов уже превысила продажу мобильных телефонов. И это понятно: через смартфон участники революционных событий могут более чётко получить сигнал или конкретную информацию, которая может взорвать ситуацию. В результате эти люди очень активно, аккуратно и быстро организовываются и выполняют те или иные поставленные перед ними кем-то задачи. По­этому ситуация, которая возникла сейчас на Ближнем Востоке, повторяет один и тот же сценарий из страны в страну - с использованием определённых групп молодёжи. Понятно, что всё это имеет социальную основу.

Андрей Арешев: События «арабской весны» оказывают комплексное воздействие на ситуацию, в том числе и в Российской Федерации, потому что Россия вовлечена в сирийский конфликт. Информационная война активно сопровождается негативным образом России вокруг событий, связанных сначала с гражданским противостоянием, а теперь и с внешней агрессией, пусть и завуалированной: это наёмники, это диверсионно-террористические группы, проникающие в Сирию не с целью решения её проблем, а для террора и убийств. А чем они прикрываются — это дело техники. Представители российского руководства неоднократно выражали беспокойство этим конфликтом, перетеканием терроризма на Кавказ, в Центральную Азию в условиях, когда границы становятся прозрачными, как, впрочем, и информационные потоки. Это вызов для России.

Другой вызов, памятуя события в Ливии, - долгое время была разноголосица в отношении сирийского конфликта. Так, в 2011 году можно было слышать противоположные мнения и делались прогнозы, сколько ещё продержится Асад: месяц? два? три? Сейчас эта ситуация понемногу исправляется. Российский МИД и другие государственные структуры работают эффективно, хотя есть проблемы с информационным сопровождением, с адекватным доведением информации и до внутренней российской аудитории, и до внешней, в первую очередь арабоязычной. Это вопрос формирования общественного мнения к сирийскому конфликту.

Гейдар Джемаль: На протяжении последних лет мы считаем, что «арабская весна» - это «цветные революции» в арабском мире, индуцированные спецслужбами США и Запада. Это расхожее клише, основанное на святой вере во всемогущество спецслужб, которые на самом деле сами были захвачены врасплох и просто постарались вскочить на подножку уходящего поез­да. Существует неправильное понимание ситуации, которое ввело в заблуждение не только аналитиков и журналистов, но и маститых политиков. В частности, Эрдоган влез в Сирию, потому что он искренне поверил, что США ставят задачу низвергнуть Асада. Ему хотелось заручиться поддержкой американцев, для того чтобы поменять в Турции конституцию и по новой конституции избраться президентом. Оказалось, что это ловушка, и Эрдоган получил тяжелейший удар. Сейчас уже нет сомнения, что США расставили там немало ловушек для руководства ряда стран. Для ихванов («Братьев-мусульман») в Египте, для монархического режима в Катаре, для ХАМАС, который раскололся вокруг отношения к Асаду, для Турции, которая резко снизила свой международный рейтинг, ввязавшись в конфликт в Сирии. Всё это за счёт того, что они неправильно интерпретировали цели Соединённых Штатов.

Николай Димлевич: В начале нулевых годов Бжезинский разработал план «Большого Ближнего Востока», который осуществлялся с целью переформатирования режимов на Ближнем Востоке. Как действует Запад в отношении Сирии? Это наглядно было видно на последней встрече G8. Все западные страны стали навязывать тезис, что Асад — нелегитимный президент. Но мы смогли успешно противодействовать - президент Владимир Путин настойчиво говорил, что мы работаем с легитимным президентом, которым является Башар Асад. Но у нас об этом мало говорят. Это следствие отсутствия в России координирующего центра по противодействию информационным операциям за рубежом.

Владимир Джабаров: Когда мы говорим об информационных процессах, не надо забывать главное: за любое действие человек потребует денег, бесплатно в этом мире ничего не делается. Когда разрабатываются информационные войны, движения, кто-то за этим стоит. Без финансовой поддержки ни один молодой человек на улицу не выйдет и не будет выступать против своего президента. Недавно в Совете Федерации мы принимали делегацию конгрессменов из США, они обсуждали Бостонскую проблему, и впервые я услышал от одного из них, американского официального лица, председателя подкомитета парламента, что за всеми событиями на Ближнем Востоке стоят режимы Саудовской Аравии и Катара, Катара даже в большей степени, и Пакистана. Финансирование идёт явно оттуда. Эти режимы дестабилизируют ситуацию на всём Ближнем Востоке.

Андрей Бакланов: Информационное противоборство многоаспектно, но есть три базисных элемента: сама по себе информация о том, что происходит, и её получение, второй — анализ этой информации, и третий — её распространение. По всем трём позициям ситуация для нас крайне неблагоприятная. Принимаемые важнейшие решения Совета Безопасности должны основываться не на сообщениях CNN, а на солидных источниках. В последние годы практически отсутствовали случаи направления миссий по выяснению фактов, политические решения базировались на сведениях, которые добывали журналисты, причём нередко источник был единственным. Сейчас после нашей критики ситуация понемногу начала выправляться, но не очень.

Гейдар Джемаль: Сирийцы проигрывают информационную войну, они не могут работать в современных условиях. За них всё делают Россия, Китай, США, Иран. Надо сказать, что Англия, Франция реально заинтересованы в устранении Асада, но их планы не совпадают с планами Белого дома.

Вопрос из зала: Как довести до всего мира, а не только до одного-двух российских телеканалов информацию о применении боевиками в Сирии химического оружия?

Николай Димлевич: Пару недель назад Карла дель Понте, которая входила в состав соответствующей комиссии, сообщила, что составлен большой доклад, в котором доказано, что химическое оружие (отравляющий газ) применялось именно боевиками. Все члены международной комиссии подписались под этим докладом. Непонятно, на каком основании Барак Обама утверждает, что это оружие применили государственные структуры Сирии. Посол России в ООН также сделал соответствующее заявление по выводам наших экспертов. А сенат США отказал Обаме в поставках вооружений боевикам. Оба­ма сейчас в смятении, что же делать дальше? Версию о правительственных войсках, якобы применивших химическое оружие, нужно поддерживать, а она рушится на глазах. На месте работников СМИ я бы нашёл Карлу дель Понте. Она подтверждает, что существует документ, подписанный западными странами, утверждающий, что отравляющий газ был применён боевиками.

Леонид Савин: Геополитическая ситуация в мире меняется. РФ должна внести законодательные инициативы, чтобы было надлежащее финансирование, чтобы все наши меры по отражению информационной агрессии были легальными, легитимными и эффективными.

Рассказываем доступно и наглядно, на что северная столица тратит деньги
Просмотров 783