«Если дети попадали в больничный барак, живыми никогда не выходили»

Петербургское Заксобрание настаивает, что юных узников концлагерей надо приравнять к ветеранам

«Если дети попадали в больничный барак, живыми никогда не выходили» Бельгийская испанка должна была погибнуть в концлагере, но выжила и оказалась в СССР. В историю Стеллы Никифоровой трудно поверить.

Уже в четвёртый раз Заксобрание Санкт-Петербурга пытается провести через Госдуму законопроект, приравнивающий малолетних узников концлагерей к ветеранам Великой Отечественной. Предыдущие попытки были безуспешными, но на этот раз за инициативу проголосовали все питерские депутаты.

- Единогласно — это впервые, до этого были разногласия, — осторожно надеется на успех Стелла Никифорова, в четырёхлетнем возрасте попавшая в Равенсбрюк. — Может, теперь удастся пройти Госдуму, чтобы нас вписали в Закон «О ветеранах».

- Указом президента Бориса Ельцина они получают социальную поддержку, их награждают юбилейными медалями, но статуса ветерана у них нет, — пояснил необходимость принятия закона его автор Игорь Высоцкий.

Полагается узникам и выплата: тысяча рублей к пенсии. Притом что все они потеряли во время войны здоровье: многих детей фашисты использовали в медицинских экспериментах и в качестве доноров крови для немецких солдат.

10,3 тысячи бывших малолетних узников живёт сейчас в Санкт-Петербурге
- Много детских лагерей было на территории Ленобласти, — рассказала Никифорова. — Самый большой — в Вырице, там выжили всего девяносто человек из десятка тысяч. Сейчас этот участок кто-то купил под застройку. Понятно: места красивые, на берегу Оредежа. Но там повсюду детские кости! Областные власти установили там памятный знак, но, мне кажется, там нужен мемориал.

И всё же памятники есть: в Кировске, Гатчине. А в 2009 году открыли монумент в Красном Селе, где в войну было аж четыре детских концлагеря: тогда очень помог Вадим Тюльпанов, который в ту пору был спикером Заксобрания — пообещал и сделал.

Монолог номера 25622

Бельгийская испанка должна была погибнуть в концлагере, но выжила и оказалась в СССР. В историю Стеллы Никифоровой трудно поверить. Ещё труднее её пересказать. Поэтому мы приведём просто её монолог.

- У меня настоящее — только имя и год рождения. Остальное — чужое. Когда нас освободили, я уже забыла и фамилию, и как звали родителей. А моя фамилия — Кугельман-Гриез, это я потом выяснила. Мои родители — испанцы, бежавшие от режима Франко в Бельгию. Я родилась в Антверпене, а через год его оккупировали немцы. Нас арестовали в сентябре 1943 года — в тот день забрали 60 семей. Мне было четыре года. Сначала нас держали в тюрьме гестапо, потом отправили в концлагерь Мехелен, его называли бельгийским Освенцимом. В декабре женщин с детьми перевели в Равенсбрюк, мужчин — в Бухенвальд. Меня сразу отделили от матери. Я думала, она умерла: я видела, как она выходила из вагона, вскрикнула и упала. А потом одна женщина мне сказала: «Ты хочешь увидеть маму?» Она тайком поднесла меня к окну одного из бараков, и там была мама! Она мне что-то говорила, но я не понимала что, я была счастлива, что она жива.

Меня все в лагере знали, имя-то редкое. Когда в 1961 году приехала делегация немецких антифашистов, сидевших в Равенсбрюке и я им назвала себя, они все сразу кинулись ко мне: «Стелла, Стелла!»

Женщины меня постоянно прятали от осмотров, чтобы не отфильтровали на уничтожение. То в тифозный барак, то в туберкулёзный, туда немцы не любили заходить. У меня были «лагерные мамы». Всего их было семь. Одну я помню — Клару из Австрии. Однажды она сказала: «Стелла, твою маму сожгли». Я не поверила, не поняла, поэтому отнеслась спокойно.

У меня были «лагерные мамы». Всего их было семь. Одну я помню — Клару из Австрии. Однажды она сказала: «Стелла, твою маму сожгли». Я не поверила, не поняла, поэтому отнеслась спокойно.

Убивали многих. Кто не мог работать, шли в газовые камеры. Вот и моя мама тоже — она заболела туберкулёзом. Помню цыганских детей, они как-то стали дразнить надзирательницу. А наутро никого из них не было — всех уничтожили.

Газовые камеры были за оградой лагеря. Из 132 тысяч человек погибли 92 тысячи. Но, скорее всего, больше: учитывали только тех, кто проходил через ворота, а когда в 1944 году везли евреев из Венгрии, их сразу отправляли на уничтожение.

Подъём в четыре утра, перекличка на плацу. Потом взрослых отправляли на работы, а мы оставались. Я не помню, когда нам давали этот кусочек хлеба — на завтрак или обед. Он был мокрый, с опилками. Мы его прилепляли к печке, а когда он подсыхал, съедали.

Если дети попадали в больничный барак, живыми никогда не выходили. Взрослые иногда искалеченными возвращались, дети — нет. Там, видимо, ставили опыты. Поэтому когда я заболела скарлатиной, женщины меня спрятали и лечили сами. Кровь у нас не брали, но в еду что-то добавляли. У меня потом аллергия развилась на все лекарства. Чуть что — отёк Квинке.

В апреле 1945 года немцы решили взорвать лагерь. Тех, кто мог ходить, отправили в Марш смерти (зимой и весной 1945 года немцы гнали узников концлагерей вглубь Германии, подальше от наступающих войск Антигитлеровской коалиции. Десятки тысяч людей — примерно треть участников этих походов — погибли. — Прим. ред.). Нас гнали к Балтике, колонной по пять человек. Как-то ночью нас накрыл артобстрел, все разбежались, а мы, дети, остались. Мы ждали смерти, плакали. Мы знали, что такое смерть. К нам подбежала женщина, меня, самую маленькую, схватила на руки, остальных сгребла в охапку и увела в лес. Это была Олимпиада Алексеевна Черкасова. Я осталась с ней.

До моря мы не дошли, нас освободили по пути. Однажды проснулись — ни немцев, ни собак. А потом подошла Красная армия.

После фильтрационного лагеря Олимпиада Алексеевна увезла меня и Нину Селедецкую к себе на родину в Брянск и сдала нас в детский дом. Нина была в Освенциме. Недавно она умерла. Над ней немцы ставили опыты, испытывали лекарства от тифа, она почти ослепла. У неё на руке был номер: 70008. А у нас в Равенсбрюке номера писали на винкелях, мой — 25622.

Помню первый Новый год в детдоме. Мы сделали игрушки из бумаги. Было холодно, топилась печь. Я подсела к ней, открыла дверцу, стала смотреть на огонь. И тут до меня дошло: вот так же, как дрова, горела моя мама! Я закричала, заплакала, не могла успокоиться. Я думала, как я могу веселиться, если моя мама погибла!

Тогда я и решила найти папу во что бы то ни стало, вырасту — придумаю как. И через 20 лет нашла. В начале я искала узниц, чтобы узнать фамилию мамы. Меня вывели на женщину в Бельгии, которая её знала. Это оказалась Клэр ван дер Боом, та самая, которая показала мне маму в окне барака. Она разыскала моего папу. Его звали Луис Густаво. Он выжил в Бухенвальде, участвовал в восстании заключённых, вернулся в Бельгию, но жить там не смог. Да и наша квартира уже была кем-то занята. Он уехал в Бразилию, в Сан-Паулу, снова женился.

Я написала ему — его жена мне рассказала, что когда он от неё узнал, что пришло моё письмо, то через 20 минут уже прибежал домой! В 1963 году я к нему съездила, но оставаться не захотела: у него другая семья. Мы переписывались, а в 1990 году папа умер. Он отдал мне альбом с фотографиями. Когда нас арестовали, его друзья закопали его в землю. А после войны откопали и передали отцу. На фотографиях он, мама, я. И ещё отдали мамин дневник. Там на обложке написано «Stella» и нарисованы звёзды. Мама писала в нём, как я расту.

А последняя запись — папина, он её сделал в 1945 году. Папа писал, что никогда не забудет мою маму и обязательно найдёт меня. Он пытался, но как найти в Советском Союзе ребёнка, который не помнит своей фамилии и имён родителей? Мне всё это придумали — я стала Владимировной в честь Ленина. А день рождения мне написали 1 мая — сказали, что тогда праздновать его будет весь мир. В 80-е я пыталась через суд вернуть фамилию папы, но мне отказали. Сейчас Бельгия готова прислать все документы, но у меня уже нет сил этим заниматься.


Страницы из детского альбома Стеллы Никифоровой

На фото из довоенного альбома рядом со Стеллой её родители

Дневник, который мама Стеллы вела до ареста. Последнюю страницу уже после войны заполнил папа: «Где моя маленькая Стелла? Если она жива, я её обязательно найду».

Обсуждайте эту статью в нашей официальной группе на «Одноклассниках»!



Автор: Александр Горелик

Просмотров 3297

04.05.2017

Популярно в соцсетях