Скорую могут в ряде случаев освободить от обязанности брать с пациентов разрешение на лечение

Депутаты предлагают считать вызов бригады автоматическим согласием на медицинское вмешательство

Скорую могут в ряде случаев освободить от обязанности брать с пациентов разрешение на лечение

Дмитрий Морозов. Фото: Игорь Самохвалов / ПГ

Что изменила в системе здравоохранения весенняя сессия парламента и какие планы на осень у Комитета Госдумы по охране здоровья, рассказал его председатель Дмитрий Морозов.

- Дмитрий Анатольевич, назовите, пожалуйста, три самых важных, на ваш взгляд, закона, которыми занимался комитет в эту сессию…

- Прежде всего это закон о паллиативной помощи. По моему глубокому убеждению,он касается не только внушительной части здравоохранения, но и духовной жизни нашей страны. По сути, это своеобразный маркёр нравственной зрелости общества. Могли мы ещё лет 20-30 назад ставить перед собой те задачи, которые решает этот закон? Не могли.

Этот документ изменит само отношение к неизлечимо больным людям, выведет помощь им на качественно новый уровень, создаст такую систему, чтобы в последние дни, месяцы своей жизни человек был вместе с родными, чтобы он провёл это время в любви и без боли. Впервые предусматривается оказание паллиативной помощи, оплачиваемой государством, не только в стационаре, но и на дому. Впервые на дом пациентам опять же бесплатно будут предоставляться необходимые им медизделия, даже аппараты для искусственной вентиляции лёгких. Важнейшее, практически революционное изменение — закрепление в законе права пациента на обезболивание, в том числе наркотическими и психотропными средствами. И в том числе опять же на дому.

В эту же сессию был принят закон о посещении родственниками пациентов в реанимации. Если прежде этот вопрос был оставлен на усмотрение главных врачей, то теперь все больницы будут обязаны создавать условия для того, чтобы люди могли навещать своих близких и в палатах интенсивной терапии.

- То есть в любой больнице в любое время граждане смогут требовать, чтобы их пустили к родным в реанимацию?

- Не совсем так. Естественно, ограничения будут: когда проводятся реанимационные мероприятия, серьёзные манипуляции — как врач, я уверен, что родственникам при этом присутствовать не надо. В том числе потому, что далеко не все выдержат это морально. Очевидно и то, что ещё не во всех реанимациях есть условия для того, чтобы с больными находились родные. Но данный закон — не только сигнал, что это надо исправить, это и гарантия того, что все новые больницы будут строиться с такими реанимациями, где это будет возможно…

Третий закон, точнее, пакет из двух законов, который бы я хотел выделить, предусматривает наказание за любые попытки напасть на врачей, помешать им оказывать медпомощь. Для нас принципиально важно, что в результате многоуровневой работы над этими документами и в КоАП, и в Уголовном кодексе появятся новые статьи — «Воспрепятствование оказанию медицинской помощи». Уверен, это серьёзнейший эволюционный шаг, новая ментальность, новая философия! Общество должно защищать своих докторов. И со временем в лексиконе врачей появится фраза: «Не мешайте мне работать. Если с пациентом что-то случится — у вас будут очень большие проблемы». Инициатором предложенной конструкции выступила вице-спикер Госдумы Ирина Анатольевна Яровая. Теперь любое нападение или причинение вреда медработнику будет рассматриваться сквозь призму его основной деятельности — оказания помощи пациенту.

- Наказание для хулиганов будет серьёзным?

- Достаточно серьёзным. За воспрепятствование в какой бы то ни было форме законной деятельности медработника, если это повлекло причинение тяжкого вреда здоровью пациента, будут наказывать лишением свободы на срок до двух лет. За то же же преступление, если оно повлекло по неосторожности смерть пациента, — лишение свободы на срок до четырёх лет. Наказание предусмотрено за угрозы жизни, причинение вреда здоровью медиков и даже их близких, равно как всех, кто занят служебной деятельностью или выполняет общественный долг. За воспрепятствование работе врачей, если такие действия не содержат уголовного состава, штраф составит от четырёх до пяти тысяч рублей.

Повышаются меры ответственности для водителей за отказ пропустить машину скорой помощи — после вступления закона в силу это будет штраф до пяти тысяч рублей либо лишение прав на срок до одного года. Если в результате случившегося умер пациент - лишение свободы до четырёх лет. Думаю, что эти законы у очень многих отобьют охоту нападать на врачей, угрожать им, причём в первую очередь нормы будут носить профилактический характер — и здесь важна первая правоприменительная практика, тиражирование информации о новых положениях в СМИ.

- Какими законопроектами комитет планирует заниматься в осеннюю сессию?

- Я бы выделил несколько приоритетов. Первое — это законопроект о школьной медицине. После дополнительных консультаций с Минпросвещения, оценки пилотных проектов в регионах мы доработали первоначальную редакцию документа. В частности, скорректированы формулировки, которые касаются права педагогов оказывать первую помощь и обязанности родителей предоставлять информацию о состоянии здоровья ребёнка в школу — для того, чтобы в случае необходимости там ему могли создать особые условия для обучения, питания, занятий спортом. Думаю, что в осеннюю сессию мы этот законопроект примем.

Следующая принципиально важная для нас позиция — это медицина детского отдыха. Недавно Государственная Дума приняла в первом чтении правительственный законопроект, касающийся безопасности отдыха в лагерях. Мы готовы представить поправки ко второму чтению как в этот документ, так и подготовить отдельный законопроект. К примеру, мы считаем, что типовой договор между родителями и организациями отдыха обязательно нужно дополнить несколькими новыми пунктами. В частности, информацией о том, в какую больницу отвезут ребёнка, если с ним что-то случится, какое до неё расстояние, как будет проводиться медицинская эвакуация, если, скажем, в походе ребёнок сломает руку или его укусит змея.

Необходимо предусмотреть новые правила медицинского сопровождения отдыха в палаточных лагерях. По тому приказу, который действует сегодня, если в лагере отдыхает свыше 100 человек — то там должен быть лицензированный палаточный медпункт, санитарная палатка-изолятор, холодильник, серьёзные обезболивающие препараты, если до 100 человек — то просто аптечка со жгутом и бинтом. А чем, по сути, лагерь для 99 детей отличается от того, где отдыхает 101 человек? Да ничем. Эти правила надо дорабатывать!

- Но в условиях кадрового дефицита «приставить» к каждой тургруппе врача не получится…

- Согласен. Но мы нашли решение. Есть старшекурсники мединститутов, и после третьего курса при желании они уже вполне могут проходить практику в лагерях и оказывать там первую помощь с использованием медикаментов…Волонтёры-медики, студенты медицинских институтов — активнейшая, компетентная и надёжная группа молодых людей. Уверен, общество может на них опереться!

Надеюсь, что в осеннюю сессию удастся принять законопроект — сейчас мы занимаемся его доработкой, — освобождающий в ряде случаев бригады скорой помощи от обязанности получать от пациентов информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, хотя бы в ряде случаев. Или упростить процедуру. По статистике, на оформление этих документов тратится около 12 минут. И это притом что иногда, чтобы спасти, у врача есть всего минута! Думаю, что в отдельных ситуациях, например если человек находится без сознания, то сам вызов скорой можно было бы считать согласием на её оказание.

Также в Минздраве нас заверили, что в осеннюю сессию наконец-то будет внесён законопроект о профилактике йодного дефицита. Напомню, что йодный дефицит опасен не только заболеваниями щитовидной железы, врожденным гипотиреозом. Если ребёнку не хватает йода, это сказывается на его росте и развитии мозга, формировании интеллекта. При этом индивидуальная профилактика в данном случае — вещь очень сложная, опасная и непредсказуемая: передозировка может стать причиной ещё более тяжёлых заболеваний. Другое дело — государственная профилактика, при которой йодируются соль, хлеб, некоторые другие продукты.

- В комитете не первый год работают над инициативой, подразумевающей разделение первой помощи на базовую и расширенную. Удастся ли завершить эту работу в осеннюю сессию?

- Очень на это надеюсь. Работа над законопроектом о размещении дефибрилляторов в общественных местах ещё раз подтвердила необходимость принятия такого закона. Сейчас оказывать первую помощь с использованием медикаментов и медоборудования, помимо медиков, может очень ограниченный круг специалистов. При этом ни педагоги, ни вожатые, ни стюардессы, ни проводники в поездах в этот список не входят. А представьте, что значит получить инфаркт миокарда в поезде, у которого следующая остановка через семь часов, и он едет по полям? Что должна делать стюардесса, если у пассажира начался приступ бронхиальной астмы?

Да и мне, как врачу — детскому хирургу, оказывать профессиональную помощь в транспорте просто нечем. Считаем, что перечень профессий, представители которых после прохождения соответствующей подготовки, имеют право оказывать «расширенную первую помощь», нужно скорректировать. И сделать это нужно как можно скорее. Это по-настоящему надо людям!

В фокусе нашего внимания остаётся также законопроект об осмотре при помощи телемедицинских технологий водителей автотранспорта. Очень хотелось бы, чтобы в осеннюю сессию был принят закон о дистанционной продаже лекарств.

Автор: Ольга Шульга

Ещё материалы: Дмитрий Морозов

Просмотров 5716

25.07.2019 12:23





Загрузка...

Популярно в соцсетях