Русский дух и буква закона

Политики и мастера слова выступили за чистоту языкового наследия

Шестого июня, в день рождения А. С. Пушкина, Россия в очередной раз отметила День русского языка. На круглый стол, прошедший накануне в Доме приёмов Государственной Думы, собрались люди, чья работа и творчество напрямую связаны со словом — литераторы, издатели, публицисты, актёры и преподаватели. Эксперты высказали своё мнение по проблемам грамотности населения и предложили способы защиты родной речи от контркультурных наслоений и иностранных влияний.

«Стремление к чистоте русской речи ослабевает, - констатировал в своём вступительном слове Председатель Государственной Думы Сергей Нарышкин. - Мы видим это на примере того, как меняются принципы корректуры. Тот, кто соблюдает правила пунктуации, становится белой вороной, а сленг из социальных сетей подчас звучит и за пределами интернет-пространства». Он напомнил, что «состояние любого языка является своеобразным зеркалом и общественных настроений, и отношения к самой стране». И предложил «вместе подумать о том, насколько серьёзны угрозы, которые сегодня стоят перед русским языком».

Писатель Татьяна Устинова считает, что языковая проблема в России стоит острее чем в странах Западной Европы. Хуже всего то, что молодое поколение утратило потребность и привычку к чтению, предпочитая книгам Интернет, компьютерные игры и телесериалы. «Школьники медленно, но верно отучаются говорить по-русски, что, с моей точки зрения, просто катастрофа, - заявила мать двоих детей. - С этим нужно что-то делать сейчас, а не через 10 лет, когда вырастет поколение, вообще не умеющее читать».

По мнению литератора, воспитывать любовь к родной речи необходимо на государственном уровне — с помощью специальных программ, не в последнюю очередь - телевизионных. Так, чтобы «говорить по-русски красиво и правильно было престижно и статусно».

Литератор Лев Аннинский убеждён, что сохранить нетленность языка удастся лишь в одном случае: при распаде государства и самоизоляции в границах Московского царства времён Ивана III. А будучи языком мировой величины, русский неизбежно продолжит обогащаться. «Какую модель поведения нам избрать в этом процессе, может показать только практика, - считает Аннинский. - Если слово практически усвоено, если оно «обрусело», то не надо упираться».

Что до запретительных мер, то они, по мнению литератора, неспособны решить языковые проблемы: «Попробуйте запретить матюги. Как только появится запрет, немедленно возникнут и желающие его нарушить. Это в нашем характере. Для нас нет свободы, а есть воля». В качестве альтернативы запретам Лев Аннинский предложил сохранять язык посредством театров, телевидения, клубов для взрослых и кружков для недорослей: «Тогда появятся резервуары, где будет храниться русская речь. Она всё равно будет меняться, но не так быстро и не так безумно».

Телеведущий Максим Галкин считает, что ненормативная лексика и изобилие иностранных слов в родной речи — не самая большая проблема. Куда страшней то, что из самой читающей нации мы внезапно стали самой пишущей. «Сейчас молодёжи доступно невероятное количество текстов, написанных абы кем и абы как. Соответственно фиксируются некие нормы, которые и нормами-то не являются», - констатировал Галкин, лингвист по образованию. В пример привёл широко распространённый в Рунете так называемый «олбанский» язык, который позволяет пишущему скрывать свою неграмотность.

По мнению телеведущего, никакими нотациями молодёжь к книжке не приучишь. А единственный способ поднять уровень культуры населения — сделать грамотность модным трендом*. «Большинство из нас уже не живёт в формате книжного фолианта. Мы живём в формате СМС и комментариев, мы привыкли воспринимать новости короткими лентами. Соответственно надо подстраиваться, - считает Галкин. - Надо так хитро придумать, чтобы молодое поколение вдруг неожиданно выяснило: употреблять дефис там, где надо — это модно».

Преподаватель столичной школы №578 Эльвира Кравченко уверена, что русский язык способен освоить любую лексику. А вот будущее синтаксиса вызывает у неё тревогу. «Сейчас мало кто пишет по бумаге, все набирают текст на компьютере, - напомнила учительница. - Наберите одну фразу из прозы Тургенева, и программа всё подчеркнёт зелёным, потому что в ней не заложена структурная модель русского предложения. Мы, образованные люди, знаем, как правильно — и продолжаем писать. А вот школьник, студент видит сигнал и начинает править предложение, деля его по типу английского языка».

Риторика должна стать одним из обязательных предметов образовательной программы, уверена Кравченко. Иначе и впредь на филфак университета, где она преподаёт помимо школы, будут приходить первокурсники, набравшие 80-90 баллов на ЕГЭ по русскому языку, но при этом допускающие по 10-12 ошибок в несложном диктанте.

Председатель Комитета Государственной Думы по информационной политике, информационным технологиям и связи Алексей Митрофанов отыскал причины для оптимизма: «Русский язык — второй по распространенности в Интернете. Мы страна, имеющая два национальных поисковика. Мы имеем две национальные социальные сети. Это серьёзное достижение».

Говоря об использовании новых технологий в образовательных целях, Алексей Митрофанов старался избегать модного слова «гаджет»** и даже назвал планшетный компьютер «штучкой». А защищать естественные границы русского языка предложил путём экспансии за рубежом. Для этого, по мнению политика, необходимо открыть русскую школу при каждом российском посольстве. «В них могут учиться и местные дети, которые через 30-40-50 лет станут министрами. Это будут близкие России люди», - уверен Алексей Митрофанов. Он попросил также не забывать, что русская речь - язык не только международного, но и космического общения, что служит дополнительным инструментом для его продвижения.

«Нельзя не видеть, что русский язык не только завоёвывает популярность в Интернете, но и сдаёт свои позиции, - считает, в свою очередь, председатель Комитета Государственной Думы по образованию Вячеслав Никонов. - За последние 20 лет количество людей, говорящих по-русски, сократилось на планете на 50 миллионов человек. Ни один язык в истории человечества не терял свои позиции столь стремительно».

Депутат высказал три предложения, которые «должны получить нормативное закрепление». Первым делом нужно создать единый учебник русского языка. Во-вторых - пересмотреть систему госэкзаменов. По мнению Никонова, «нынешняя система ЕГЭ не стимулирует детей учиться говорить и писать», а потому нужно ввести устный компонент в ЕГЭ по русскому языку и вернуть к жизни экзаменационные сочинения. Третье слагаемое успеха — русификация рекламных вывесок. «Сейчас происходит визуальное вытеснение кириллицы из городов, площадей, с вывесок, - пояснил Никонов. - не надо далеко ходить, чтобы увидеть кругом надписи Sochi 2014, Vnukovo outlet, Vesna, Volvo, Shkoda, OBI и даже Mosoblreklama».

Заведующая кафедрой лингвистики и межкультурной коммуникации факультета иностранных языков и регионоведения МГУ имени М. В. Ломоносова Галина Молчанова рассказала о победоносном распространении лондонского диалекта среди британского истеблишмента***: «Если Маргарет Тэтчер когда-то брала уроки и усердно занималась, чтобы говорить на правильном английском языке, то сейчас английской королеве приходится учиться языку у своих внуков. И в парламенте уже разрешили говорить на этом диалекте».

Бороться с «клиповым мышлением» молодёжи бессмысленно, считает Галина Молчанова. Лучше прививать любовь к чтению опосредованно — через возможности компьютера и телеэкрана. Тем более что статистика показывает: после каждой успешной экранизации русской классики в библиотеках наблюдается наплыв читателей. «Язык — великая самоорганизующаяся, самоочищающаяся система, - резюмировала Молчанова. - Он всё переварит, утилизирует все осадки, которые выпадают из массовой культуры, и в конце концов переплавит их в золото, в те ценности, которыми мы гордимся и которые составляют настоящий русский язык».

Руководитель московского Театра эстрады Геннадий Хазанов не видит катастрофы в «миграции, изменении и оплодотворении языка». Трагедия, по его мнению, заключается в том, что массовому уходу от языковых норм способствуют теле- и радиоведущие, политики и чиновники. «Среди них попадаются даже ответственные работники, которых никогда не учили склонять числительные, - посетовал Хазанов, процитировав жутковатое словосочетание «в двухтыщно тринадцатом году». - Эти люди не из сегодняшнего дня, они не в 90-е годы родились. Более того, некоторые из них носят на себе груз функционеров культуры».

Чтобы административный новояз не перекочевал в массовое сознание, актёр предложил обязать поступающих на публичную руководящую работу проходить тест на знание русского языка: «Если у человека хорошая голова, и он хороший специалист, но при этом он не владеет русским языком, то он должен занимать пост «еврея при губернаторе». А вот губернатор обязан говорить по-русски чисто».

Алексей Молдован, директор Института русского языка имени В.В.Виноградова РАН, сравнил попытки принудительно нормировать русский язык с повелением древнеперсидского царя Ксеркса высечь море: «Мы забываем о том, что русский язык велик и могуч, правдив и свободен. И пытаясь накинуть на него запретительную уздечку, оказываемся в чрезвычайно невыгодном для себя положении».

Специалист напомнил, что в законе о государственном языке есть запрет на использование слов, не соответствующих нормам современного русского литературного языка. Однако уберечь его носителей от использования просторечных, бранных и нецензурных слов непросто: буква закона упирается в отсутствие процедур его исполнения.

Рецепт Молдована по сохранению культурного наследия прост: просвещение, просвещение и ещё раз просвещение. Нужно разрабатывать новые формы преподавания русского языка (в том числе игровые способы), пропагандировать классическую литературу и оказывать государственную поддержку изданиям собраний сочинений, академических словарей и справочников.

Директор Института лингвистики РГГУ Максим Кронгауз признался, что в школе его самым нелюбимым предметом был русский язык. И предположил, что сегодня необходимо поменять подходы к обучению родной речи в школе. «Образование должно быть консервативным, потому что оно должно связывать поколения и времена, - констатировал Кронгауз. - Но, с другой стороны, оно не может оставаться таким, каким было когда-то. Мы нуждаемся и в создании новых учебников и в пересмотре системы ЕГЭ».

Лингвист также сказал, что его, как и многих его коллег, пугает слово «единый» в словосочетании «единый учебник». И выразил надежду, что речь идёт не о единственном учебно-методическом пособии, а о конкурентной линейке учебников, объединённых единообразной системой взглядов.

Директор Государственного литературного музея Дмитрий Бак предостерёг коллег из образовательной сферы от совмещения двух учебных дисциплин: «Слить русский язык с литературой — это будет конец пьесы». По мнению эксперта, система преподавания подалась в сторону излишнего упрощения, русский язык преподаётся чудовищно, а детям навязывают сухую классику в противовес литературе, написанной современным живым языком. «Я вижу, что язык девятнадцатого века для нынешних школьников, это как язык семнадцатого века для нас», - заметил Бак, семнадцать лет учивший детей профильному предмету.

Он предложил спокойно относиться к динамике русского языка, вкладывать больше усилий в его популяризацию и ввести повсеместную практику сочинения-эссе. «Это нужно сделать фундаментальным условием продвижения человека, - считает Дмитрий Бак. - И при приёме на работу, и при подаче заявки на грант или заявки спонсору будущего проекта. Если человек не умеет писать эссе на разные темы, то грош ему цена».

Профессор кафедры общего и сравнительно-исторического языкознания филологического факультута МГУ имени М. В. Ломоносова Сергей Кузнецов рассказал, что китайцу после освоения языковых правил требуется целых три года, чтобы научиться иероглифике. Между тем как графике русского языка можно выучиться за три месяца. Получается, что у россиян есть трёхлетняя фора, которая толком не используется. «У нас есть всё, чтобы быть первыми интеллектуалами мира. А почему мы этого не делаем? И вот здесь чрезвычайно важны усилия законодателя, - считает профессор. Кузнецов напомнил, что задача популяризировать язык стоит, в том числе, и перед публичными политиками: «Мы ведь подражаем авторитетам, каким-то моделям поведения. И если перед вами выступает человек, который не умеет говорить и не умеет читать, то он задаёт определенный тон всему обществу».

Руководитель аппарата Государственной Думы Джахан Поллыева поделилась с участниками круглого стола опытом редакторской правки официальных текстов: «При первой редактуре выясняется, что нет логики, при второй — что нет смысла. То же происходит и со многими устными выступлениями». Самое ужасное, по её мнению, это когда подобным языком написаны ответы на обращения граждан. «Граждане ничего понять не могут, а их обманули так красиво, что и придраться не к чему и нечего возразить, - возмутилась Джахан Поллыева. - Надо устанавливать экзамены не только для детей. Надо в рамках аттестации проводить их и для чиновников».

Будучи сама поэтессой, Джахан Поллыева вступилась за поэзию, ныне несправедливо отодвинутую на задворки массовой литературы: «Кто последний раз видел конкурс чтецов в школе? Если человек не интересуется поэзией, то старые и редкие формы языка он просто не знает. Если у нас не будет поэтов, мы утратим богатство русского языка. Если не прививать детям любовь к поэзии, они не будут интересоваться ни сутью некоторых фразеологических оборотов, ни самим языком».

Языковая проблема далеко не нова, напомнил собравшимся поэт, член Общественной палаты РФ Андрей Дементьев. Устаревшие слова отмирают, новые возникают, - не в последнюю очередь благодаря техническому прогрессу. И всё же, есть неизменные величины - имена великих писателей земли русской. «Настоящая литература учит настоящему русскому языку, - заметил поэт. - И меня очень огорчает, что в школах и вузах сокращаются часы русского языка и литературы. Кроме того, в школьные программы иногда вводят писателей, которые ещё не получили права на то, чтобы их изучали. И здесь очень важно вмешаться государству».

Настраивая коллег на лирический лад, Дементьев прочитал два своих стихотворения, посвящённых чистоте русского языка. Эпиграфом к ним послужили строки Анны Ахматовой: «И мы сохраним тебя, русская речь, великое русское слово…». А закончил Андрей Дементьев на оптимистической ноте: «Я каждый вечер хожу в книжный магазин «Москва». И постоянно вижу там много молодёжи. Возникает удивительное ощущение: если они листают, читают, покупают — значит, ничто не закончилось из того, что мы любим!»

 

*поветрием

**электронное устройство

***правящей верхушки

Ещё материалы: Фидель Агумава

Просмотров 2995

06.06.2013 15:14




Загрузка...

Популярно в соцсетях