Совфед и Госдума проработали четверть века

11 января 1994 года состоялись первые заседания обеих палат российского парламента

Совфед и Госдума проработали четверть века

В зале во время заседания Государственной Думы I созыва. Фото: РИА Новости/Владимир Федоренко

25 лет назад, 11 января 1994 года, состоялись первые заседания обеих палат российского парламента — Государственной Думы и Совета Федерации. Они заменили распущенные ранее Указом Президента РФ Бориса Ельцина Верховный Совет и Съезд народных депутатов.

Первые депутаты были избраны на голосовании 12 декабря 1993 года. Выборы в первую Государственную Думу проводились по мажоритарно-пропорциональной системе: 225 законодателей избирались по одномандатным округам, 225 — по единому федеральному избирательному округу по партийным спискам. Были избраны 444 депутата: 225 — по единому федеральному округу и 219 — по одномандатным избирательным округам. Пятипроцентный барьер преодолели восемь партий: Аграрная партия России, «Выбор России», Демократическая партия России, «Женщины России», КПРФ, ЛДПР, Партия российского единства и согласия и «ЯБЛОКО». Председателем Госдумы I созыва был избран Иван Рыбкин.

Первое заседание Государственной думы РФ I созыва. Фото: РИА новости/Владимир Федоренко

Тогда же, 12 декабря 1993-го, был сформирован Совет Федерации. В переходных положения Конституции России 1993 года указывалось, что первый состав палаты избирается гражданами на два года по двухмандатным округам, после чего регламент её формирования будет установлен отдельным законом. Такой документ был принят в декабре 1995 года. Согласно нему членами Совфеда становились губернаторы и председатели региональных заксобраний, которые собирались в Москве на регулярные сессии.

Привычный нам порядок формирования — по представителю от исполнительной и законодательной власти субъекта Федерации — был установлен только — начал действовать с 2002 года.

Заседание Совета Федерации ФС РФ. Фото: РИА Новости/Юрий Абрамочкин

«Парламентская газета» собрала цитаты первых спикеров палаты и парламентариев о том, какой была работа Государственной Думы и Совфеда 25 лет назад, и какой она стала теперь.


Владимир Шумейко
Владимир Шумейко Первый председатель Совета Федерации с 13 января 1994 года по 23 января 1996 года У нас на заседаниях было порой «жарче», чем в Думе. Причём одним из первых положений разработанного нами регламента было запрещение объединения во фракции по политическим признакам. Да, рядом в одном зале сидели и коммунисты, и демократы…


Иван Рыбкин
Иван Рыбкин Председатель Государственной Думы I созыва с 14 января 1994 года по 16 января 1996 года Мы спорили тогда о путях развития страны, разрабатывали новую Конституцию. И вообще первая Госдума была избрана в соревновательных условиях. Было восемь фракций, пять депутатских групп. Структурирование Госдумы шло тяжело, всё начиналось с нуля. Все предрекали роспуск первой Госдуме в новой России, а между тем 23 законодательства, по которым сегодня живёт страна, были написаны в первые два года работы Госдумы.


Валерий Рязанский
Валерий Рязанский Председатель Комитета Совета Федерации по социальной политике, в 1999-2011 годах — депутат Госдумы: Можно сказать, что я старожил — пришёл работать в Государственную Думу в конце 1999 года. Чем тогда она отличалась? Присутствие в зале таких личностей, как Абрамович, Гусинский, Березовский, приводило к лоббизму крупных структур, и Думе трудно было сконцентрироваться на отстаивании в первую очередь государственных интересов. С появлением на политическом олимпе Владимира Владимировича Путина в 2000 году стала очевидной установка «бизнес — это бизнес, а политика — это политика». Характерной особенностью тогдашнего времени была и политическая разноголосица — было множество движений, течений, и только мудрость таких руководителей, как Примаков, привела к тому, что Дума сосредоточилась на решении главных задач экономики. Поэтому я считаю, что работа Госдумы 1999-2003 года была переходом из состояния неуправляемости к становлению системной вертикали власти.

В следующие созывы 2003 и 2007 годов появились полноценные политические партии, фракции в Государственной Думе, и их работа отличались глубокой проработкой законотворческого процесса. Фактически, пришлось работать над новым законодательством во всех сферах — социальным, трудовым, налоговым, в области регулирования финансовых рынков и банковского дела, — методом проб и ошибок. Не было кальки действующего законодательства, с которой можно было бы переписать его и перенести на экономическую действительность России того времени.

Что касается Совета Федерации, я могу говорить о том времени, когда пришёл работать сюда, с 2011 года. Здесь политической разноголосицы нет, в большей степени превалируют ярко выраженные интересы региональных структур, органов власти, в чём заключается специфика Совета Федерации. В целом работа двух палат — это конституционно установленная норма, которая, на мой взгляд, за 25 лет себя оправдала, подтвердила свою жизненность.


Эдуард Исаков
Эдуард Исаков Член Комитета Совета Федерации по Регламенту и организации парламентской деятельности Эдуард Исаков Ровно 25 лет назад состоялось первое пленарное заседание Совета Федерации. С тех пор порядок формирования палаты несколько раз менялся, однако все эти годы сенаторы выполняли важные функции, направленные на защиту прав и свобод граждан.

Прежде всего, мы готовим законопроекты и рассматриваем законы, принятые Государственной Думой. Кроме того, Совет Федерации — это палата регионов, поэтому наша задача как сенаторов — представлять интересы регионов на федеральном уровне и обеспечивать баланс общефедеральных и региональных интересов при принятии решений, направленных на реализацию стратегических целей развития страны, поставленных Президентом Российской Федерации. Также хочу отметить, что верхняя палата проводит парламентский контроль над исполнением законов, бюджета страны, проводит анализ правоприменительной практики.

Совет Федерации активно стал работать внутри регионов совместно с региональными органами государственной власти. С 2018 года в верхней палате работает Временная комиссия Совета Федерации по совершенствованию правового регулирования в сфере госконтроля и муниципального контроля в Российской Федерации. Мы с моими коллегами-сенаторами проводим мониторинг принятых федеральных и региональных законов, и также будем контролировать исполнение национальных проектов в приоритетных сферах жизнедеятельности.

В рамках комиссии мы посетили Тюмень, Новосибирск, Курск, Петрозаводск, Омск, а в феврале планируем посетить Иркутск и Крым. Во время наших поездок мы в первую очередь обращаем внимание на самые болевые точки — это сфера здравоохранения и демографии.

Также осуществляем мониторинг реализации программ создания комфортной городской среды, физической культуры и спорта, вопросов многодетных семей, прав инвалидов, образования, волонтёрства и взаимодействия с общественными организациями. Поскольку 2019 год объявлен в нашей стране Годом театра, у нас в планах проводить мониторинг материально-технической базы театров в регионах и наличия в них театральных программ.

В последнее время верхняя палата налаживает диалог не только с федеральными и региональными органами государственной власти, но и напрямую общается с общественными организациями и с самими гражданами. Мы регулярно проводим приёмы граждан по личным вопросам, стараемся быть максимально открытыми, общаясь с гражданами в социальных сетях. Вы можете зайти ко мне в любую соцсеть: Facebook, ВКонтакте, Instagram.

С каждым годом статус верхней палаты повышается, что говорит о доверии россиян к нашей работе. Совет Федерации несёт ответственность перед гражданами за реализацию задач во всех социально-экономических сферах нашей жизни.


Иван Мельников
Иван Мельников Первый вице-спикер Госдумы, первый зампредседателя ЦК КПРФ В первом созыве я не работал. Но на этот период приходится начало моей партийно-политической работы в современной России. В марте 1993 года я был избран в состав Президиума ЦК КПРФ и, конечно, деятельность созыва 1993-1995 годов находилась в ежедневном фокусе внимания. По сравнению с нынешними мерками он был крайне скоротечным и отражал определённый хаос этого периода. Общество было раздроблено, потеряло ориентиры, было ещё не готово воспринимать критически многие слова и обещания и, таким образом, политическая палитра созыва оказалась чрезвычайно пестрой. Сравнивать то время и нынешнее — дело неблагодарное.

Качественная разница между созывами видна, если сгруппировать первые три созыва Государственной Думы и четыре последних.

Период 1993-2003 годов отличался тем, что парламент был в оппозиции к исполнительной власти. Наверное, в этом были некоторые минусы, не все решения объективно принимались своевременно. Или Дума не принимала законы, внесённые Правительством и президентом. Или президент накладывал вето на решения Думы. Но были и большие плюсы: ряд варварских решений не пропустили именно депутаты. Абсолютно убеждён: если бы не тот расклад сил, к примеру, высшую школу раздербанили бы так же, как заводы и промышленность. Именно «оппозиционные думы» не дали приватизировать образование и науку.

Созывы с 2003 года по настоящий момент едины в том, что в их основе «депутатское большинство», созвучное исполнительной власти, так называемая партия власти. А это совсем иной, более «бюрократичный» стиль работы, более слабое влияние парламента на принятие ключевых решений.

Другое дело, конечно, следует отметить, что в нынешнем созыве уже сделано немало, чтобы в этих рамках усилить парламентский контроль, требования к работе Правительства, вернуть депутатов к более активной работе «на земле» с гражданами, создать больше пространства для звучания оппозиционных фракций. В этом плане седьмой созыв выглядит более «гибким», более сбалансированным, больше готовым реагировать на голос общественного мнения, а не только «указаний сверху». Появились конкретные законодательные решения после больших резонансных слушаний с участием инициативных групп граждан. Это укрепило представительскую роль парламента.


Тамара Плетнёва
Тамара Плетнёва Депутат Государственной Думы  I-VII созывов, председатель Комитета по вопросам семьи, женщин и детей В первой Думе мы заседали в здании СЭВ (Совета экономической взаимопомощи на Новом Арбате. — Прим. ред.). Там был круглый зал, председательствовал Иван Рыбкин. В зале стояли микрофоны — можно было любому депутату подходить к ним и говорить. Было несколько фракций — фракция «Женщины России», которую составляли в основном женщины-чиновницы, фракция, представлявшая регионы, фракция ЛДПР, у которой тогда было очень много сторонников. И были две ярко выраженные и очень оппозиционные друг другу силы — это «Выбор России» и КПРФ, которая вышла на выборы самой последней, так как Конституционный суд долго рассматривал возможность участия нашей партии в выборах.

У каждой из этих политических сил было чёткое представление о том, что надо делать со страной. Первая Дума работала по той Конституции, которая была заготовлена и принята ещё до первого заседания и до появления самой Думы. Были уже подготовлены проекты всех кодексов: гражданского, уголовного, административного, семейного и так далее. Поэтому первая Дума проделала довольно большую работу, принимая все эти документы.

Первую Думу можно назвать демократичной, однако представление о демократичности тогда было другим. Да, каждый мог выходить к микрофону и говорить то, что думает. Однако зачастую эти разговоры превращались в какие-то скандалы и перепалки, чего быть не должно, потому что это не приводило ни к чему хорошему. Всё-таки парламент — это структура власти, которая должна подчиняться строгому регламенту. Сегодня прошло много времени со времён первой Думы. И мне теперь есть с чем сравнивать — со всеми другими, включая предпоследнюю.

С приходом Вячеслава Володина организация Думы стала лучше, потому что мы стали лучше слушать и слышать друг друга. Кроме того, у нас был принят строгий регламент по посещению, что абсолютно правильно. Наконец, в нынешней Думе наладились тесные связи с Правительством: кабмин теперь не диктует нам свои условия, присылая нам в Думу свои законопроекты, а старается слышать нас, понимать и помогать вырабатывать поправки. На заседаниях Комитетов Правительство представлено на уровне замминистров — что тоже очень хорошо. Кроме того, появились отчёты Правительства, и мы на комитетах стали давать на эти отчёты свои заключения. В общем, в VII созыве у нас очень много нововведений, и они абсолютно верные. Поэтому, хотя у каждой фракции есть свои программы и своя точка зрения на принятие того или иного закона, в этих начинаниях Володина поддерживают все фракции.


Олег Смолин
Олег Смолин Первый заместитель председателя Комитета Госдумы по образованию и науке. В 1990-1993 — народный депутат РСФСР, с 1993 — член Совета Федерации РФ, с 1995 года — депутат Госдумы РФ от КПРФ У нас существует неправильное представление, будто историю российского парламентаризма надо начинать только с 1993 года. На самом деле, пожалуй, самым сильным парламентом был Съезд народных депутатов и Верховный съезд Российской Федерации. Мне довелось быть народным депутатом, и я считаю, что выборы 1990 года, которые я прошёл, были самыми свободными выборами в России. И я не раз наблюдал, как решения принимались прямо на заседании парламента. Конечно, у этой системы были и издержки, решения иногда были непродуманными, но это случается и сейчас.

Госдума и Совет Федерации первого созыва тоже были достаточно сильным парламентом. Целый ряд законопроектов принимался путём преодоления вето президента Бориса Ельцина. Назову только два таких закона, близких мне. Это закон об образовании в редакции 1996 года, принятый соответственно в 1995-м, и закон о социальной защите инвалидов в Российской Федерации. Оба принимались путём преодоления вето президента и в Государственной Думе, и в Совете Федерации. Они сыграли важную роль в так называемые «лихие 90-е». В частности, закон об образовании запретил массовую приватизацию образовательных организаций и тем сохранил систему российского образования.

Было время, когда Государственная Дума не считалась местом для дискуссий. Но сейчас она, слава Богу, им является, а в каких-то случаях — и местом для принятия решений. Более того, на мой взгляд, при современном председателе Государственной Думы Вячеславе Володине её вес вырос. Во всяком случае, представители Правительства понимают, что любые решения, которые они предлагают, не принимаются автоматически. Бывают случаи, когда Государственная Дума принимает законы, несмотря на позицию Правительства, хотя такие случаи достаточно редки.


Екатерина Лахова
Екатерина Лахова Член Комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера, депутат первого созыва Госдумы 11 января 1994 года, когда состоялись первые заседания обеих палат российского парламента, вряд ли кто из депутатов понимал, как он будет работать после того, как прекратил своё существование Верховный Совет и был расстрелян Белый дом. В Государственной Думе первого созыва, куда я была избрана от политического движения «Женщины России», было огромное количество разных партий. Мы, женщины, понимали, что должны занимать резкую позицию в решении социальных вопросов, которые первые три года работы парламента оказались фактически на задворках. И нам за это сильно доставалось — нас лупили и правые, и левые. Тем не менее во многом благодаря «Женщинам России» удалось принять многие законы, которые действуют и сейчас: закон о государственных пособиях граждан, имеющих детей, многолетнюю федеральную программу «Дети России», Семейный кодекс РФ.

До того как избраться в Госдуму, я была депутатом Верховного Совета, но у многих моих коллег не было опыта работы в законодательных органах власти. В парламент они пришли из народа, зато потом стали известными политиками.

В первом созыве ни у одной фракции не было большинства — для принятия того или иного закона всё время не хватало 14-16 голосов. И тогда депутаты из других фракций пытались заручиться нашим согласием. А во время бурных обсуждений законопроектов мы нередко попадали под горячую руку споривших коллег. Несколько раз мы, «Женщины России», разнимали драки и ходили потом в синяках.

И всё-таки это было интересное, прогрессивное время. Именно тогда были заложены несколько замечательных традиций, которые сохранились в парламенте до наших дней. Одна из них касается увеличения представительства женщин в политических партиях. Мы опровергли миф, что женщины голосуют только за представителей сильного пола. Наоборот, россиянки именно нам отдавали свои голоса. Поэтому после I созыва Госдумы ведущие политические партии на выборах ввели женщин в первые тройки кандидатов. Вообще, если сравнивать с Верховным Советом РСФСР, депутатами которого были только пять процентов женщин, в Госдуме представительство женщин увеличилось до 13 процентов. В Госдуме VII созыва женщин около 14 процентов.


Николай Герасименко
Николай Герасименко Депутат Госдумы II-VII созывов, член Комитета по охране здоровья Первый раз я избирался в 1995 году, во II созыв. Большая часть депутатов избирались по одномандатным округам, я от Алтайского края — в то время был руководителем его системы здравоохранения. Сейчас вспоминаю, как это было — начинали работу в декабре, надо было лететь в Москву, а в то время у нас в Барнауле был мороз градусов 40. Надо завести мою «Ниву», разогреть мотор. Это делают так — берут паклю, её в бензин, и под картер, чтоб разогреть. А в гараже две бочки с бензином — от открытого огня может всё взорваться. И вот пришлось голыми руками машину вытаскивать из гаража. Потом кожа с пальцев сошла, и я ходил по Думе несколько дней с забинтованными руками.

Вообще, тогда в Думе были очень разные люди. Мы на ходу учились, был творческий процесс. Не было такой жёсткой партийной системы как сейчас. Конечно, были партии — КПРФ, «Отечество — вся Россия», «Яблоко», «Демократический выбор», «Наш дом — Россия», но ещё формировались группы. Было сформировано три группы: «Народовластие», которая была ближе к коммунистам, аграрная группа и «Российские регионы», в которую я входил. На встречах мы обсуждали наиболее важные законы. Тогда была другая система и выборов председателей комитетов — претенденты выступали, рассказывали о своём видении дальнейшей работы, а потом Дума голосовала. Сейчас такого нет. Ещё одно существенное отличие — тогда Дума писала большую часть законов, процентов 70-80, сейчас ситуация как раз обратная — процентов 80 пишет Правительство, а в Думе инициатив стало значительно меньше.

Конечно, работы тогда было достаточно. Законодательная база была в зачаточном состоянии, и главной задачей нашего комитета было создать законодательство охраны здоровья в России. Постоянно работали с Министерством здравоохранения, общественными организациями, создали много законов. Например, предусмотрели пенсию за выслугу лет медицинским работникам. Или ещё: тогда Чубайс руководил энергоотраслью, и был такой порядок — если кто-то не уплатил деньги за электроэнергию, его отключали. И не важно, даже если это ракетные войска или допустим, больницы. Было несколько десятков смертей по стране, потому что в больницах отключались дыхательные аппараты. Тогда мы вместе с Комитетом по обороне подготовили законопроект о введении уголовной ответственности за такие случаи. И когда её ввели, буквально сразу перестали отключать, испугались.

В 1998 году я начал заниматься законом по ограничению курения табака в России. Кстати, когда я только пришёл в Госдуму, дым стоял коромыслом. Курили в столовых, коридорах. Тогда это было нормально. В итоге закон приняли в 2001 году. Правда, когда он делался, многие вещи, наиболее важные, блокировались с помощью табачного лобби. И в 2013 году пришлось дополнять закон в отношения ограничении курения в общественных местах, местах общественного питания и так далее. Была кипучая работа, мы приглашали руководителей и председателей комитетов по здравоохранению из всех регионов — важно, чтобы было единое законодательное поле в сфере здравоохранения.

 


Василий Власов
Василий Власов Член Комитета Государственной Думы по физической культуре, спорту, туризму и делам молодёжи Первое заседание нижней палаты российского парламента состоялось до моего рождения. Об атмосфере, в которой оно проходило, я знаю по видеозаписям и воспоминаниям своих коллег. А уже с 12 лет — постоянно смотрел трансляции заседаний Госдумы. Если говорить о первом созыве, то это в первую очередь большое количество интересных людей. Тогда каждое выступление депутата было неформальным, ярким событием. Кто-то приходил на заседание в военной форме, кто-то — в малиновом пиджаке, а кто-то — даже с накладной грудью.

Если говорить о повседневной законотворческой работе I созыва, то нередко она проходила в тяжёлых условиях — не хватало кабинетов и даже стульев. Конечно, сейчас возможности у парламентариев совершенно иные. Сегодня мы можем получать обращения граждан в электронном виде, напрямую общаться со своими избирателями в социальных сетях.

Я с огромным уважением отношусь к своим предшественникам, однако уверен, что сегодня качество законов в разы увеличилось. Благодаря новым технологиям нам не надо больше ждать, пока из Правительства придёт письмо с отзывом на депутатскую инициативу. Тогда, исходя из обстановки, в стране законотворческий процесс был скорее импровизацией. Невозможно было принимать законы по единым стандартам и в спокойном режиме. Думаю, что и лоббизм в I созыве был более развит, ведь никаких ограничений по бизнесу для парламентариев не было. Не оправдавших ожидания депутатов и их помощников убивали — это страшные страницы истории, которые не должны забывать мои коллеги в VII созыве.

Я рад, что сейчас в Госдуме царит деловая и спокойная атмосфера. И в то же время сохранились традиции, заложенные парламентариями первого созыва — например, выступления членов фракций по социально-экономическим вопросам.

Просмотров 4739

11.01.2019 14:47





Загрузка...

Популярно в соцсетях