Издание
Федерального Собрания
Российской Федерации

Семейное насилие: правовую точку ставить рано

Полтора года назад вступила в силу новая редакция стптьи 116 УК РФ о декриминализации побоев в семье

Фото: ПГ / Геннадий Михеев

Первые выводы о результатах правоприменения статьи 116 УК РФ о декриминализации семейного насилия, которая вступила в силу полтора года назад, неоднозначны. Тема, вызывавшая много споров до принятия закона, не уходит из общественной дискуссии. Сторонники и оппоненты закона так и не нашли компромисса, а значит, законодательную точку ставить рано.

Так ли невинны побои «без последствий»?

Ещё свежи в общественной памяти трагедии 28-летней Анастасии Овсянниковой из Липецкой области, 29-летней Алены Вербы из Подмосковья, принявших смерть от руки своих «спутников жизни». Свежая, июльская: 35-летнюю Алину из Челябинской области убил бывший муж. И перечень этот можно продолжать.

На обсуждении законопроекта о декриминализации статьи о побоях в семье депутат Госдумы Олег Нилов заявил: «Вот статистика, которую вчера привёл сенатор Антон Беляков: за год 14 тысяч женщин убиты мужьями. Всё может начинаться с затрещины, пощёчины, но рано или поздно заканчивается убийством. Кстати, обратная статистика не менее печальная — 10 тысяч мужей, убитых женами».

Один из примеров - история Галины Каторовой из Находки. Неоднократно избиваемая мужем и не получившая помощи от полиции, женщина сама свела счёты с мучителем.  Иногда жертвам «везёт»: 25-летней Маргарите Грачевой из Подмосковья муж отрубил кисти обеих рук, но оставил в живых. А ведь ещё до трагической развязки она тщетно обращалась за помощью в правоохранительные органы. При этом, по данным МВД, 40 процентов тяжких уголовных преступлений совершаются в семье.

Казалось бы, причём здесь эти трагедии и либерализация статьи о побоях? Притом что нарастающий массив планктонного домашнего насилия, а оно имеет место, обязательно будет взрываться протуберанцами новых трагедий. Прощение многими обидчиками психологически воспринимается как разрешение продолжать в том же духе. Для них насилие — способ утверждения власти.

За год 14 тысяч женщин убиты мужьями. Обратная статистика не менее печальная — 10 тысяч мужей, убитых женами.

Предлагая новую редакцию статьи 116, авторы обосновали её необходимостью исправить ситуацию, возникшую в 2016 году в связи с принятием «закона о шлепках». Он вызвал сильный протест родительской общественности, заподозрившей власть во внедрении ювенальной юстиции. Внутрисемейные побои им квалифицировались в качестве большей общественной опасности, чем побои чужих людей. Юридически это нарушало принципы справедливости и соразмерности наказания вместе с принципом равенства граждан. А идеологически воспринималось общественностью как покушение на традиционные устои семьи.

Новая редакция, по утверждению одного из разработчиков документа, сенатора Елены Мизулиной, призвана была защитить 40 с лишним миллионов семей, из которых половина — с детьми, а также перевести побои, «если это не явные побои, без последствий и вреда здоровью», из криминального ранга в административный. Это дало повод депутату Сергею Иванову из ЛДПР назвать его «законопроектом из серии: бить буду аккуратно, но сильно, что хуже». Депутаты большинством голосов поддержали аргументы сторонников законопроекта.

Муж-деспот, муж-тиран и «административка»…

Поправки разрешали правовую коллизию, возникшую после изменений 2016 года в ст.116 УК РФ и дополнения КоАП РФ ст.6.1.1 «Побои», при которой одно и то же правонарушение каралось в одном случае административной, в другом — уголовной ответственностью. Законодатели объединили всех субъектов подобного рода правонарушений в группу лиц с единой ответственностью.

Для домашних «рукосуев» введена двухэтапная система привлечения к ответственности. За первый раз — штраф до 30 тысяч рублей, или административный арест на срок до 15 суток, или до 120 часов обязательных работ. За повторное правонарушение при полученной «административке» - привлечение к уголовной ответственности. Побои, утверждалось, отнюдь не сделались социально одобряемым действием. Сразу заметим, юридически - да, но в массовом правосознании - не совсем. Ну подумаешь, один раз вгорячах дал «леща» жене или ребёнку, дело житейское, вон и закон ничего против не имеет… Вот если постороннего тронешь с выкриком «идеологического, национального, религиозного характера» - ответишь по уголовке.

Ожидалось, что ситуация с семейным насилием не усугубится. Надежды базировались на том, что двухэтапная ответственность содержит профилактический заряд, тогда как уголовное наказание никого не делает терпимее, добрее и не способствует восстановлению разрушенных отношений между людьми.

Кто они, жертвы семейного насилия? Прежде всего женщины, потом дети и старики. ФОТО: PHOTOXPRESS

Ещё один аргумент — рационализация процесса борьбы с преступностью. По статистике Верховного суда РФ, 95 процентов всех уголовных дел, возбуждаемых по части 1 ст.116 (нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию) заканчивались назначением наказания без лишения свободы, а каждое второе - прекращением дела в связи с деятельным раскаянием либо примирением сторон.

Кто они, жертвы семейного насилия? Прежде всего женщины, потом дети и старики. По приблизительным подсчётам (до 2015 года по сути такой статистики вообще не велось), более 60 процентов потерпевших из женщин не обращаются за помощью. Из исследования ВЦИОМ, проведённого в канун принятия новой редакции, выходило, что трети опрошенных известны факты побоев в семьях их знакомых, а каждая четвертая женщина сталкивалась с ними сама. Каждый пятый счёл допустимым «при определенных обстоятельствах ударить жену, мужа, ребёнка»… Перевод наказания из разряда уголовных в административные преступления для тех, кто впервые распустил руки, поддержали 59 процентов опрошенных.

У правоприменителей — трудности

Правовые последствия частичной декриминализации побоев в декабре обсудила Правительственная комиссия по профилактике правонарушений. За девять месяцев 2017 года сотрудники полиции пресекли почти 164,5 тысячи случаев нанесения побоев супругам и детям, но только семь тысяч из них расследовались как преступления. К тому же, по утверждениям правозащитников, в статистику попадают те инциденты, по которым были возбуждены дела и начато расследование. По прикидкам, до судебного разбирательства доходят только три процента случаев домашнего насилия.

Министр МВД Владимир Колокольцев назвал и выявившиеся проблемы организационного и правового характера. В частности, у правоприменителей возникают трудности в процессе привлечения граждан к административной ответственности за побои. Суды в 70 с лишним процентах случаев назначают штраф, а не административный арест и обязательные работы. Это часто не отвечает целям наказания, да ещё и накладывает на семью дополнительную финансовую нагрузку, констатировал он. Глава правоохранителей предложил учесть инициативы ряда регионов по дальнейшему совершенствованию законодательства. В планах МВД вместе с Минюстом исключить наказание в виде штрафа за побои из соответствующей статьи КоАП, оставив лишь административный арест или обязательные работы.

Председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин на ведомственной коллегии эмоционально заявил, что после исключения темы побоев из уголовного законодательства «маньяки переместились в семьи». Кстати, Следком жёстко выступал против принятия новой нормы.

В крупнейший центр «Анна» в прошлом году обратились почти 27 тысяч женщин, почти на треть больше, чем в предыдущем.

Многократное увеличение дел о домашнем насилии, с одной стороны, может свидетельствовать о том, что тема вышла из-под спуда, что должно радовать. Но такой вывод не разделяют многие правозащитники и эксперты. Да и данные кризисных центров (их в стране порядка 150) для женщин не дают повода для оптимизма. В крупнейший центр «Анна» в прошлом году обратились почти 27 тысяч женщин, почти на треть больше, чем в предыдущем, но зато статистически снизилось число тех, кому удается добиться для обидчика какого-нибудь наказания.

Участники «круглого стола» в Общественной палате РФ, обсудившие год спустя последствия либерализации уголовного законодательства в части ст.116 УК, отметили, что новация негативно отразилась на защите семьи как фундаментальной основы общества. Собравшиеся (представители государственных правозащитных институтов, Следкома, МВД, РПЦ и независимые эксперты) оценили её как дискриминационную и противоречащую интересам общества и государства. Предложено разработать комплекс мер по профилактике семейного насилия, наказанию «агрессоров» и обеспечению помощи жертвам.

Наказывать за побои стали чаще

Член комитета Госдумы по госстроительству и законодательству Ольга Баталина принимала активное участие в продвижении законопроекта и представляла его при рассмотрении. Она и сегодня убеждена, что его принятие было правильным решением.

«Статистика судебного департамента при Верховном суде РФ показывает, что наказывать за побои стали чаще, причём в разы, — говорит она. - Если в 2015 году из 59, 5 тысячи представших перед судом за побои были осуждены около 16,2 тысячи человек, то только за первое полугодие прошлого года (другой статистики у меня нет) наказание за аналогичное правонарушение получили почти 51,7 тысячи нарушителей».

Положительными моментами депутат считает и то, что декриминализация статьи существенно изменила практику работы судебной системы, правоохранительных органов и организаций, отвечающих за профилактику в социальной сфере, что особенно актуально для домашнего насилия.

«Во-первых, полиция теперь заинтересована принять заявление, ведь количество оформленных административных протоколов — показатель работы УВД. При этом результативность действий по протоколу в руках у полиции: порядок работы по КоАПу не позволяет жертве забрать заявление. Это мотивирует полицейских способствовать сбору доказательств, - перечисляет она. — Во-вторых, основная задача судей теперь — рассмотреть составленный полицейскими протокол и проверить факты. Стимула отговорить заявителя нет - отозвать заявление невозможно. Одновременно возможность «оправдать» в случае оговора осталась: из 72,3 тысячи протоколов за побои, рассмотренных судьями в первом полугодии прошлого года, к наказанию привели только 51,7 тысячи. То есть по тем или иным причинам судьи отклонили 28 процентов протоколов, в том числе по 4,5 тысячи случаев (6,2 процента) прекращено административное производство. Для сравнения: в 2015 году оправдательные исходы получили 10,5 тысячи человек или 17,6 процента обвиняемых в побоях».

Большой риск привлечения к уголовной ответственности родителей ухудшал шансы на конструктивную психологическую работу и грозил несоразмерными негативными последствиями для семьи.

Немаловажно, в-третьих, что декриминализация побоев облегчила труд социальных работников и психологов. Когда нанесение побоев было уголовно наказуемым, они далеко не всегда регистрировали и заносили в личное дело случаи применения насилия в отношении детей. Большой риск привлечения к уголовной ответственности родителей ухудшал шансы на конструктивную психологическую работу и грозил несоразмерными негативными последствиями для семьи. А перевод побоев в разряд административных правонарушений повысил мотивацию социальных служб к взаимодействию с полицией и органами опеки.

Норма должны быть профилактической

Ещё один плюс Ольга Баталина видит в том, что судьи стали чаще назначать наказание, связанное с изоляцией (административным арестом). У участкового появилось больше возможностей изолировать обидчика от жертвы, применив меры задержания перед рассмотрением протокола в суде. В итоге потерпевшие теперь имеют шансы не остаться с агрессором под одной крышей, как было раньше, когда побои признавались уголовным преступлением и требовали частного обвинения.

Впрочем, с эффективностью назначения административного наказания не всё в порядке, отметила депутат. Хотя закон позволяет отправлять нарушителей под административный арест (до 15 суток) или привлекать к обязательным работам (до 120 часов), суды предпочитают назначать штраф (от пяти тысяч до 30 тысяч рублей). На что, кстати, указал и глава МВД России.

В отличие от парламентария, завотделом аналитического обеспечения прокурорской деятельности Университета Генпрокуратуры РФ, доктор юридических наук, профессор Анатолий Ларьков сомневается в действенности нынешней 116-й статьи. «Не думаю, что насилия в семье уменьшится. Лупят женщин, детишек, — сожалеет он. - Раньше наказывали до двух лет лишения свободы, принудработами или арестом до шести месяцев».

Эта норма применялась редко, — возражаю я. Да ведь и чудовищно сажать за случайную, вызванную эмоциональным возбуждением пощечину в ходе ссоры в тюрьму!

«Никто не сажал. Само наличие нормы имеет большое профилактическое значение, — объяснил собеседник. - Многих семейных хулиганов от противоправных поступков удерживает угроза, что могут прилепить срок. Уголовное наказание входит в ансамбль всех действий по воспитанию нормального поведения и на большинство людей действует отрезвляюще. Поторопились мы с его отменой. А теперь призываем развивать число убежищ для женщин от семейного насилия».

роме правоохранителей, в такой работе должны участвовать психологи, медики, соцработники и вся система воспитания, СМИ, кинематограф.

Ошибочным считает эксперт и смешение «родительских шлепков» с ювеналкой и побоями в одном флаконе. Получилось, что смягчали наказание за первое, а вывели из-под него и второе. Первое, считает он, лучше оставить в нынешнем виде, допустим, ограничившись штрафом, а побои — вернуть к прежней норме. Административное наказание не остановит и не смягчит домашних тиранов, убеждён он. Весьма показательна тенденция, когда суды, понимая несовершенство законодательства, в случае убийства женами мужей-истязателей стали проявлять большую лояльность к подсудимым и оправдывать их.

Разумеется, борьба с домашним насилием носит комплексный характер и идёт по многим направлениям. Следует создавать полноценную систему учёта, поскольку этот вид правонарушений за закрытыми дверями во многом ещё носит латентный характер. Кроме правоохранителей, в такой работе должны участвовать психологи, медики, соцработники и вся система воспитания, СМИ, кинематограф. Одни общественники и НКО с ней не справятся. И конечно, есть нерешённые вопросы нормативного регулирования.

Целый ряд экспертов считают, что пора принять закон о профилактике насилия в семье. Он, в частности, позволит ввести охранные ордера, не позволяющие насильникам приближаться к пострадавшим ближе определённого расстояния. Этот институт уберег бы от гибели немало жертв домашних тиранов. На необходимости его разработки настаивает и омбудсмен по правам человека в РФ Татьяна Москалькова. Слово за законодателями.

По вашему мнению, государство должно наказывать за побои в семье или нет? И каким образом? (ВЦИОМ, %)

Исправительные общественные работы 25 Арест на 15 суток 16 Штраф 13 Реальный тюремный срок 10 Условный тюремный срок 6 Государство не должно наказывать за побои 6 Другое 15 Затрудняюсь ответить 9
2884

16.08.2018 00:00